Отверженные (СИ)
- Я знаю, - улыбнулся Джона, разглядывая меня с каким-то подозрительным интересом. – Ты уже влюблялась раньше?
- Нет …. – нахмурилась я, растерявшись такому бессмысленному идиотскому вопросу. – Причём здесь это!? Мне просто стало по-человечески жаль Темпа! Искренне, от всего сердца. Ужасно когда мать твоего ребёнка забивают, как скотину. Он…
Всё-таки я разволновалась и Джона, наконец, перестал уничтожать меня своей безжалостной улыбкой:
- А что если я скажу тебе, что знаю способ, как досадить твоему брату и спасти тебе жизнь? Только при этом тебе придётся отречься от связи с Исходом.
- Ничего … не выйдет, - выдавила я, после короткого горького раздумья. – Я уже мертва, у меня нет шанса в любом случае и ты это знаешь. Поэтому я останусь преданной своим людям, потому что среди них есть … есть славные.
Джона громко свистнул несколько раз, и от поселения в нашу сторону тут же кинулось несколько человек.
- Глаз не сводить, рук не распускать, – приказал он холодно и мягко. – Сидеть и ждать, - полагаю, так разговаривать мог только Джона.
Теперь возле меня застыли двое сторожей, ненавидящих и втайне мечтающих свернуть мне шею. Одичалым досталось от Исхода, особенно когда там стал заправлять мой брат – изнасилования, зверские расправы. Поэтому я понимала настроения этих людей и даже не надеялась, что они смирятся и примут меня с распростёртыми объятьями. Разговаривать с ними так же было без толку, мне оставалось только глядеть на океан и ждать неизвестно чего. …Хотя нет, известно – конца.
Через время моих молчаливых охранников вдруг сменил Темп, отпуская их кивком головы. Какое-то время сидим, не говоря ни слова. … Рядом.
- Лав, спасая мне жизнь, ты уже и так фактически отреклась от Исхода, - наконец заговорил Темп, мрачный и уставший, переживающий своё горе внутри себя. – Тебе стоит прислушаться к нашему предводителю. Джона позволит тебе жить здесь. Тем более, нашего последнего лекаря зарезали люди Ронана. Я всё равно рано или поздно убью твоего брата. А пока Ронан должен узнать, что ты добровольно променяла его на нас. Джона прав, этот факт взбесит его сильнее, чем твоя смерть, - наши взгляды встретились.
Мне было трудно понять, что он испытывает по отношению ко мне, в его взгляде было намешано столько всего, но я точно ни с чем хорошим у него не ассоциировалась.
- Не получится так, Темп. Одичалые убьют меня, не сейчас так потом. Ваши люди никогда не простят мне мою принадлежность. Они ненавидят меня, и каждым своим взглядом и словом будут это выказывать. Такая жизнь гораздо хуже, чем быстрый и точный удар ножа. Бойцы вроде тебя знают, как убить человека без боли. Сможешь сделать мне такое одолжение на прощание?
Устало прищурив глаза, Темп разочарованно покачал головой, уставившись куда-то вдаль:
- Раз уж взялась помогать, не сдавайся на начатом. Лаванда, …. помоги мне заставить этих ублюдков ответить за гибель моей жены и не рождённого сына.
Услышав подобное, я поняла, почему он не смотрит мне в глаза. Темп видел во мне всего лишь оружие, всё ту же приманку, которую он собирается использовать по полной. Меня это почему-то больно задело за живое, хотя я и не знаю, чего я от него ждала.
- Я была готова обменять твою жизнь – на свою! Но тебе этого мало и ты просишь у меня, чтобы я наполнила своё жалкое существование мучениями и унижениями ради твоей мести?!
Моя реакция и мои слова его снова удивили, брови Темпа в который раз вопросительно изогнулись:
- Я прошу тебя жить, ты же почему-то хочешь умереть ради меня, - протянул он, скользя по мне изучающим взглядом, он явно не понимал что со мной происходит и в чём причина такой моей нелепой жертвенности. Я и сама запуталась. – Можно ведь попытаться, Лаванда. Тебя никто не тронет, я поговорю с людьми. Любой обидчик будет иметь дело со мной.
- Почему же … почему же ты не понимаешь? – мне вдруг страшно захотелось разреветься, и я всхлипнула. – Даже если они не станут избивать меня или пырять ножом из-за угла, ты не заставишь их смотреть на меня тёплыми взглядами, разговаривать со мной, болтать ни о чём по-приятельски. Никто не спросит, как у меня дела и о чём я мечтаю или что собираюсь делать на закате, никто не даст мне совета и не предложит помощи. Я буду здесь совершенно одна! Ненавидимый всеми изгой!
- Как хочешь, - Темп поднялся на ноги, уговаривать он меня явно не собирался. – Решишь утопиться давай, можешь искать любые способы убить себя. Можешь даже сбежать. Но если передумаешь…. - не договорив, он отправился в сторону поселения, оставив меня сидеть одну.
Я действительно не видела выхода. Возвращаться обратно в Исход было опасно, Ронан мог догадаться, что это я виновата в побеге Темпа. Здесь Одичалые будут изводить меня своим презрением, а выживание среди Теней становилось вообще под большим вопросом. Но и накладывать на себя руки мне тоже не хотелось. Получалось, что мне необходимо было взвешивать свои мысли и всё-таки принимать решение. Темп хотел показать мне, что всё зависит от меня, словно всё остальное мелкие препятствия. Может, он и не видит во мне человека, но всё же я могла бы получше его узнать, находясь какое-то время рядом с ним. Моё дурацкое глупое сердце вопреки всему рвалось к этому парню. А потом, я стала думать о его Эмми. …..Оказывается, так её звали. О том, что она бы с радостью поменялась со мной местами, что смерть уже безвозвратна, а вот жизнь может ещё измениться. Что нужно быть сильной, потому что этот мир принимает только борцов. …И я решила попытаться.
Их посёлок был построен из блоков ракушника, небольшие домики без дверей, крыши, крытые камышом. Внутри одно помещение – по углам лежаки, вроде спальных мест, которые при желании отгораживали плетёной ширмой, а посреди дома очаг, который разводили раз в день, чтобы приготовить пищу. Нехитрая утварь. Кое-где между домов были натянуты верёвки с сушеной рыбой. Много детворы, носящейся толпами.
Пока я шла, разыскивая Темпа – я нахваталась кучу презрительных взглядов и унизительных жестов, даже от тех же детей. Они порицали меня молча, как я и предвидела.
Слава создателю, мне не пришлось спрашивать у этих ощетинившихся людей, где мне искать Темпа – я сама на него наткнулась. Каждая улочка этого селения упирались в длинный сколоченный стол и лавки с обеих сторон, за один такой стол могло поместиться до двадцати человек, но сейчас Темп сидел там совершенно один. Сидел, задумчиво теребя браслеты Эмми.
Казалось, он и сам не знает, как ему теперь быть. Куда уж ему знать, что делать мне. Красивый печальный парень, с виду такой крепкий, сильный.
Но мир для него вдруг стал черно-белым, тусклым и безрадостным.
- Ну и чем мне заниматься? – пожала я плечами, как ни в чём ни бывало.
Темп несколько раз оглядел меня с ног до головы, прежде чем ответить.
- Я покажу тебе лазарет, с гибелью нашего лекаря он опустел. Разберешься там, что к чему. А я займу жильё по соседству.
- Чтобы присматривать за мной?
- Именно, - не весело хмыкнул он, дёрнув бровью. – В другом конце улицы найдёшь туалеты, а по утрам у столов раздают пресную воду и кое-какие продукты. Пока что будешь при лазарете, будешь оказывать посильную помощь, если кому-нибудь понадобится.
- Это вряд ли. В смысле, вряд ли кто-нибудь из них захочет ко мне обращаться. … А что Одичалые говорили обо мне? – мне было приятно идти рядом с ним. Просто идти и разговаривать, даже если он это делал через силу.
- Хорошо, что когда они высказывали своё мнение – ты была без сознания, - буркнул Темп, останавливаясь у дома со знаком U над дверью. – И ещё у нас тут изменились кое-какие правила. Покидать селение теперь можно только небольшими группами, желательно с вооруженными бойцами. Касательно тебя – если самовольно покинешь селение, тебя отыщут и прикончат без суда и моего благословления. Ясно?
- Так я здесь вроде как на испытательном сроке?
- Вроде как, - кивнул Темп, чуть дольше задержавшись на мне пристальным взглядом.