Обманутая невеста, или отбор в академии драконов (СИ)
- Эм.. - выдохнула я, глядя на камзол в своей руке. Может, и правда? Не стоит так переживать и волноваться? Камзол можно вернуть и завтра! Какая разница?
Я положила камзол на кровать, а сверху положила листочки. Завтра, так завтра.
Я улеглась, но чувствовала, что мысль не давала мне покоя. Я ворочалась, кряхтела, пыталась уснуть, но глаза не смыкались.
- Нет, я пойду к принцу. Я должна убедиться, что с ним все в порядке! - решила я, беря камзол и бумаги.
Причесавшись, я направилась к двери. Ничто лучше не согревает душу женщины, как то, что она похудела.
- Куда мы опять на ночь глядя? И не спится тебе? - ворчала Пипка, пока я шла по коридору.
Она зевнула, а я остановилась перед дверью, ведущей в покои принца. О, эти двери можно узнать сразу!
Я робко постучалась. Короткий стук нарушил ночную тишину спящей Академии. Я еще разок постучалась, понимая, что третий раз стучатся уже невежливо. А если принца там нет? А я стою как дура возле двери и стучусь в нее. Но я тут же успокоила себя тем, что пришла с отчетом.
- Ваше вы… - начала я, как вдруг дверь скрипнула. Ого? Она что? Сама открылась. Я ничего не делала! Клянусь!
Я остановилась на пороге, видя разбросанные по комнате бутылки.
- А я тебе говорила, что он - алкоголик! - проворчала Пипка на ухо. - А ты мне не верила! Ну вот, гляди! Сама убедись!
Я сделала шаг, видя, целую батарею бутылок, разбросанную по полу. Все они были пусты… Несколько полупустых бутылок стояло на каминной полке, еще парочка на столике. Я присмотрелась. На кровати кто-то был.
- Пошли отсюда! - фыркнула медуза, а свет тускло вспыхнул, и я увидела на кровати бледного Кассиодора. Он лежал с закрытыми глазами и не шевелился. Принц был поразительно, я бы даже сказала, мертвецки бледен. И даже не открыл глаза, когда я вошла.
- Мамочки,- прошептала я, понимая, что принцу плохо. Я бросилась к кровати, на ходу теряя камзол. - Кассиодор?
Я взяла его за руку, но она была холодная. И безвольно упала обратно в кровать.
- Напился, валяется теперь, - расписывала Пипка, летая по комнате. Она пролетела над столом. - Хоть бы закусывал.
Я опустила голову, прислушиваясь к дыханию. Мне кажется или…
- Пипка! - прошептала я, когда сердце испуганно рухнуло вниз. - Пипка! Он… Он не дышит!
Мне пришлось снова опустить голову, пытаясь определить дыхание. Потом я вспомнила про зеркальце. Поискав глазами хоть что-нибудь, я увидела на столике небольшое зеркало.
- Так, - схватила я его, снова бросаясь на кровать. Я поднесла зеркало к губам принца, подождала несколько секунд, а потом посмотрела на незапотевшую поверхность.
- Он, - простонала я, оседая. - Он умер…
Эти слова, словно гром среди ясного неба. Я быстро припала ухом к его груди. Может, сердце бьется? Я лежала на груди у Кассиодора, и не могла понять, чье сердце сейчас стучит. Мое или его?
Вот если бы можно было бы на пару секунд выключить свое сердце, чтобы понять точно.
- Ну что ж! Дело сделано! - хмыкнула Пипка. - Даже руки марать не пришлось!
Я начинала плакать. Слезы подкатились к горлу, а я все еще гладила его руку.
- Чего ревешь? Радуйся, дура! Домой отправишься! - летала возле уха назойливая Пипка. - Никаких тебе этих… Сближений. Нас кто-то опередил! Ну и ладно! Скажем, что это мы!
- Да как ты можешь! - зарыдала я, все еще перебирая его пальцы. - Он… Он такого не заслужил!
- Ему вообще за компанию прилетело! А нечего брату потакать. Взял бы и заступился! Но нет! Так что пусть получает! - фыркнула медуза. - Или ты че? Погоди, погоди! Дай-ка угадаю! Ты хотела бы ушатать его сама? Да? Я правильно угадала? Уважаю! Но тут ничего уже не поделаешь! Надо было лучше меня кормить, я бы быстрее выросла, и его бы угрохали мы!
- Ты - бессердечная! - выкрикнула я, давясь слезами.
- Нет у его у меня! Я же медуза! У меня даже скелета нет! - фыркнула Пипка. - Все, валим отседова! А то поймают, вопросы задавать будут неудобные. Небось еще инквизитор сюда прилетит! А вот с ним знакомиться нам не надо! Это пусть твоя подружайка разбирается! Мы со Скульд на инквизитора не договаривались!
- Кассиодор, - позвала я, проводя рукой по его лицу. - Очнись, умоляю!
- Пошли! Сейчас свяжемся со Скульд, она нас вытащит. Ты - домой, а я к себе! - требовала настойчивая медуза.
- Нет! - твердо произнесла я. И тут у меня в голове промелькнула мысль. Она показалась мне сумасшедшей. - Я… хочу убить его сама!
- И что ты предлагаешь? Мне что? Оживить его? - произнесла Пипка.
- А ты можешь? - внезапно спросила я. - Правда?
- Давай так договоримся. Я его оживляю, если он оживает, ты его добиваешь и домой! - проворчала медуза. Я закивала. Я была сейчас согласна на все, лишь бы он снова жил.
- Так, - протянула Пипка, а я сложила ручки, словно в мольбе.
Медуза облетела принца, а потом по ее телу пробежал разряд. Два жгутика уперлись принцу в грудь.
- Только ты смотри! Если вдруг получится, ты сразу! Хлоп и все! - проворчала Пипка, пуская разряд.
Глава 23. Тем временем принц...
Кассиодор
- Это - не то! - выдохнул я, делая глоток. В глазах помутнело, а я прокашлялся. Несколько вздохов, и я снова был в норме. - Не то!
Книга лежала на столе, а вместо закладки в ней был черный медальон.
- Нужна мертвая вода, - вздохнул я, делая записи. - Где-то ошибка. Может, я недостаточно отравил ее? Так, что усиливает яд?
Я отставил бутылку.
“Это ты меня убил!”,- послышался голос Искадора. Я стиснул зубы. Его отравили моим ядом! Вот только каким? Как вычислить тот самый яд, который смог убить дракона?
Я откинулся на спинку кресла, вспоминая свою комнату во дворце.
- Это все потому, что ты не записывал, где что стоит! - выругался я на самого себя. Сон опять вернулся. И в этом сне, я снова видел Искадора, который кричал мне, что это я его убил! Я! Но я не мог. Поэтому я уверен, что это был мой яд. Кто -то раздобыл один из моих ядов, как я предполагаю. И этот кто-то…
- Есть! А что если… - задумался я, выписывая формулу и меняя ингредиенты. - Нужно усилить немного.
Для обычного человека яд был смертельным. Но для дракона маловато.
- Сомневаюсь, что он выпил десять литров за раз, - вздохнул я, зачеркивая и снова рисуя формулу. - А что если так? Дозу мы примерно знаем. Не больше бокала. Осталось вычислить концентрацию.
Я наклонился за бумажкой, которую случайно смахнул со стола локтем.
- Так! Кажется, я знаю, как это сделать! - вскочил я, сминая бумагу и направляясь в сторону сада. В руках у меня была огромная склянка с ядом. Нельзя оставлять его без присмотра в комнате!
Пройдя по коридорам, я вошел в сад, как вдруг услышал громкое: “Ой!”. В саду стояла Нина, потирая попу. Она развернулась на мой голос, а ее глаза распахнулись от удивления. Бедная! Ей же так больно. А все из-за меня! Если бы не я, сидела бы она спокойно на занятиях. Я почувствовал угрызения совести. Запряг бедную девушку. Теперь ей придется отдуваться на отборе.
- Да брось, - махнул я рукой, видя как вредничает старое дерево. Ее бы следовало полить. Я взмахнул рукой, призывая воду из ближайшего озера. Ива это любит. Она вообще любит дождь, как и все деревья. Но под водой дождя не бывает, поэтому она скучает по нему. Недавно я шел, а она зацепила меня веткой: “Сделай мне дождик!”.
Ива застонала от счастья, когда мелкие капли обрызгали ее листья. В отличие от других деревьев, она помнила дождь. Поэтому скучала по нему. Она скучала, а характер портился… Небось, опять волшебное слово: “Дождь!”. Я не удивлюсь!
- Осторожней! - спохватился я, как вдруг ива отряхнулась. Серебристые капли полетели на нас с Ниной. Я успел отойти, а она нет.
- Ну все, - произнес я, видя, что Нина насквозь промокла. Ее волосы даже прилипли к щекам. Неудобно получилось. Я просто задумался о своем и забыл ее предупредить. Это моя вина. - Сильно намокла?