Туманная радуга. Том 2 (СИ)

Мерзкая ухмылка, появившаяся на лице брата, ударила Костю словно кнутом.
— Уже не придет, — заявил Виктор. — Ты наверняка наслышан о нашей с ней поездке в один чудный загородный отель. Ох, и жаркие же выдались каникулы, скажу я тебе! Ладно, брат, не скучай.
На прощание он одарил Костю издевательским воздушным поцелуем.
«Ничего. Я еще станцую свой победный танец на обломках твоих надежд, — с презрением глядя мерзавцу вслед, думал Костя. — Возможно, это даже будет наш с Вероникой свадебный вальс. — У него резко застучало в висках от осознания страшной правды. Пользуясь тем, что коридор пуст, он с чувством сплюнул на пол. Как будто хотел избавиться от части той грязи, что вылил на него брат. — Если, конечно, эта вшивая шлюха найдет способ вымолить у меня прощение, в чем я ох как не уверен!».
  
Самая ужасная история
 
В субботу днем Витя пришел к Веронике в гости. Как и обещал, он притащил с собой картину Роэля. Дверь ему открыла Ритка.
— Заходи, Витя. Верон на кухне, печет блины.
Вероника крикнула ему: «привет» и налила последний половник теста на сковороду. Осталось только завернуть фарш в оставшиеся блинчики, и можно ставить чайник.
Пока тетка знакомилась с Витей, девушка допекла последний блин и, вытерев руки, показалась в прихожей. Друг уже успел повесить куртку и надеть тапочки, и они все вместе отправились в гостиную смотреть картину. Когда оберточная бумага была сорвана, женская часть комнаты охнула. Картина в самом деле была великолепна, даже лучше, чем на фотографии. Возможно, сама ее идея была не нова, но само исполнение поражало. Казалось огонь вот-вот обожжет тебя, а вода подарит свежесть и прохладу, стоит лишь прикоснуться к холсту.
Ритка хотела было что-то сказать, но слова застряли у нее в горле. В немом восторге она скрестила ладони на груди и продолжила взирать на полотно, жадно впитывая хрусталиками глаз ее сияние.
Наконец она вымолвила:
— Ух. Ты. Жаль, что она в единственно экземпляре, иначе я бы повесила вторую такую же у себя в спальне. — Наклонив голову, она изучающе посмотрела на Витю. — Кто написал сей шедевр?
— Мой парень, — ответил тот таким обыденным тоном, будто бы речь шла о погоде за окном.
По короткому взгляду, брошенного в ее сторону, Вероника сразу поняла, что Витя таким образом решил проверить ее на честность: не рассказала ли она своей тете о его ориентации, не выдала ли все его тайны, которые он просил сохранить в секрете. Ей даже стало немного обидно. Она бы никогда так не поступила.
Если Ритку и шокировал столь откровенный ответ, то ей виртуозно удалось это скрыть.
— А он хорош, — покачала она головой. — По-настоящему хорош. Ему удалось впечатлить даже меня, а я не любитель живописи, скажу я тебе. Так ему и передай!
— Передам. Он будет польщен. — Витя улыбнулся и снова посмотрел в сторону Вероники, только на этот раз его лицо выглядело виноватым. Он понял, что она не выдала его тайну.
Они все вместе отправились на кухню есть блины. Оказалось, что у Ритки и Роэля много чего общего: оба занимались графическим дизайном, обожали европейскую архитектуру и фильмы Хичкока. Витя был только рад лишний раз поговорить о Роэле, и поэтому они с теткой болтали без умолку. Вероника, которая всегда больше предпочитала слушать, чем говорить, с удовольствием за ними наблюдала. Создавалось впечатление, как будто эти двое были знакомы всю жизнь.
После чаепития все трое пошли вешать картину, а затем тетка со спокойной душой оставила Веронику наедине с ее другом и даже прикрыла за собой дверь.
— Я никогда раньше не был в девчачьей комнате, — с любопытством рассматривая окружающие его предметы, проговорил Витя. — Он взял в руки книгу, которая лежала на кровати. — Брендон Сандерсон, — прочитал он и хмыкнул. Было ясно, что он, как и Вероника, раньше не слышал о таком авторе. — Интересная книга?
— Я не так много прочла, но пока мне определенно нравится. У него отличная фантазия, он придумывает что-то совершенно новое, никого не копирует. — Прищурившись, она вперила в Витю взгляд, полный подозрений. — Неужели это все-таки ты подарил мне эти книги?
 
— Я уже говорил, что нет. Зачем мне пихать их в пакет со сменкой?
— Откуда мне знать? — пожала плечами девушка. — Может, хотел сделать сюрприз.
— Честно говоря, я бы даже не догадался подарить тебе книги. Хотя я прекрасно знаю, что ты любишь читать. Просто я не очень чуткий в плане подарков. В нашей паре за все сюрпризы отвечает Роэль. — Витя кивком указал на картину, висящую над изголовьем кровати. — Видишь, даже моим друзьям подарки делаю не я, а он.
— Я так и думала, что это не твой почерк. Просто решила уточнить еще раз, чтобы знать наверняка. Но, знаешь, мне жутко интересно, кто же это все-таки был!
— Ханин, кто же еще? — удивился Витя. — Хочет получить свой второй шанс.
— Да будет тебе! — Девушка махнула рукой. — Это не Ханин. Он вообще в Австрии. Катается на сноуборде в компании какой-нибудь красотки. Я — это последнее, о чем он думает. Да и не знал он, что я люблю книги…
Вероника поморщилась, вспомнив, как однажды, когда они были вдвоем у него дома, Тимур вообще перепутал ее с какой-то другой девушкой. «Хочешь, теперь посмотрим фильм с твоим любимым Джимом Керри?» — спросил он тогда. На робкий ответ Вероники, что вообще-то ее любимый актер Джек Николсон, Тимур с уверенностью заявил: «Еще пару дней назад это был Джим Керри. Ты, наверное, перепутала, да?»
Витя рассеял ее воспоминания:
— Тогда, стало быть, мы имеем дело с совершенно новым парнишкой. Настоящим мастером лонг плея.
— Это Риткино выражение!
— Так от нее я его и услышал, — кивнул он, — сегодня, когда мы ели блины. Она так и сказала, что, мол, Витя, каюсь, думала, ты затеял против племяшки длинную игру, а оказалось, что ты отличный парень.
Витя так искусно изображал теткину манеру речи, что Вероника рассмеялась. Получается, у нее откуда-то взялся поклонник, но вот, кто он такой, было невозможно угадать. Эта неизвестность нервировала и даже в какой-то мере раззадоривала.
Тем временем, Витино внимание привлек компьютерный стол. К монитору, настольной лампе и даже к поверхности самого стола было приклеено множество разноцветных бумажек с формулами и заметками. Это было сделано для того, чтобы побыстрее запомнить и усвоить все самое важное, касающееся физики. Но «самого важного» оказалось чересчур много, и поэтому весь стол теперь пестрил всевозможными красками.
— Выглядит, как помешательство, — прокомментировал увиденное Витя.
— Это вам, умникам, легко дается новый материал, — девушка поджала губы. — А мне приходится использовать все доступные методы, чтобы в голове отложилось хоть сколько-то информации. И если с формулами у меня вроде нет особых проблем, то со всем остальным — полный провал.
— В твоем случае помешательство — это комплимент. А вот если бы с нами сейчас был Костик, тогда да, это слово заиграло бы новыми красками. Кстати о Костике… — Витя присел на пуфик возле кровати. — Больше он тебя не побеспокоит.
— Его забрали в психушку?
— Нет, вчера у нас с ним состоялся серьезный разговор, по итогам которого мы оба пришли к выводу, что ему следует оставить тебя в покое. — Вероника недоверчиво посмотрела на Витю. — Не хочу вдаваться в подробности, — пояснил он. — Просто знай, что теперь тебе нечего бояться. И прости, что я среагировал так поздно. Мне давно пора было на него повлиять.
Девушка не понимала, каким образом Вите удалось уладить ее проблему, но в его словах чувствовалась такая уверенность, что она сразу ему поверила. Раз он так сказал, значит, теперь ей действительно нечего бояться. Прямо гора с плеч! Преисполненная чувством благодарности, она наклонилась к другу и крепко его обняла:
 
— Спасибо! Ты не представляешь, как мне сейчас стало радостно. Твой брат был для меня как кость в горле, а сейчас все наконец в порядке. Ты самый лучший на свете друг!