Рунный маг империи. Дилогия (СИ)

— Слона в комнате? — приподнял я бровь.
— Глава рода Торнов несколько раз присылал мне письма, требуя, чтобы его сына вернули в Академию, — заметно повеселел отец. — Он ещё когда был моим одноклассником, не отличался большим складом ума. Я уж ненароком подумал, что время прибавит ему мозгов, но вместо этого они превратились у него в кисель, по-другому и не скажешь.
— Сложно спорить на этот счёт, — задумчиво сказал я, осознав истинный мотив Торина. Не удивлюсь, если это его отец приказал сыночку напасть на меня, чтобы отомстить таким образом моему отцу. Хотя, возможно, это просто совпадение и не более того. — Тем более, когда руководство Академии само принимает решения, кого принимать, а кого исключать из своего учреждения.
  
— Вот тебе урок. Некоторые люди в упор будут отказываться принимать правду в лицо, — нравоучительно ответил отец. Впрочем, он всегда так делал. — Насчёт Лайспиров — схожая ситуация получилась. Снова недовольство, но хотя бы в меньшей степени. Глава их рода высказал претензию, что ты раздул из мухи слона, из-за чего его наследник рискует вылететь из Академии, а это пятно на репутации.
— Это исключительно проблемы Лайспиров, — пожал я плечами. — К тому же, насколько я знаю, их род слишком слабый, чтобы устроить нам хоть какие-то проблемы.
— Про род Торнов можно сказать то же самое, — согласно кивнул отец. — У обоих даже вместе силёнок не хватит с нами бодаться. Другое дело Балтеры. Серьёзно ты их, конечно, обидеть решил, особенно, когда предложил мне заключить союз с Эгремонтами.
— Я посчитал, что для нашего рода это будет выгодная сделка, — всё так же, как ни в чём не бывало, ответил я. — С Балтерами при любых обстоятельствах был бы конфликт, а так мы приобрели выгодного союзника. Как минимум у них есть резон противостоять тому, кто решил пойти против Эйзенхорнов.
— Верный подход, сын, — едва заметно улыбнулся отец, кивнув мне в ответ. — К слову, именно из-за Эгремонтов я прилетел в столицу, чтобы заключить официальный союз. Придётся, конечно, подождать пару месяцев, пока наши юристы проверят все документы, но можно сказать, что теперь они на нашей стороне.
— Рад, что всё удачно закончилось, — сложил я руки на груди.
— Я тоже. Особенно учитывая, что Виолетта Эгремонт — весьма талантливая заклинательница, — увидев мой слегка озадаченный взгляд, отец добавил: — Личная сила решает очень многое. Если станет сильнее, то сможет добиться немалых успехов и пробиться в высшие слои общества. Возможно, даже выбьет для рода новый титул. Тут всё зависит исключительно от неё. Ну и мы, конечно, окажем поддержку, если она проявит себя. Такие вассалы всегда пригодятся.
— Из всего списка остались только Хартвуды. Я так понимаю, они уже отреагировали на нашу с Роландом перепалку? — не мог не поинтересоваться я, высказав догадку.
— Всё верно. Отреагировали. Только очень странно, — отец тяжело вздохнул. — Никаких угроз или претензий с их стороны не последовало. Наоборот, в качестве подарка они прислали нам заграничные шелка самого высокого качества. Такие не зазорно даже членам императорской семьи преподнести, в качестве дара.
— Какой… странный и неожиданный ход, — несколько секунд думал я, чтобы найти подходящее слово. — Выглядит всё очень и очень подозрительно. Я бы предположил, что они таким образом хотят сделать вид, будто ничего не произошло, но что-то мне подсказывает, что это не так.
— Хартвуды — это те ещё пауки, — с этими словами отец сложил руки домиком и положил их на подбородок. — Они говорят одно, а на уме у них совсем другое. Даже я с трудом представляю, какие цели они преследуют. Вполне вероятно, вся эта история с твоей подругой — их давно спланированная операция, чтобы добраться до нас. Такой вариант событий исключать нельзя.
— Наш род чем-то им насолил? — во мне тут же разыгралось любопытство.
— Мы враждовали с ними где-то пять сотен лет тому назад, — задумчиво произнёс отец, после чего повернул взгляд в сторону иллюминатора. — Ситуация сложилась весьма неоднозначная. Официально полтысячи лет тому назад мы заключили временное перемирие из-за войны. Это перемирие длится несколько сотен лет, и за этот срок между нами не было ни одного серьёзного конфликта. Максимум небольшие конфронтации, не стоящие внимания. Однако, как ты понимаешь, официальное перемирие мы так и не заключили. К тому же Хартвуды очень злопамятны и старые обиды так просто не прощают.
— Вот оно что, — обдумав и проанализировав всё как следует, я добавил: — Несмотря на сказанное, мне слабо верится, что они настолько далеко смогли всё спланировать. Слишком много переменных, из-за которых весь план мог пойти коту под хвост. Поэтому я не понимаю, почему ты пришёл к такому выводу, отец.
— Ты недооцениваешь их навыки, Энкрид, — не согласился со мной отец. — Хартвуды — один из древнейших родов Амрателя. Я не просто так называю их пауками. Все семьи, которые враждовали с Хартвудами, со временем попадали в опалу или оказывались уничтожены другими силами. Они очень тонкие манипуляторы, которые готовы использовать самые гнусные методы для достижения своих целей.
— По такой логике, для Его Императорского Величества они как обоюдоострый меч, учитывая их положение, — напрягся я, начав осознавать, что враг куда сильнее, чем я предполагал. — Иначе бы он не стал держать таких «пауков» рядом с собой.
— Несмотря ни на что, они отлично выполняют свою работу, — слегка натянуто улыбнулся отец. — Такие люди тоже необходимы императору. Политические игры — очень грязная штука. К тому же любая попытка отгородиться от них практически наверняка приведёт к гражданской войне, что, в свою очередь, обернётся огромными потерями со стороны всего народа. Так что императорской семье приходится закрывать глаза на слона в комнате.
— Значит, мы всё-таки займём выжидательную позицию, — не спросил, а практически констатировал я факт.
Других решений вопроса в данной ситуации я попросту не видел, да и отец наверняка тоже.
— Если захотим напасть на них первыми, это будет выглядеть странно, особенно после подарка. Тем более что для окружающих между нами нет прямого конфликта. Пять сотен лет временного перемирия позволяют забыть даже кровные обиды. Что, сам понимаешь, очень удобно, когда строишь планы и действуешь в тенях.
— Вдобавок Его Императорское Величество будет не в восторге, если мы нападём на его подчинённых, — согласно кивнул я, задумчиво посмотрев в потолок самолёта.
— Как минимум таким ходом я усложню своему другу жизнь, — снова едва заметно улыбнулся отец, после чего посмотрел на меня. — Пока что оставим Хартвудов в покое. Главное — дай сразу знать, если Роланд или кто-то из его окружения решит вставлять тебе палки в колёса. Да и другие тоже, а то, я смотрю, ты все свои проблемы норовишь решить сам.
— Я помню, отец, — на моём лице появилась широкая улыбка. — Однако беспокоить тебя или мать по пустякам я не собираюсь. Если постоянно будешь полагаться на чужую помощь, сам никогда не станешь сильным. Ты ведь сам меня этому учил.
— Какая у тебя всё-таки хорошая память, — чуть повеселев, произнёс отец, после чего вернул прямое положение ног, поставив их на пол. — И всё равно я должен попросить тебя не брать на себя слишком многое. Как отец, я всё равно буду беспокоиться за своего сына.
Я никак не стал отвечать на этот вопрос, поскольку это не имело смысла. Даже ответь я «да», то всё равно продолжил бы поступать так, как считаю нужным. Уверен, отец тоже это понимал, но таким образом показывал свою заботу и беспокойство.
  
Оставшийся полёт мы в основном обсуждали дела рода и то, как поживает наша семья.
Мама улетела на север, к своим родственникам. Со слов отца, она не очень горела желанием куда-то уезжать, учитывая моё скорое возвращение домой, но того требовали некие обстоятельства. Какие именно, я расспрашивать не стал.
Мой старший брат как обычно отправился в очередной рейд. Его в целом не особо интересовало будущее главенство над родом, так что неудивительно, что всё свободное время он посвящал личным тренировкам и сражениям.