Танго с демоном. Танго эсценарида

Может, дело не в том, что ты мединец, а в том, что ты сволочь?
И Дарея робко улыбнулась.
– Ваше высочество, я не умею танцевать. Но полагаю, мне простят этот грех.
Бернардо оскалился.
– А кто не простит, того мы щупальцами! Ритана Дарея, разве я могу упустить такой шанс?
– Никогда, – сказала новопожалованная ритана и направилась к земле. – Я долго на земле быть не люблю, чешуя пересыхает. Но так будет удобнее говорить. Вы промокли, и надо снять сапоги, высушить ноги. Не то простынете, и будете чихать на меня во время танцев.
– Я сейчас костер разведу, – подхватился собирать плавник Крис. – Сейчас-сейчас…
– А мы в город. По мобилям! – скомандовал тан Кампос. И порадовался, что ехали на трех мобилях. Можно один оставить его высочеству – мало ли что? А что тесновато – уместятся! Переживут!
* * *
Адриан Хорхе Валенсуэла ничего особенно хорошего от жизни не ждал.
Понятно же – убьют!
Может, сначала помучают, а потом убьют, может, просто прикончат…
Кому они нужны?
Мединцы стали врагами, и остаются врагами. А то, что лично он ничего не знал… да, конечно! От этого намного легче!
Дверь камеры отворилась неожиданно.
– На выход. Валенсуэла, верно?
– Да, – Мануэла, как привыкла, заслонила брата. Сверкнула глазами. – Что вам нужно?!
– Следуйте за мной.
Адриан коснулся руки сестры. Понятно же, этот человек просто должен их отвести куда-то. Ничего он не знает. Все скажут уже на месте.
Место оказалось большим залом. И в зале были собраны несколько десятков мединцев.
Адриан увидел Кальдеронов, Морильо, Велезов… не всех. В основном – молодняк.
Потом все притихли.
В зал вошел тан Кампос.
Мэр был бледен и устал, ему явно было не слишком хорошо. Возраст, а может, и что-то еще. Мужчина остановился так, чтобы его все видели, поднял руку, привлекая к себе внимание. Пара минут – и мединцы замолчали. Уставились на тана Кампоса синими глазами.
Да, разного оттенка, от темно-голубых до бездонно-чернильных, но синими, словно море.
– Приветствую всех собравшихся, – не стал продлевать ожидание тан Кампос. – Сейчас я объясню, почему вас здесь собрали. Все вы – мединцы. Но уже во втором, а кое-кто и в третьем поколении. Все – слабые маги воды. Все не желаете воевать. Вас допрашивали, а потом протоколы рассмотрели и прочитали, церковь постаралась. Большинство из вас желает просто жить. Спокойно жить в своих домах, среди людей.
Мануэла хмыкнула. Можно подумать, им дадут. Особенно теперь!
Тан Кампос качнул головой.
– Большинство из вас ни в чем не виноваты перед Астилией. Но за дела предков отвечают потомки, это часто бывает. Я сейчас предлагаю вам возможность оказать королевству услугу. Если согласитесь – сможете потом жить спокойно. Да, под наблюдением церковников, но никто вас не будет трогать, если вы первые не замыслите зла. Живите, заводите семьи, радуйтесь жизни – ваше право.
Уши навострили даже самые недоверчивые.
– Это дается не даром. Все вы здесь маги воды. Кто-то слабее, кто-то сильнее, но сродство с водой у вас есть.
Хорхе кивнул. Есть такое.
Правда, ему под силу было только водой в чашке командовать. Но вот сестра более талантлива. А Анна Калдерон вообще может поднять волну на море, на несколько часов. Он точно знает. Их потому и сосватали, родители надеялись, что сила проявится в их потомстве.
– Ваши сородичи, увы, не отказались от плана уничтожить столицу, – тан Кампос внимательно наблюдал за присутствующими. И еще пара десятков священников – тоже. Кому еще и читать в душах человеческих, если не им? – Теперь они хотят спустить цунами на Римат. Все вы здесь слабые маги. И мне требуется ваше согласие. На цепь.
Хорхе молчал. Обдумывал.
Цепь, да… Откуда только узнали? Из допросов? И придумали, как воспользоваться? Но это логично.
Маги практически не могут объединять силы. Разные люди, разные способности, разные… они просто разные. А вот мединцы – они части единого целого. Они изначально объединены каплей демонической сути в своих жилах. Им не привыкать действовать, как единое целое. Магам в том числе.
 
Они могут объединить силы, они могут если и не остановить, то ослабить цунами. Отвести воду в сторону. Могут попробовать. Но…
– И сколько из нас при этом погибнет? – Мануэла сдерживаться не стала.
Тан Кампос нашел ее взглядом.
– Не знаю. Может, погибнут все – если не удастся предотвратить трагедию. Может, не погибнет никто. У нас есть еще планы, вы – один из заслонов, не единственный и не главный. Чем хотите поклянусь. Вас волновало, сколько погибнет людей, чтобы вернулась ваша демонесса?
Мануэла опустила глаза.
– Нет.
– Вот. За планы надо платить. И за дальнейшую спокойную жизнь – тоже. Хотите – отработайте свое будущее. Не хотите – вернетесь в камеру. Мне нужны только добровольцы.
Хорхе вздохнул.
Выбор? А есть ли выбор?
ДО этого все выбирали ЗА них. Родители, демонесса… даже тот же Рамон! За них, не спрашивая, не думая о чувствах того же Хосе. Рассказ Мануэлы во многом оказался для него откровением.
Сейчас предлагают выбирать уже ему.
Может, он и погибнет. Но сделает это уже по своей воле, по своему выбору…
А еще – они должны Римату.
За ту женщину, которая стала его матерью. За тех, кого принесли в жертву. За… да всех перечислять – не хватит года! Даже за королеву Марию, которая вообще была ни при чем, но пострадала от его предка.
Хосе шагнул вперед одним из первых.
– Я согласен. Что надо делать?
Мануэла шагнула следом за ним.
– Я… я как брат.
И словно плотину прорвало.
Хосе не знал, но абы кого в этот зал не приводили. Только тех, кто действительно оказался в гуще событий по случайности. Запутался, боялся, не знал, куда бежать – не в полицию же, правда, с таким идти? Я не человек, но вы помогите!
Раньше у них шансов не было.
Сейчас шанс появился. Слабый, неуверенный, но он был. На нормальную спокойную жизнь среди людей. И капля отравленной крови, текущая в их жилах, растворится, рано или поздно.
Но чтобы это было…
Они готовы рискнуть? Они готовы.
Из девяноста мединцев в зале не отказался никто.
Тан Кампос был доволен.
Римат – прибрежный город. И свои маги здесь есть, и механизмы на случай шторма, и цунами, да. Но не магического. Не такого.
Пусть мединцы тоже поработают. Стели соломку везде, тогда, может, и падать не придется. Народная мудрость.
* * *
Треси с трудом разлепила глаза.
Болела голова.
Ее подташнивало, она повернулась на бок – и из желудка рванулась желчь. Спазмы сотрясали тело, на секунду она испугалась, что так и умрет. Захлебнется – и умрет.
Такое бывает…
Она знала пьяных, которые то в луже захлебывались, хотя там той лужи – воробью по колено, то собственной блевотиной… неужели она – тоже?!
– Тихо-тихо… вот так…
Чьи-то ласковые руки придержали ее голову, давая сохранить равновесие. Треси сплюнула. Еще раз.
– Уф-фф…
– Сейчас будет полегче. Потерпи.
Девушка постепенно приходила в себя. Осматривалась вокруг…
– Что я?! Где…
Память подсовывала картинки.
Хавьер… квартира… тряпка у лица…
– Кто это такие?!
– Работорговцы, – пояснил тот же женский голос. – Нас тут уже двадцать шесть – с тобой.
– Двадцать шесть?!
– Да… нас собираются везти куда-то на юг… не знаю точнее.
Треси окончательно пришла в себя, скрипнула зубами.
– Я не могу на юг. У меня тут…
– У нас, у всех, – отозвался тот же печальный голос. – Только кто нас спросит? Радуйся, что ты девушка, а то бы с тобой еще команда позабавилась. Вон, как с Амандой…
– Темно, – чуточку невпопад сказала Треси.
– Мы в трюме корабля. И нас собираются отправить куда-то… кажется, в Форсманскую империю.
Тереса выругалась нехорошими словами.
Нет, ну кто бы мог подумать?! Работорговцы!