Рунный маг империи. Дилогия (СИ)

Шевард, как мне показалось, вообще не слушал то, что говорит третьекурсник Кирт. Всё это время он сверлил взглядом Виолетту, да так, будто хотел её задушить собственными руками.
— Что это было за заклинание⁈ — стоило «судье» договорить, как парень зашагал вперёд и стал тыкать в воздух указательным пальцем в сторону Виолетты. — Я не припоминаю, чтобы кто-то создавал ледяные иглы таким образом. Это жульничество!
  
— Но я… — замялась девушка от такого напора с его стороны и отступила в мою сторону, подальше от приближающегося парня.
— Думаешь, род Балтеров простит тех, кто жульничеством пытается отобрать у них победу, а? — продолжал свою тираду парень, пока остальные юные аристократы молча наблюдали за происходящим, даже не думая вмешиваться.
Что ж, я их прекрасно понимал. Балтеры — весьма влиятельный род, обладающий обширными землями и военной силой. Зачем портить отношения с родом только ради одной безымянной аристократки? Да и это не их дело — лезть в межродовые разборки. Тем более многие пришли сюда ради развлечения и сейчас его получали.
От меня также не ускользнуло то, как Кирт нахмурил брови. Он ведь выступал в роли «судьи», а тут Шевард у всех на глазах ставил под сомнение его компетентность. Это удар по репутации, который очень сложно проигнорировать.
Кирт уже было открыл рот, чтобы осадить зарвавшегося маркиза, но я его опередил.
— Сколько же от вас шума, — сложил я руки на груди и как ни в чём не бывало вышел вперёд, закрыв собой Виолетту. — Ваше благородие, вы, случайно, не забыли условия пари? Речь шла не о заклинании, а о создании ледяных игл. Какая разница, каким способом она их создаёт, если форма остаётся всё той же? Не слишком ли громко вот так, на глазах такого количества аристократов, заявлять, что мой друг жульничает? — я намеренно сделал акцент на «друге», давая Шеварду и остальным понять, в каких мы отношениях.
— Неужто род Эйзенхорнов отважится выступить против Балтеров только ради вас и баронессы? — высокомерно‑насмешливым тоном произнёс маркиз.
Сдержанностью и ясным умом здесь даже не пахло. Печально, а ведь я ему давал шанс.
— Можете рискнуть проверить, — спокойным тоном ответил я, после чего продолжил: — Уверен, глава вашего рода будет в восторге, когда узнает, что его сын проиграл в споре, который сам же спровоцировал.
— Вы нарываетесь, — уже злым взглядом смотрел на меня Шевард.
Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.
— Умейте достойно принимать поражение, — продолжил поддевать я его, провоцируя на реакцию. — Надеюсь, в следующий раз я не буду вынужден впустую тратить на вас своё время.
— Так, достаточно! — смутно знакомый голос резко оборвал наш разговор. — Свободное время не предназначено для показных шоу! Расходитесь.
Я повернул голову и увидел преподавателя, идущего в нашу сторону. Чуть приглядевшись, я даже его узнал. Этот широкоплечий бородач сопровождал меня и Винсента, когда мы давали показания. Надо будет как‑то узнать его имя, а то чувствую, мне с ним придётся ещё очень часто видеться…
— Мы ещё не закончили, — сквозь зубы процедил Шевард, глядя мне в глаза.
Я в ответ лишь ухмыльнулся, наблюдая, как он идёт к выходу. К таким идиотам мне не привыкать. Интересно, что он дальше предпримет? После такого часть его дружков уж точно отсеется. Значит…
— Энкрид, я… это… спасибо, что заступился, — голос Виолетты вырвал меня из мыслей.
— Не стоит. Друзья ведь так поступают, — подмигнул я в ответ девушке.
— Друзья тоже должны уметь быть благодарными, — важно ответила ученица, указательным пальцем поправляя свои очки. Как удивительно быстро она собралась от робости к решительности. — Ты ведь не против, если я тебя чем‑нибудь угощу?
— На этой неделе никак. Завтра мне предстоит отправиться в Подземелье, — покачал я головой. — А вот потом я буду полностью свободен. Если что, я тот ещё сладкоежка, — договорив, снова подмигнул я.
— В таком случае желаю удачного рейда и вашего скорейшего возвращения, — мягко улыбнулась она, несмотря на некоторой степени официоз произнесенного.
Мы ещё некоторое время говорили, прежде чем разбрелись по своим комнатам. По возвращении я принял душ, после чего сразу лёг спать. Хотелось как можно побольше поспать, поскольку в Подземелье такая возможность может нескоро появиться.
* * *
Наутро я стоял за воротами Академии. Рядом со мной лежал огромный походный рюкзак со всеми запасами, а на поясе висел меч. Аристократам почти везде разрешалось носить с собой оружие, учитывая, как часто на них совершаются покушения. Главное, иметь на это соответствующее разрешение, а оно у меня, разумеется, было.
Алиса тоже выглядела во всеоружии. В левой руке она держала короткий магический лук, а за спиной виднелся колчан со стрелами. Правда, пользоваться ими она совсем не горела желанием.
Лук моей подруги служил удобным катализатором для магии. В него она вкладывала ману заранее и благодаря этому могла быстро кастовать дальнобойные заклинания. Правда, ценой этому была ограниченность арсенала атак, которые закладывались при создании этого артефактного оружия.
Поэтому она возместила свой недостаток стрелами с разного рода наконечниками. Тем более, лук подобное позволял использовать.
Одна стрела, например, при попадании взрывалась огнём, вторая создавала корку льда на теле противника, а третья лучше всех пробивала толстую шкуру монстров. Как выражалась сама Алиса, у меня есть стрелы на каждый случай жизни.
Другое дело, что стоили такие стрелы очень и очень дорого. Поэтому любое их применение било по кошельку, чему сама Алиса вовсе не радовалась. Да и попробуй ещё такой редкий товар найти на рынке. В нашей стране магических лучников, так сказать, не было столь много, чтобы это удешевило расходники.
К слову, я с собой тоже взял парочку артефактов. Первый создавал магический барьер вокруг носителя, а второй выпускал вперёд полумесяц, структурированный из стихии ветра, около трёх-четырёх метров в ширину. Что забавно, большинство магов предпочитало называть заклинание «серпом».
У обоих было по пять зарядов, так что должно хватить. Особенно учитывая, что вступать в бой я собирался только в случае крайней необходимости.
Хотелось бы, конечно, взять с собой побольше артефактов, да и охрана бы не пропустила. Все артефакты «фонят». Говоря другими словами — вызывают постоянные волновые колебания в магическом фоне. Для человека оно почти незаметно, но не для монстров. При сильных колебаниях они будут стягиваться на артефакты, как мотыльки на свет.
Так что в целях безопасности, империи пришлось наложить ограничения на пронос артефактов для тех, кто не соответствует уровню возможной опасности. В общем, не заковать себя в артефактные доспехи и не пойти мне крушить всяких тварей, а по мере роста сил и нужда в артефактах отпадает в той мере, как мне они пригодились бы сейчас.
— Да где его черти носят, — недовольно фыркнула Алиса, поправляя свободной рукой растрепавшиеся от ветра волосы. — Мы же договорились быть к девяти. А сейчас половина десятого!
— Вообще-то, ровно к десяти, — поправил я девушку. — Это мы с тобой рановато пришли.
— Но ему-то я сказала прийти к девяти! — недовольно буркнула Алиса. — Вот как знала, что опоздает.
— Умно, — хмыкнул я на это заявление и заметил, как Винсент со всех ног бежит к нам.
— Извиняюсь, проспал, — сказал он, держa обе руки за лямки рюкзака. Причём последний был раза в полтора больше моего. Боюсь представить, что он в него вообще напихал, потому что мой весил килограмм двадцать так точно. — А где транспорт?
  
— Скоро подъедет. Это тебе месть за то, что в прошлый раз опоздал, — косо глянула Алиса на друга.
— Да это было месяц назад, — закатил глаза Винсент. — Вот правду говорят, что женщины злопамятнее мужчин.
— Это ты сейчас меня женщиной назвал? — зацепилась за слово Алиса, сверля взглядом парня.
Я с трудом сдержал смех от увиденной картины. Что тут сказать — Винсенту ещё учиться и учиться, как разговаривать с девушками… делать нечего, надо спасать друга.