Новые невероятные союзники (СИ)

Гармония говорила довольно запутанно. Стороннему наблюдателю было бы не очень понятно, о чём идёт речь и причины действий упомянутых действующих лиц, однако Хрущёв был в центре событий и прекрасно всё понял. Особенно насчёт «фетиша на космос» который был ему не чужд, как и вера что американцы бы полетели на Луну. Также он отчасти понимал почему Старлайт выступила против него; хотя всё равно он считал эту пони предателем и сумасшедшей. Даже действия так называемого Сергуни у него не вызывали вопросов. Единственное что он не понял – почему некий Т-90 начал писать продолжение истории «невероятных союзников»? Конечно, судя по названию, танк Т-90 создавался после развала СССР в реальной истории, но вряд ли «новые невероятные союзники» писались из жалости к отправленным к хуям американцам. В противном случае Старлайт бы применила свой опыт путешествий во времени и предотвратила бы «дружбу миров». Ну или орбитальное зеркало использовалось для того, чтобы вернуть изгоев, а не зеркалить к ним Каширу, Крым и прочие места с достижениями «невероятных союзников». 
  
— Да, правильное наблюдение, – топнув копытом неожиданно сказал Доктор. — Американцы в реальном мире сотворили и творят много зла, так что хоть Т-90 и не одобряет массовый геноцид, но не стал бы писать эту историю желая отомстить за несчастных изгоев. Нет. Вовсе нет. Это Сергуня думал, что, переделав концовку, в которой с американцами начинают дружить, он изменил то, из-за чего Т-90 свой фанф решил написать. Но Сергуня – не слишком умный человек.
— Хватит тянуть за… — тут Никита подумал нечто нецензурное за что получил порцию головной боли.
— Т-90-му не понравилась воплощение альтернативной истории, – продолжая светить рогом ответила Гармония. — Особенно в части законов физики, экономики, биологии, психологии и прочих наук. Ему не понравилась тупая Селестия, которой можно манипулировать, хоть магнитофонной записью, хоть пробиркой с толчёным мелом. Демикорнов-заробитчан предавших свой родной мир он тоже не одобрял. Идея с вундервафлей, орбитальным зеркалом аля «Звезда смерти», стирающая неугодных с лица Земли, либо промывающих им мозги, показалась ему более подходящей для отрицательных персонажей. Но всё его и это бы не сильно смутило. Он бы просто отнёсся к этому миру как к очередной сьюшной графомании, а миру фанфика как миру магии, которым по факту он и являлся. Нет. Этому автору не понравилось, что в мире «цвета сверхдержавы» маловато исторической достоверности, и что она фальсифицируется в неонацистскую сторону.
— Что?! – было возмутился Хрущёв, но рог Гармонии засветился ярче, а голова заболела сильнее.
— Историческая ложь о Лаврентии Павловиче Берии. Наглое использование уважения к товарищу Сталину в твоём мире и за четвёртой стеной. Выселение неугодных на изолированные острова. Общая утопичная атмосфера с обилием вундервафель и дирижаблями в небе. Многочисленные нереализуемые гигантоманские прожекты, на уровне статей их журналов начала двадцатого века. Всё это и многое другое – очень по неонацистки. Но особенно девяностый для себя отметил, то, что в твоём мире Брежнева намеренно не допускали к политике.
— Какого?!. – не такой ответ Хрущёв ожидал.
— Да, именно из-за этого, – продолжил Доктор Хувс. — В мире реальной истории Брежнев был хорошим человеком, да и политиком был не плохим. Были у него свои тараканы, как самонаграждение, но не он, а ты начал эту практику, да и стране фетиш на награды стране не сильно вредил. Конечно, Брежнев излишне долго задержался на своём посту, но он этого не хотел и даже просил найти себе замену вопреки желаниям партийной элиты. Элиты, которая в мире цвета сверхдержавы преподносилась как настоящие коммунисты, а в реале были в лучшем случае латентными антисоветчиками.
— Мой мир изменил их в лучшую сторону, – отходя от головной боли возразил Хрущёв.
— Тем не менее Т-90-му не понравилось, что в нём не нашлось места Брежневу. Что политики, которые в реальной истории были за Брежнева, но против тебя, внезапно стали твоими союзниками, – Хрущёв был не уверен, но подумал, что это был намёк на Косыгина. — Что Андропов и в истории контакта с пони, был представлен правильным до тошноты, – пояснил земной пони.
— Это чем Андропов ему помешал? – риторическим вопросом ответил Никита, но Хувс дал на него ответ:
— Андропова в целом был неплохим человеком, но помнят его в основном по бутылке водки «андроповка» да глупым затягиванием гаек. Типа рейдов по увеселительным местам в поисках тунеядцев – тупая идея, особенно для своего времени. Также именно Андропов был тем, кто окончательно посадил СССР на нефтегазовую иглу. Кто продвигал к власти Горбачёва с прочими типами американо-либерального уклона. Кто начал называть брежневское время застоем, – далее Хувс слегка отвлёкся: — Сколько в этот застой открывалось новых заводов… Всем бы такой застой, – тут земной пони поняв что отвлёкся малость помотав головой продолжил уже серьёзно: — Пусть Т-90-й уважает Андропова за его достижения, в особенности за создание группы «Альфа», опыт которой КСС применило при захвате твой столицы, но это не отменяет всего остального и то как с Брежневым поступили в твоём мире. Будь по-другому… Если бы с Брежневым поступили бы справедливо и не предвзято, и твой коричнево-красный цвет не лез бы в мир магии… Кто знает, может девяностый и не посчитал бы твой мир достойным чтобы его посетил «призрак».
Далее последовала немая короткая пауза, что показалась Хрущёву вечностью. Его переполняло множество очень противоречивых и непривычных эмоций. Ранее такой эмоцией был страх. В прошлом Никиту Сергеевича не испугал даже препарационный стол грифонов, что работали на Орден магов, но Старлайт… То, как она зеркалила достижения дружбы миров отправляя их на планету изгоев и её последние слова о красном гиганте заставили Хрущёва сполна испытать это забытое чувство. Но сейчас, в эту минуту, эмоция страха уступила место тому, что Никита давно забыл и меньше всего ожидал испытать в данный момент – зависти. Зависти к человеку, которого он к политике не допускал, которого даже не пускал в свою столицу, о котором давно забыл и надеялся не вспоминать. Но надежда не оправдалась. Образно говоря, Брежнев смог сместить Хрущёва даже в его собственном мире альтернативной истории. И Хрущёва это не столько злило, сколько питало мерзким чувством зависти. Чувством, которое он забыл чуть ли не со дня получения ноутбука. 
— Завидовать нехорошо, – прервав тишину сказала Гармония. Хрущёв не стал отвечать, считая это троллингом, но кристальной пони было чуждо это явление. — В отличие от тебя, в мире реальной истории Брежнева помнят с теплотой. Он был психически стабильным, самоироничным, анекдоты про себя рассказывал, но главное – его правление по праву считается расцветом СССР. В этом плане Леонид Ильич обошёл даже Иосифа Виссарионовича. И если последнего ты использовал в своей псевдокоммунистической сверхдержаве, то Брежнева вознамерился выкинуть из истории. Боялся днепропетровского интеллигента с инсультом на старости лет и любовью к поцелуям. Заменил его смазливым очказавром Мазуриным. И теперь услышав его имя кипишь от зависти. Тебя злит, что в реальном мире его помнят с теплотой, а тебя с презрительной усмешкой. 
— В реальном мире он заложил мину под СССР, – с плохо скрываемой злобой возразил Хрущёв.
— Это ты так думаешь, вот только в реальном мире народ считает иначе. Что это с тебя всё началось. С твоих идей развала МТС на селе, паршивой денежной реформы, «разоблачения культа личности», крымского подарка, стучания ботинком и многого-многого другого. 
  
— Это не советские люди, – возразил Никита ненавидевший мир реальной истории и тем более населяющих его людей. — Это предатели. Такие же грязные капиталисты как те, которых я к хуям отправил.
— В глубине души, ты и советских людей своего мира считаешь такими же предателями, – пояснила Гармония и нехотя мысленно Хрущёв признал её правоту. — Ты вообще считаешь людей омерзительным биологическим видом. Отсюда и желание переделать свой мир на манер Эквестрии и идея массового преображения людей в пони.