Новые невероятные союзники (СИ)

Хрущёв сложно представлял, что это могут быть за слова, а после услышанной правды отнюдь не считал себя не то что великим дипломатом, а вообще дипломатичным. Его уверенность в себе сильно пошатнулась, однако он был точно уверен насчёт вывода о своей судьбе на Оварис Гулаг. Было очевидно – его там узнают и убьют. Вопрос – каким способом? Повезёт если сразу при помощи подручных средств или толпой растерзают. А ведь могут и линчевать со всем разнообразием этой процедуры. Хотя и этот вариант кажется не таким плохим в сравнении с участью быть подопытным. 
  
Хрущёву не впервой быть на препарационном столе, но на Оварис Гулаг его никто не спасёт. Он там просто погибнет на радость изгоям и их, с позволения сказать, науке. Также участь вольно и не вольно делать что-то на пользу капиталистам для Хрущёва была неприемлемой. Даже если эта польза будет заключаться в предупреждении изгоев о превращении людей в расу зеленокожих тварей. Никита хоть и разочаровался в себе, но не изменил своего мнения об отправленных к хуям капиталистах. Уж лучше они станут зелёными убивающими всё на своём пути тварями чем останутся людьми и будут процветать на его достижениях. 
— Что вы натворили?! – держась за голову спросил Никита Сергеевич, вспоминая всё услышанное представляя масштабы происходящего.
— Спасли триллионы, — уверенно ответила Гармония.
— Погубив миллионы в этом мире и биллионы в других, если ваш план с грибами сработает!
— Не забывай, все эти миры созданы искусственно, а жертвы – клоны из зеркального пруда. А если, что… Мы остановили тебя и грибок тоже остановим, – возразил Доктор Хувс, под одобрительные кивки червей.
— Ты бредишь, – возразил Никита. — Тебе не остановить то, что движимо самыми низменными человеческими инстинктами. 
— Говорит тот, кто сам играл на этих инстинктах.
— Если не я, то это сделали бы капиталисты. Из ноутбука я знаю так называемую «реальную историю». Даже в самой утопичной коммунистической сверхдержаве всегда найдутся сотни тысяч людей готовых променять принципы на толику власти. До контакта с миром магии я хотел изменить мир к лучшему, прийти к коммунизму путём науки. Никакого голода и тяжёлого труда. Люди могли учиться… учить… любить… Но люди всегда остаются людьми. Нельзя дать дикарям автомат и думать, что всё обойдётся. Разум и логика не могут преодолеть пороки и страх. 
— И поэтому ты практиковал?..
— Да! Это было необходимо… пока не нашёлся другой выход. Выход, который ты же мне и подсказал! Вначале чёрные кристаллы, воздействующие на разум, а после и план с преображением. Излечится от человеческих пороков люди могли лишь перестав быть людьми! Став пони мы могли обрести магию! Гармонию! Прийти к истинному коммунизму! Я мог всё это дать. Демикорны были на моей стороне. Принцессы слушали меня… И…
— Вот только вышли против тебя не демикорны и не принцессы, — ответила Гармония, взяв эстафету диалога. И в своей дальнейшей речи, кристальная пони была даже более обычного похожа на Твайлайт Спаркл: — Обычные пони, грифоны, биррины и многие другие объединились ради высшего блага. Стали новыми невероятными союзниками. В наших рядах даже один демикорн был и чёрный чейнджлинг. Настоящий интернационал. Он не пытался убить друг друга и не преследовал личных корыстных интересов. Они, терпя жертвы, сражались бок о бок против общего сильного врага. Порочной идеи, что выдавала себя за светлые идеалы коммунизма, готовой на всё ради власти и наживы, которую не остановить, не дав достойный отпор. Жадность, реваншизм, месть, страх, обман – вот твоё оружие. Но ты был беспомощен, когда вместо лжи мы предложили правду. Вместо страха надежду. Когда мы прощали, а не мстили, строили, а не разрушали. Нас многое объединяло. Хорошие и плохие есть на любой стороне, так что мы не ленились, ища хороших. Говорят единственное что нужно для триумфа зла, чтобы добро ничего не делало. Мы не злые и нам надоело ничего не делать.
— Моя сверхдержава – не зло! Я творил великое! Я создал лучшую историю! Создал утопию! Лучший мир! Принёс дружбу! Равенство! Коммунизм! Гармонию!
— Твоя утопия – лишь иллюзия. Лучшая история – игра на чувствах людей считавших, что в прошлом история свернула не туда. Утопия – доказательство мудрости «счастье в неведении». Коммунизм – попытка спрятать коричневое под красным. Гармония... Это просто смешно, – закончила Гармония, после чего негромко засмеялась. 
— Я бы тоже посмеялся над вашими планами спасения вселенной, если бы они не включали массовые убийства, – без тени улыбки ответил Хрущёв. 
— Мы видели мир альтернативного будущего, – Доктор Хувс тоже говорил без улыбки, — в котором никто не решился остановить твою альтернативную сверхдержаву. Я видел хаос, который ты мог устроить. Кровопролитие… Знаешь, у тебя, у Гармонии, у меня, у всех нас много общего с сомнаморфами. Вся жизнь творений демикорнов – это исполнение приказов непосредственного хозяина. Ты же существуешь чтобы исполнять приказы что тебе давали из-за четвёртой стены. Примитивно и поразительно и… И это заставляет задуматься – а что, если мне, чтобы это прекратить, прекратить самому исполнять застенные приказы? У меня ведь есть ТАРДИС – машина пространства и времени дающая, казалось бы, неограниченные возможности, даже за четвёртой стеной. Если я решу слегка подкрутить время, то что меня остановит? 
Вопрос Доктора звучал как риторический и бессмысленный, но очень интересный. Хрущёв не был уверен зачем земной пони его задал. Зачем он вообще всё это говорил, будто обращался не к нему и даже не к присутствующим существам на брусчатке города на горе. Тем не менее эмоция интереса была приятней всего испытанного ранее, так что Хрущёв промолчал, слушая коричневого предателя.
— О, да, да, да, да, круги на воде, – продолжил Доктор. — Волновой эффект. И это если удастся избежать «приговора времени». Может из-за этого в будущем вселенной будут править коты, черви, или вообще грибы. Но с моей точки зрения, даже самое жуткое будущее лучше, чем его отсутствие. 
Тут Доктор сделал короткую паузу, в которой отдышавшись придал своей большеглазой морде очень серьёзное выражение. После, не моргая, смотря Хрущёву в глаза, Хувс продолжил:
— Ты украл у людей своего мира их жизнь и смерть. Лишил их истинной истории. Сделал их декорациями влажных утопичных фантазий. Из жадности запустил свои жирные ручонки в мир магии. Совратил демикорнов. Обманом перетянул к себе не слишком умных принцесс. Превратил Старлайт в её антипода. Практиковал выселение неугодных. Собирался конверсировать людей в копытных. Нарушал законы морали и физики. Ты нарушил нечто более важное чем время. Ты изменил законы жизни и смерти, добра и зла, морали и аморали. Поэтому я… Поэтому мы всё исправим. Здесь и сейчас закончится твоя история – история цвета сверхдержавы. 
— Ты этого не сделаешь.
— Уже сделал. Старлайт ведь тебе уже рассказала о красном гиганте и тоннах дружбы. Будущее, которое я видел, не состоится. Красный цвет сверхдержавы погубит красный гигант. Снежный занавес не падёт, но на Эквестрию падёт астероидный пояс. Вселенную же ждёт новая сверхдержава с новым цветом. Есть свой плюс знать, что конец близок. Тебе больше нечего терять. 
— Вообще-то, это ещё не конец, – возразила Гармония, испортив всё устроенное Хувсом эмоциональное нагнетание. — Наше предложение всё ещё в силе. Иди с нами и сделай выбор – мир реальной истории или Оварис Гулаг. Шанс вернуть свой мир в русло потока реальной истории или шанс увидеть новый цвет новой сверхдержавы. Выбор за тобой.
  
— А если я откажусь? – спросил Никита.
— То ты разделишь судьбу своего мира, – ответила Гармония. — Думаю тут можно обойтись без подробностей. Так что иди с нами. Мы можем тебя спасти.
— И стать орудиями в очередных ваших планах? – усмехаясь спросил Хрущёв, но не стал дожидаться ответа на риторический вопрос. — Идите на(цензура)!
— Так грубо, категорично, – наигранно спокойно ответила Гармония, — и не рационально.
— Но принципиально, – пояснил первый секретарь. — Ты, твой навозный приятель и падла Старлайт уже сполна мной воспользовались! Больше я не стану марионеткой в ваших планах! Тем более добровольно! Уж лучше я сгорю вместе со своим миром чем стану работать на тех, кто его погубил!