Туманная радуга. Том 2 (СИ)

В первый четверг мая Росомаха сообщила классу, что урок МХК отменяется, и на его место передвинут урок физкультуры, который состоится совместно с десятым «Б». Вероника издала протяжный вздох. Физкультура шла пятым уроком, а МХК — шестым. После этого девушка должна была идти на факультатив по физике, который в этой четверти шел сразу после МХК, а весь остальной десятый «Б» мог отправляться домой. Разве нельзя просто провести физкультуру согласно расписанию, а затем просто отпустить учеников по домам? Но на этот счет у завучей были свои идеи.
— Все это делается для вашего же блага, неблагодарные, — качала головой Росомаха. — Чтобы не терять целый учебный час, вместо физкультуры вы отправитесь в актовый зал, где специально для вас состоится показ образовательного фильма на тему подростковой наркомании. И не вздумайте прогуливать! Сначала смотрим фильм и отвечаем на вопросы по его окончании, а затем все дружно идем на физкультуру с десятым «Б». Урок состоится на спортивной площадке за школой, так что переодеваемся и бегом на улицу. Всем все понятно?
Меньше всего на свете Веронике хотелось оказаться на одном уроке с бэшками, но выхода у нее не было. После показа образовательного фильма, она, нехотя, отправилась в женскую раздевалку, предвкушая встречу с мегерами из десятого «Б». Ситуацию значительно усугубляло отсутствие Зинаиды, которая из-за перелома ноги была освобождена от физкультуры до конца года. Это означало, что мегеры уж точно не станут сдерживать свои порывы, видя перед собой такую легкую мишень, как Каспранская. Так и вышло. Оказавшись в раздевалке, девушка сразу же заметила полные неприязни взгляды и услышала едкие хихиканья в свою сторону.
— Они еще до твоего прихода начали перемывать тебе кости, — шепнула ей Оля Мартьянова. — Не обращай на этих дур внимания. Это все от зависти. Пускай захлебнутся своей же желчью.
Вероника и не собиралась как-то реагировать на нападки. Даже когда мегеры разошлись и принялись обсуждать ее в открытую, она все равно сохраняла молчание. В основном, речь шла о ее умственных способностях.
— Свет, тебе уж точно не надо бояться экзаменов, — обратилась Алена Романова к своей однокласснице, которая жаловалась, что завалит алгебру. — Пятерка по экзамену тебе обеспечена. В этой школе уже давно не такие высокие требования, как пару лет назад. О чем тут говорить, если изначально факультативы делали чуть ли не для избранных, а сейчас туда может попасть любое одноклеточное?
На Веронику уставились несколько пар глаз, но она по-прежнему молчала. Осталось только зашнуровать кроссовки и можно выходить на улицу. На открытом пространстве девицам из десятого «Б» будет куда сложнее ее достать.
Но Романова не собиралась так легко сдаваться. Когда оба класса собрались на школьной спортплощадке, она громко крикнула:
— Каспранская, у нас тут возник спор. Разреши, а. Одни говорят, что тебе пришлось у кого-то отсосать, чтобы попасть на факультатив, другие — что ты просто показала сиськи. Лично я — за первый вариант, ведь твои сиськи на хрен никому не сдались. Скажи, кто прав?
Эффект был достигнут — все собравшиеся сразу уставились на Веронику, ожидая ее реакции. Если бы Тимур находился рядом, она бы сразу впала в ступор и позволила безнаказанно себя оскорблять. Но, к счастью, тот еще не успел подойти, и ей ничто не мешало ответить.
— Если бы для попадания на факультатив нужно было у кого-то отсосать или показать сиськи, думаю, ты бы уже давно туда попала, Романова, — сказала Вероника. Услышав, что ее реплика вызвала смех, она почувствовала себя куда увереннее и продолжила: — Но тебя там нет, и я знаю почему. Потому что туда попадают только те, кому удается сдать тест.
Романова приблизилась к ней:
— Ты это серьезно? Забыла, в каком я классе? Да у нас каждый может сдать этот тест, просто не всем это нужно. А вот как ты его «сдала» — большой вопрос. Сомневаюсь, что твой птичий мозг способен на такие подвиги.
Краем глаза Вероника заметила, как Коля Бобарыкин, глядя на свою одноклассницу, с осуждением мотает головой. Рядом с ним стоял Старков, который неотрывно смотрел на Веронику, будто ожидая от нее достойного ответа на инсинуации Романовой. А еще к площадке приближалась троица парней во главе с Тимуром. Времени на размышления почти не оставалось, и Вероника озвучила то, что давно крутилось у нее на языке:
 
— Хочешь дерби, а, Романова? — Она с вызовом посмотрела на растерявшуюся Алену.
— Какие еще дебри, ты совсем дура?
— Вот ты тугая, Романова! — со смехом сказал один из Алениных одноклассников. — Она предлагает тебе посоревноваться с ней в физике.
Тимур и двое его закадычных друзей подошли к площадке и с интересом стали наблюдать за развернувшейся сценой.
— Каспранская, я уже намекнула тебе, что мне не интересна физика, — пошла на попятную Романова. — Я не собираюсь тратить свое время на решение задачек для седьмого класса. Как будто мне больше заняться нечем…
— То есть ты признаешь, что в физике я круче тебя? — насмешливо поинтересовалась Вероника, стараясь не глядеть в сторону Ханина.
— Да, с логикой у тебя не очень. Я сказала, что не буду тратить на тебя свое время. Да и вообще, с чего это я должна играть по твоим правилам, если я всегда больше любила алгебру?
Алена даже не подозревала, что последней фразой окончательно себя потопит. Вероника не для того потратила столько времени на самообразование, чтобы до сих пор бояться алгебры. Она была более чем уверена, что ее уровень теперь как минимум не хуже уровня Романовой.
— Не вопрос. — Вероника развела руками, поймав себя на мысли, что копирует излюбленный жест Тимура. — Алгебра, так алгебра. Предлагаю устроить дерби сразу после физры.
— У меня как раз с собой сборник задач Сканави, могу быть судьей, — предложил Шелепов.
— Отличное предложение, Виталик, — улыбнулась ему Вероника. — Романова, ну так что?
— Ой, знаешь, я не собираюсь участвовать в этом цирке с полоумной дурой вроде тебя, — бросила раскрасневшаяся Алена.
— Романова, просто признай, что приссала, — крикнула ей Оля Мартьянова. — Хотя можешь не говорить, это уже и так все поняли. Расходимся.
Народ начал расходиться кто куда, многие отпускали шуточки в адрес Романовой. Вероника впервые в жизни почувствовала себя победителем.
— Так, молодежь, — раздался грубый мужской голос. К площадке быстрым шагом приближался Семен Семенович, он же Жаба. — Кто-то из одиннадцатых классов окончательно доломал замок кладовой в спортзале, а там у нас весь спортинвентарь. Сейчас мы с трудовиком попробуем аккуратно вскрыть замок, а вы пока дышите свежим воздухом. В вашем распоряжении — турники, брусья, беговая дорожка вокруг поля, а для ленивых — скамейки. Если останется время, вынесу вам волейбольную сетку и мяч, сыграете разок-другой. И чтоб без приколов мне тут. — Он пригрозил ребятам пальцем. Затем указал на окна спортзала и добавил: — Я буду за вами наблюдать.
— Звучит, как угроза, — заржал Ласточкин.
— Потому что это и есть угроза, — сказал Жаба. — Вы мои порядки знаете.
Учитель отправился обратно в спортзал, а большинство ребят расселись по лавкам. Спорт в этой школе никто особо не любил. Лишь единицы пошли к турникам, и то, как оказалось, вовсе не в спортивных целях, а просто так.
Вероника сначала хотела было побегать по периметру футбольного поля, но быстро отказалась от этой затеи, потому что компании ей не нашлось, а бегать одной ей не хотелось. Пришлось ожидать возвращения Жабы, сидя на скамейке вместе с остальными.
Через пару минут со стороны бэшек раздались странные возгласы. Большая часть из них принадлежала женскому полу. Вероника увидела, что Тимур направляется в сторону турников. Он был без футболки, что объясняло восторженную реакцию его одноклассниц. Когда он развернулся и оказался к скамейкам лицом, женская часть «Г» класса тоже не удержалась от характерных междометий. Девушек можно было понять. Не каждый день в их лицее можно было воочию наблюдать шесть идеальных кубиков пресса и рельефные руки с прорисованными на них мышцами. Даже Вероника, которая видела этот торс много раз до этого, и та еле сдерживалась от восклицаний.