Туманная радуга. Том 2 (СИ)

Вероника в очередной раз подивилась тому, как виртуозно Леониду Вениаминовичу удается провернуть все так, чтобы она из форменной дуры резко трансформировалась в умницу в глазах класса. На деле же она не знала ни о листе бумаги, ни о показательной функции, ни уж тем более о росте оной. Профессор прекрасно это понимал. И, скорее всего, Старков тоже все понял. Но по этому поводу Вероника не переживала. Все равно было невозможно упасть в его глазах еще ниже, чем когда ему не посчастливилось услышать песню группы «Руки Вверх» в ее исполнении.
— Я не поняла, тебе, что, нравится Старков? — спросила Лена после окончания занятий.
— Нет, конечно! — вытаращила глаза Вероника. — С чего ты взяла?
— Я же не слепая. Ты пялилась на него все занятие. Блузку то расстегивала, то застегивала. Ручку уронила, типа случайно. Ноги свои ему демонстрировала, вся искрутилась на месте.
— Господи, неужели это было так очевидно?
— А то. Думаю, для него тоже. Кстати, а как же Ханин и Егай? С ними покончено?
— В смысле? — удивилась Вероника. — С Ханиным у нас все закончилось еще в прошлом году, а с Витей мы просто дружим.
— Ага, дружите, как же. Вся параллель знает, что у вас с ним любовь. Ну, по крайней мере, была.
— Чего?? Лена, у него девушка есть. Я ему никогда даже не нравилась. Точно тебе говорю.
— Я тебе верю, — неожиданно сказала Лена. — Уж слишком натурально ты возмутилась. Такое не сыграешь без подготовки. А Ханин что? Мне казалось, что с ним у вас точно любовь.
— Сначала у меня любовь с Витей, потом с Ханиным, — хмыкнула Вероника. — Ты уж определись, с кем именно.
— Может, ты любительница крутить шашни с двумя парнями одновременно, откуда ж мне знать? Ладно, не хмурься ты так, морщины появятся. На самом деле, я так думала до знакомства с тобой. Сейчас мое мнение прямо противоположное. И мне просто интересно, как обстоят дела. Если это, конечно, не секрет.
— Да нет, не секрет, — вздохнула Вероника. — С Ханиным у нас не было никакой любви. Любовь была только у меня, а он просто развлекался.
— Он переспал с тобой и бросил?? — ужаснулась Лена.
— Нет, слава богу, до этого не дошло. Мне хватило ума не ввязываться во все это.
— Все в нашем классе считают, что ты спала с обоими. Я имею в виду, и с Ханиным, и с Егаем. Завидуют тебе страшно.
— Нашли, чему завидовать. Не думаю, что это то, к чему стоит стремиться.
Веронике на мгновение показалось, что она видит что-то вроде восхищения на лице подруги.
— Ты реально не такая, какой кажешься! — воскликнула та.
— Рада слышать, — улыбнулась Вероника.
— А насчет Старкова не переживай. Рано или поздно он не устоит. Под таким-то напором. — Лена помолчала пару секунд, выдала загадочную улыбку и сама себе кивнула. — Точно говорю, не устоит!
— Блин, Лена, ты все не так поняла! Не нравится он мне. Мы просто с Чумаковой… Как бы это сказать…
— Поспорили что ли?
— Ну, вроде того. Она считает, что мы с ним будем отличной парой, и подбивает меня на всякие авантюры. То, что было сегодня — как раз одна из них.
— А не лукавишь ли ты часом? — с подозрением в голове поинтересовалась Лена. — Ты бы не стала пытаться его охмурить, если бы он совсем тебе не нравился. Все-таки что-то у тебя к нему есть.
Вероника поморщилась:
— Нет. Правда, нет. Просто он настолько деревянный и невозмутимый, что мне уже и самой интересно увидеть, как он будет себя вести, если я обращу на себя его внимание. Звучит глупо, но это так. Мне действительно интересно. А еще, наверное, скучно. Хочется чем-то себя занять.
— Ага, понимаю… Старков — это что-то вроде босса в игре, которого нужно победить. Это и правда может быть интересно. Теперь я тоже заинтригована. — Лена задумчиво почесала макушку. — Знаешь, а я ведь никогда не видела, чтобы он кем-то интересовался. Перед ним постоянно кто-то мельтешит — к примеру, как Ларина и Гойфман сегодня перед занятием — но он никогда ни с кем не заигрывает. Хотя Ларина с Гойфман далеко не уродины.
— Вот и я о том же. Он странный!
 
— Но что касается тебя, я по-прежнему считаю, что рано или поздно он не устоит. Мне вообще кажется, что он борется с собой, но периодически не может обуздать свои чувства. Иначе, как объяснить, что он из всей нашей группы здоровается только с тобой? Точнее, он всегда здоровается, но его приветствие обращено ко всем сразу, а не к кому-то одному. А еще он достал для тебя план контрольной! Это же настоящий подвиг, учитывая обстоятельства.
— Он поздоровался лично со мной только один раз, и то, скорее потому, что я была первой, кого он увидел, когда поднялся на этаж. А план контрольной ему передал Лесин. Я не знаю этого наверняка, но почти уверена, что так оно и есть. Леонид Вениаминович просто очень добрый, и ему меня жалко. Он знал, как мне важно было попасть на этот факультатив. Как-то я даже разревелась при нем. Потом расскажу об этом подробнее, если захочешь.
Девушки попрощались и помчались по домам готовиться к завтрашней контрольной.
Поздним вечером, не дождавшись звонка Зинаиды, Вероника сама ей позвонила, чтобы рассказать обещанные новости. Подробно описав все примененные методы обольщения, а также сообщив о нулевых результатах данной операции, девушка выдохнула и замерла в ожидании вердикта.
— Отличная работа, Каспраныч! — резюмировала Зинаида. Судя по ее голосу, она была вполне довольна. — Продолжай в том же духе, все идет по плану!
— Отличная работа? Зина, ты точно внимательно меня слушала? Он ни разу, повторяю: ни разу, даже не взглянул на меня. Ну, кроме того момента, когда я задала Лесину дурацкий вопрос. Но тогда на меня уставились все, не только Старков.
— Я была вся внимание. И совершенно точно тебе говорю: сработала ты на отлично.
— Зина, ты уверяла меня, что перед корейской школьной формой он ни за что не устоит, а он не только устоял, но и не взглянул ни разу. Не понимаю, что тут отличного.
— Каспраныч, вот ты вроде баба толковая, но иногда два и два сложить не можешь, — вздохнула подруга. — Объясняю: такой откровенный подкат заметил бы даже мертвый. Никто не говорит, что любой бы мигом рухнул к твоим ногам с признаниями в любви, ты не можешь нравиться всем. Но абсолютно каждый уж точно бы заметил и посмотрел на раздражитель хотя бы краем глаза. А ты была именно раздражителем, который мелькает перед глазами. Итак, мы плавно подходим к тому, что все он видел и понимал, но не показывал этого. А показное хладнокровие требует немалых усилий. Тебе ли не знать. Так вот, ему куда проще было расслабиться и вволю попялиться на симпатичную деваху, но он предпочел держать себя в узде. Спрашивается, зачем? Почему он так боится показать тебе, что твои уловки привлекли его внимание? Я не знаю ответа, но точно знаю, что ни один парень, которому на тебя наплевать, не стал бы так напрягаться. Он бы сразу выдал негативную реакцию, и дело с концом.
— Может, он держался как раз затем, чтобы не обидеть меня той самой негативной реакцией. Кстати, было очень похоже на то.
— Когда ты на весь класс задала дурацкий вопрос, каким тоном тебе ответил Игорек? Был ли он недоволен или раздражен?
— Хм… — Вероника задумалась и напрягла память. — Нет, он был вполне дружелюбен. Даже ответил мне шепотом, чтобы не ставить в еще более дурацкое положение.
— Вот! Будь он раздражен до этого, стал бы он отвечать тебе дружелюбным шепотом?
— Не знаю, Зина, не знаю. Мне кажется, ты пытаешься докопаться до сути там, где ответ лежит на самой поверхности. Я не нравлюсь Старкову, и он совершенно искренне меня не замечает. Такое вполне может быть, учитывая, что он закоренелый ботаник. А отвечает он дружелюбно, потому что я не вызываю у него никаких эмоций, ни хороших, ни плохих.
 
— Тебе бесполезно что-то растолковывать, как об стенку горох, — вспыхнула Зинаида. — Давай ты просто опишешь ситуацию Ритке? Только как можно более подробней, чтобы она понимала, с кем мы имеем дело. Мое мнение ей не озвучивай. Просто спроси, почему, по ее мнению, Старков в упор тебя не видит, а потом напиши мне эсэмэску с ее ответом. Если не буду спать, прочитаю сегодня. Если усну — завтра с утра. В любом случае напиши.