Туманная радуга. Том 2 (СИ)

— Я понял, что ты сама хочешь пойти с ним, и поэтому не стал ничего менять. Ханин тоже сразу все понял, поэтому и пришел ко мне. Для него это было частью вашей с ним забавы. Кстати, судя по всему, он неплохой парень.
— А я смотрю, вы спелись, — хмыкнула Вероника. — Потому что о тебе он сказал то же самое.
— Я не призываю тебя его прощать. Все-таки он натворил дел и верить ему нельзя. По крайней мере, пока.
Они миновали пост Сан Сеича и вышли в пустующий холл. Вероника сняла пуховик и села на лавочку, чтобы переобуться вместе с Витей, пока школа еще не начала заполняться остальными учащимися.
— Святое дерьмо! — воскликнул он. — Что ты на себя напялила??
— А что такого? Вроде ж все нормально.
Девушка опустила подбородок и оглядела себя сверху вниз. На ней были классические черные брюки прямого кроя, белая блузка на пуговицах и черный короткий приталенный пиджак. Волосы она убрала в хвост.
— Да это ж катастрофа! — Он приложил руку к груди, а его голос стал манерным. — Говорю тебе, как самый стильный человек в этой школе. Девочка моя, пришло время преподать тебе пару уроков стиля.
— Что конкретно тебе не нравится?
Витя пощупал ткань пиджака, скривился и произнес слово, созвучное со словом «звездец». Он взял девушку за локоть и подвел к большому зеркалу.
— Посмотри, как это все выглядит! Нравится?
— Не особо, — призналась Вероника. — Но у меня больше не было никакой строгой одежды. Не могла же я прийти на свое первое факультативное занятие к уважаемому профессору в толстовке и джинсах!
Он закатил глаза:
— Почему нет? Разве тебе говорили, что там действует какой-то дресс-код? Это вряд ли. Потому что люди идут туда получать знания, а не разглядывать шмотки. Ты могла надеть что угодно, но выбрала… вот это!
— Интересно, что бы ты сказал, если бы я последовала совету Ханина и пришла в мини-юбке? Как тебе такое?
— Уж лучше, чем это. — Витя еще раз оглядел ее. — Просто в случае с мини-юбкой ты бы сорвала занятие. Все бы сразу забыли о физике и пялились только на тебя.
— Ты же сам сказал, что там никто не станет разглядывать шмотки!
— Никто и не станет. Видела жилет Милосердова? Он носит его с того момента, как я впервые его увидел, и чувствует себя отлично. Так что все бы пялились не на юбку, а на твои ноги. До юбки им бы не было никакого дела.
— Ладно, — вздохнула Вероника. — А с этим что делать? Я же не смогу переодеться. Факультатив — сразу после седьмого урока.
Витя задумчиво взялся за подбородок.
— Так, хорошо… Брюки — еще куда ни шло. Самое ужасное здесь — это пиджак, поэтому срочно снимай его. Желательно возле мусорки. И попробуй расстегнуть пару верхних пуговиц на блузке, посмотрим, что получится.
Вероника сделала, как он сказал.
— Ну как?
— Лучше. А теперь распусти волосы и перекинь большую часть на одну сторону, как у шлюховатой секретарши восьмидесятых.
— Я не хочу быть похожа на шлюховатую секретаршу восьмидесятых, — возмутилась Вероника.
— Ты и не будешь. Я просто объясняю стиль прически.
После всех манипуляций оба снова подошли к зеркалу. Витя был прав. Стало гораздо лучше. Поблагодарив его, девушка отправилась в дальнюю часть раздевалки ждать Зинаиду.
После окончания уроков Вероника с волнением в душе и повышенным сердцебиением подошла к кабинету, где проходили факультативные занятия. Она специально выждала время и пришла за пару минут до начала, чтобы не стоять в коридоре вместе со всеми. Сделав глубокий вдох, она вошла в помещение. Леонида Вениаминовича еще не было на месте, но все ребята уже сидели на своих местах. Они тихонько переговаривались друг с другом, но, обратив внимание на вошедшую Веронику, разом умолкли.
— Всем привет! — она помахала им рукой, смотря куда-то в центр класса, но при этом никого не различая. Из-за волнения все было как в тумане.
Никто не спешил отвечать. Создавалось ощущение, что присутствующие перестали не только разговаривать, но шевелиться и даже дышать.
— Я как будто зашла в незнакомый салун на Диком Западе, — улыбнулась Вероника.
 
Лица некоторых ребят удивленно вытянулись.
— Ну, Дикий Запад, салун, кактусы, Клинт Иствуд, понимаете?
В класс зашел Рома Погорелов, ее старый знакомый.
— О, п’ивет! — весело сказал он. — Тбе п’идется сесть рядм с Жпой за пе’вую прту, так чт не завдую.
Всеобщее оцепенение спало, и все продолжили заниматься своими делами.
— Привет, красавица! — откуда-то с задних рядов поднялась рука Милосердова.
Пользуясь тем, что теперь на нее смотрело куда меньше народа, девушка немного всмотрелась в лица, чтобы понять, рядом с кем, помимо Лены Поповой, есть свободные места. Садиться рядом с Леной не хотелось, потому что о ее склочном характере ходили легенды. Взор Вероники сам по себе обратился ко внешнему виду присутствующих. Она никогда не оценивала людей по одежде, но сейчас видела то… что видела. Создавалось ощущение, что все эти ребята собрались в одном помещении, потому как принадлежали к некоему запрещенному в стране течению, где каждый участник ежедневно совершал то или иное преступление в отношении эстетической стороны человечества.
Это были хрестоматийные ботаники, чьи наряды выглядели так, будто подбирались на каком-нибудь рынке под Торжком в начале девяностых. Примерно такие же свитера Вероника видела на представителях правоохранительных органов из популярного сериала, который крутили по каналу «НТВ» лет восемь назад. Прилично выглядела всего пара человек. Среди них был Старков. Вероника сразу его заметила — он сидел за первой партой в дальнем ряду, что напротив учительского стола. На нем был черный джемпер и такие же джинсы. Ничего примечательного, но и ничего ужасного. Кроме того, его стрижка выглядела вполне приемлемо, чего нельзя было сказать об остальных.
По большей части, определенных стрижек на головах присутствующих обнаружено не было. Судя по всему, кто-то стригся сам, кого-то стриг младший брат, а некоторые, по одним им ведомым соображениям, не стриглись вовсе. У одного незнакомого ей парня волосы были ровно посередине разделены аккуратным пробором, щедро намазаны каким-то гелем и собраны в жиденький хвостик. Вкупе с пробивающимися усиками над верхней губой и рубашке светло-оранжевого оттенка он напоминал персонажа из телепередачи «Маски-шоу». Также Веронике удалось насчитать как минимум восемь пар очков. «Интересно, кто, по мнению Старкова, мог мне здесь приглянуться? Может, парень из „Маски-шоу“?»
Девушек в классе было мало — около четырех человек. Может, чуть больше, но Вероника не стала всматриваться. В отличие от парней, они выглядели вполне нормально, если, конечно, не брать в расчет Лену Попову, которую все называли Жопой. «Семь одежек и все без застежек» — примерно так можно было описать Ленин наряд. На ней были черные штаны, длинный коричневый свитер, а под ним — серая водолазка, горло которой полностью закрывало шею. Образ завершала черная безразмерная безрукавка, надетая поверх всего остального.
В классе была лишь одна свободная парта, но она не примыкала ни к одному из трех рядов и стояла как-то обособленно. Поэтому Вероника решила сесть рядом с Леной.
— Привет, ты не против, если я сяду с тобой?
Лена повернула к ней сальную голову и с очень недружелюбной гримасой на лице проговорила:
— Против.
— Э-э, хорошо, но давай я хотя бы временно присяду, пока не придет Леонид Вениаминович. Он скажет, куда мне сесть.
Лена ничего не ответила, лишь демонстративно отодвинулась от новой соседки подальше.
«Ну и дела», — подумала Вероника, присаживаясь рядом. По левую сторону, на соседнем ряду, сидел Игорь Старков. Из-за узкого расстояния в проходе девушке казалось, что она сидит рядом с Игорем и Леной вместе. Крайне некомфортные ощущения, но делать было нечего.
 
Дверь открылась, и в класс вошел профессор. Все резко встали. Даже Лена. Повинуясь общему течению, Вероника тоже вскочила с места.