Мертвоводец (СИ)

За бананом и апельсином последовало яблоко вместе с сердцевиной и еще Кока-Кола – в бутылке. Мелькнула мысль и ее вместе с тарой употребить. Не стал. Хотя этот эксперимент стоило бы провести. Только не на пластике, а на алюминии. Мало ли, когти, как у Рассомахи вырастут, или череп миллиметровым слоем стали покроется? В туалет я ведь перестал ходить, вдруг до такой степени безотходное производство?
Спустя несколько минут ощутил себя более-менее… не на последнем издыхании, а как при тяжелом похмелье, после длительного избиения, больного гриппом, артритом, астмой и парой-тройкой воспалившихся аппендиксов. Перевернулся на спину, и набравшись наконец смелости, бросил взгляд вниз…
…колено выглядело плохо…
…бедро выглядело плохо…
…тазобедренный сустав выглядел плохо…
…только все это не имело значения, потому что…
…
…
…
…потому что мне… потому что я… я потерял… самое дорогое…
…
...лять! Мне член оторвало!!!!!
 Глава 2 
 
Я всхлипывал после каждого шага. Мне было очень сильно больно и очень сильно себя жалко. Обрадовался, блин… Бессмертия ему захотелось… Как насчет такой вечности? Уже не так весело, а? Хотя в чем-то даже логично. Живые существа знают всего два способа выживания. Либо ты не выкаблучиваешься и размножаешься, как крысы и человеки, либо правдами и неправдами пытаешься продлить жизнь, как какая-нибудь медуза гидроидная. А тем, кто не размножается, член не нужен. Справедливость!
Опершись о костыль, я остановился, чтобы передохнуть. Пару раз шмыгнул носом. Хотелось устроить полноценную истерику: с выдиранием волос на голове и обращениям к небесам: «Почему я?!!», только сил не было. Организм понимал, что жизнь без «достоинства» может оказаться нелегкой и заранее экономил.
Не сказать, что не осталось совсем ничего. Какие-то, прости господи, ошметки торчали, но зрелище не радовало. Колено иссекло осколками, бедро сильно обожгло. Промежность была вся в сгустках засохшей крови. Когда удалось ее счистить – не мог я пребывать в неведении! – увидел, что из 15 сантиметров осталось полтора–два, причем и бубенчики тоже испарились куда-то… Даже не знаю, существовало ли такое слово, которое обозначало молодого человека, оставшегося не только без кружочков, но и без кончика. Женщина, к примеру. Чем не вариант?
Мысли о самоубийстве меня посетили довольно скоро. С полчаса я размышлял: самоубился бы, даже если бы точно знал, что ничего обратно не отрастет? В итоге решил, что скорей всего, нет. Наличие вечности предполагало и другие возможности развлечься, не только с помощью барышень. Но мысль, что если я хорошенько поем, то все отрастет – давала серьезную мотивацию.
Всхлипывая и причитая, я отыскал в рюкзаке мачете, срубил ближайший куст и выстругал из него костыль. Переодел штаны из запасного комплекта термобелья и починил оторванную лямку. Куртку снял и запихнул в рюкзак. Ее тоже прилично осколками посекло, да и пистолеты так быстрее из кобур выхватывать. Ремень от взрыва почти не пострадал, к нему прикрепил ножны с мачете. После пошел в сторону… под уклон, короче. В поисках речки, озерца или оазиса с готовящимися шашлыками из человеческого мяса преступников-маньяков пожилого возраста, нанесших огромных вред обществу и находившихся на последнем издыхании в момент потрошения…
Научный метод толсто намекал, что одних лишь вершков и корешков не хватит, чтобы отрастить все обратно. В бобовых и орехах содержатся все незаменимые аминокислоты, в семенах льна и чиа куча Омега–3, В12… да, В12 есть только в животных продуктах, но его дефицит не станет заметен раньше, чем через год. Вопрос в том: где все это искать, и подойдет ли это мне? В Москве мертвяки не крушили морозильники супермаркетов в поисках стручковой фасоли, а жрали людей. И им явно шло впрок. Я в бессознательном состоянии так же кидался на человеченку. Вдруг, мясо – единственный вариант?
С котлетками тоже вопрос. Когда я осознал, чего лишился, если бы под рукой была палка колбасы или цыпленок-табака какой-нибудь, сжевал бы не задумываясь. Даже не вспомнил бы про риск стать стерлядью, если рыбки покушаю. Жабры-то отрастить может было бы и неплохо, а вдруг вместо этого память станет три секунды? Опасно. Из еды у меня оставалось по одной банке и бутылке Кока-Колы, одно яблоко и один апельсин. Пришлось перестать жалеть себя и начать искать глазами супермаркет. К сожалению, пока все выглядело, будто до ближайшей Пятерочки не меньше пары тысяч километров, а то и… световых лет.
 
На первый взгляд, обычный лес: дубочки, полянки, холмики, снова дубочки. По правую руку за рядом деревьев возвышалась крутая скала. Хрен спецназовец просто так спустится, если захочет удостовериться, что я труп. Мне почему-то казалось, что захочет. Оглядываться лучше не забывать.
Еще странное творилось с небом. Нет, из него не торчала пара глаз размером с Юпитер, наблюдая за происходящим. По небу растянулась ясная летняя синева, лишенная солнца, будто я находился близко от полюса, и звезду скрывало самой планетой. Теоретически, такое возможно, но тогда исчезли бы тени. Тут же под каждым деревом лежала одна, да и моя собственная колыхалась под ногами в такт шагам. Непонятно. Лес немногим позже тоже порадовал. Стали часто попадаться деревья, на которых зеленые листья были вперемешку с красно-белыми. И не потому, что осень, а сорт такой. Спартаковское дерево, не иначе. Я даже прихромал поближе, сорвал один, понюхал, пожевал… горько.
Привалы делал каждые несколько минут. Отдыхал и проверял компас из походного набора, в котором брал нитки. Север всегда оказывался в новом направлении. Либо в земле пролегала жила магнитного железняка, либо компас барахлил. Спустя примерно час проверил сигнал на одном из телефонов: по нолям. Нужно повыше забраться. Я пока оставлял шанс, что это не внутренности волшебного платяного шкафа, и не Кеплер четыреста тридцать восьмой.
С той же вероятностью это могла быть и обыкновенная шиза. Вот подберут мне врачи таблетки покачественнее, и вместо ходящих мертвецов и межпространственных тоннелей начну видеть белый потолок и соседей по палате. Вот тут у нас Наполеон отдыхает, а это Человек Паук, а Бога… Бога нет, его в интенсивное перевели…
На четвертый час – примерно – набрел на смородину: несколько кустов черной и тут же красная. Решил все съесть, но вспомнил притчу про мальчика, который все съел, и для него это плохо закончилось. Тогда взял по одной красной и черной ягоде и размазал их по запястьям. Если это «ложная смородина», то кожа покраснеет. Или нет. Ненастоящая смородина может и не оставить покраснения, но все равно оказаться ядом… Все же выждав минут пятнадцать – не покраснело – я съел черную ягоду и принялся обирать кусты. Через полчаса смело буду есть, и только попробуйте меня отравить после этого!
– Вкусно…
В общем, ягоде не поздоровилось. Съев все, что отыскал, я обшарил ближайшие кусты и нашел в них патиссон. Самый, что ни на есть. Цвет скорее желтый, чем белый, но сходство очевидно. Стебли тесным пучком торчали из земли, часть заканчивалась крупными листьями, часть – плодами диаметром сантиметров 8-9. Понятия не имел, что они вот так в лесу растут. Особо не думая, сорвал все три штуки. Пару засунул в рюкзак, третий разрезал, понюхал…
– Ух ты…
Как я помнил, патиссон – это овощ типа огурца, который мама мариновала с самими огурцами, а в сыром виде мы его не ели. Эта же штука пахла… яблоком, что ли? Таким чуть кисловатым, но именно фруктом. Снова помазав кожу, я стал ждать… и в этот раз вряд ли выдержал полчаса. Попробовал… реально яблоко! То есть, скорее не яблоко, а… как оно там называлось… да, айва! Тот вкус! Еле-еле выждав положенное время – живот не заболел – быстро употребил разрезанный фрукт.
 
Настроение улучшилось. Еда в лесу была, а значит и шанс всему необходимому отрасти тоже. Я шел под уклон, постепенно удаляясь от горы. Спецназовец сейчас мог искать способ с нее спуститься, так что чем дальше, тем лучше. Спустя минут пять заметил отблеск солнечного зайчика среди деревьев и вскоре вышел к небольшой речке. Течение было приличное и на волнах, действительно, блестело солнце. Не прямо светящимся шаром, а переливами на потоке. Я посмотрел на небо…