Новые невероятные союзники (СИ)

На первый взгляд он решил действовать в манере Корсара идя на пролом на бегущего демикорна. Если бы это было так у пегаса не было бы шанса, но в отличие от Корсара Шмитт любил идти в обход. В этот раз это выразилось подкатом, который сделал пегас проскользив у демикорна чуть ли не между ног. Лезвирогая этого не ожидала и будучи обескураженной не сразу сориентировалась. Шмитт же сохранял контроль над ситуацией и то, что далее он набросился на демикорна отнюдь не было актом отчаяния. Пегас понимал, пустив очередь в след он не убьёт лезвирогую. Только ранит, но ранения редко снижают боевую эффективность лезвиерогих. Спитфайр допустила эту ошибку. Её пули достигли цели, но не смогли её остановить и теперь Спитфайр мертва. Девятихвостый не собирался повторять её подвиг. У него был план на свой собственный. Воплощая этот план он и набросился на лезвиерогую намереваясь просунуть ствол своего оружия между её артефактов и стреляя в упор прострелить ей сердце. Вот только он недооценил насколько острые торчащие из тела демикорнов шипы. Они были не настолько длинными чтобы насквозь проткнуть и вообще кололи пегасу задние ноги, но всё равно было болезненно, тогда как сама лезвиерогия брыкалась пытаясь сбросить наездника мешая плану Шмитта. 
  
Но шанс пришёл откуда не ждали. На секунду серая демикорн затихла увидев, как из шеи её жёлтой подруги торчит копытный штык Готы, тогда как саму фестралку, как хлыстом бьёт хлыстовидный жёлтый хвост. Демикорн с проткнутой шеей была обречена, но даже в таком виде умудрялась сопротивляться, однако, когда Гота вынула штык это стало для лезвиерогой смертельным ударом. Кровь потекла даже не бульканьем, а настоящим фонтаном. Этот момент вызвал замешательство у серого демикорна, и серый пегас его не упустил. Доля секунды и ствол его оружия оказался зажат между пластин артефактов, а далее длинная очередь. Пули не смогли пробить плотное тело демикорна насквозь, но для лезвирогой так было даже хуже. Её тело нашпиговали смертельным металлом, сердце оказалось разорвано и если у жёлтой кровь пролилась фонтаном, то у серой она так и осталась в теле внутренним кровотечением. 
— Капитан мертва, – сказал Шмитт смотря на тело Спитфайр слезая с убитой лезвиерогой. — Принимаю командование.
— Так точно, – ответила Гота своему новому командиру, у которого была единственной подчинённой. — Ваш приказ?
— Продолжаем план, – ответил Девятихвостый. — Захватываем мостик.
— Роджер, – ответила Гота рысью побежав к металлической двери.
— Стой! – остановил её Шмитт. — Это не тот случай где дамы вперёд. Просто выбей дверь.
Технически дверь уже была выбита. Чтобы добраться до запертой Черри Берри демикорны разрезали запирающие засовы металлической двери. Она не была закрыта, только прикрыта. Дверь можно было открыть одним несильным толчком, но было очевидно, что за ней враг, так что Шмитт решил действовать на опережение. Гота его поняла и нанесла по двери несильный лягающий удар. Достаточно сильный чтобы её резко открыть, но не настолько чтобы она обратно захлопнулась. Кто где и в каких количествах находится за дверью Шмитт не знал так что его огонь был беглым и не прицельным. Однако не безрезультатным. Зайдя в помещение Шмитт увидел помимо располовиненного тела Черри Берри тяжело раненного ночного пегаса в доспехах гвардии Луны. Рисковать пегас не стал и сделал фестралу контрольный.
— Ваш приказ, – сказала Готта зайдя на мостик Придвена.
— Разворачиваем корабль, направляем на гору, клиним управление и за борт, – ответил пегас, однако сказал он это по инерции. Думал он о другом.
Шмитту показалось странным что на мостике был только один ночной пегас. Мостик дирижабля – чрезвычайно важное место воздушного судна, так что логично что его бы занял тот, кто командует фестралами, чейнджлингами и демикорнами захватившими Придвен и это должен был быть точно не фестрал. Очевидно, что этим командующим должен быть демикорн и у входа на мостик как раз встретились два демикорна, но вряд ли они были тут главными. Командующий кораблём покидает не только корабль последним. Это касается и его мостика. Черри Берри как раз именно здесь встретила свою смерть. Значит…
Додумать пегас не успел так как прятавшаяся под потолком лезвиерогая решила действовать. Шмитт и Гота не видели, как эта копытная туша умудрилась зацепиться за потолок капитанского мостика. Какие акробатические приёмы использовала, использовала ли свои когти на сгибах крыльев и ловкий хлыстовидный хвост. Всё что боковым зрением видел Шмитт это как сверху упала бледно-зелёная шипастая туша. Упала она не на него и даже не на Готу. Она упала между ними перед Готой. Далее лезвиерогая опутала шею фестралки тонким, гибким, но сильным хвостом и с силой перебросив ту через себя кинула мышекрылую на пегаса. Шея у пони толстая, но имеет предел прочности, а хвост у демикорнов сильный. Шея Готы оказалась сломана ещё до того, как демикорн перебросила фестралку через себя. Пегасу от этого во всех смыслах было не легче. Гота была не тяжёлой, но её масса помноженная на скорость была достаточной чтобы отбросить пегаса к стенке мостика. Однако сознания Шмитт не потерял и с телом Готы на себе смог привести оружие в боевую готовность и открыть по демикорну неприцельный огонь. Девятихвостый попал, но попадание было не прямым. Лезвиерогую задело по касательной, сильно не ранив, а как всегда, не вовремя, далее оружие заклинило. После долгой стрельбы и сотрясения, вызванного броском Готы, оружие не могло не заклинить. Это было не серьёзной проблемой. Оружие и ранее клинило, но это легко исправлялось, однако сейчас у Шмитта не было этих секунд. Демикорн же не собиралась давать врагу шанса и резко подбежав к пегасу сбросило с него тело ночной пони намереваясь далее раскроить пернатому череп. Однако тут уже лезвирогая допустила ошибку.
Шмитт понимал, что ему не удастся исправить свой огнестрел и далее лезвирогая уберёт с него тело Готы, которое хоть и обездвижило пегаса, но было ему импровизированным щитом. Надеется на своё оружие не приходилось, а надежда победить демикорна в копытном бою… Темпест или Грей, да даже Октавия могли попытать шанс, но Шмитт был не таким. Надеется он мог только на свой стратегический ум, что он мог придумать что-то дерзкое и Шмитт придумал. 
Доля секунды, с тела пегаса резко сдёргивают тело фестралки и в тело демикорна втыкается копытный штык, который Шмитт снял с ноги Готы. Её холодное оружие хоть и было закреплено тугими ремнями, но легко растягивалось застёжкой. Естественно, на себе Девятихвостый не мог его застегнуть, но это и не требовалось. Шмитт просто держал штык копытами, надеясь, что делает это достаточно крепко. Надежда не подвела и когда демикорн сдёрнула тело Готы штык остался в копытах пегаса. А далее резкий короткий удар и добивающий-толкающий задними ногами. Этот толкающий и протолкнул острую сталь прямо вглубь тела лезвиерогой в район её сердца. Однако она не рухнула. Только замерла не в силах пошевелиться. Сердца у советских демикорнов представляли собой протезы, а вот сосудистая система оставалась родной – органической. Одно неверное движение и штык мог разрезать нечто важное. Демикорн это понимала, а вот Шмитт только догадывался. Тем не менее пегас не стал рисковать и не стал снова бить лезвиерогую Он просто быстро встал и отойдя подальше грубыми движениями привел своё оружие в боеспособное состояние и со словами «За Черри Берри» всадил в демикорна неполный магазин. Он бы полный всадил, да оружие снова заклинило, но демикорну и этого хватило. 
  
Было очевидно, что это она располовинила любящую вишню земную пони и на правах убийцы командира Придвена приняла командование; благо оно было недолгим. Теперь Шмитт был командиром, вот только было очевидно, что его роль капитана Придвена тоже будет недолгой. Осознавая свою незавидную судьбу, пегас подбежал к двери мостика, с силой её захлопнул, а далее использовал своё оружие как импровизированный засов заклинив дверь. Сделал это вовремя так как успел заметить за ней группу чейнджлингов. То, что далее по двери начал стучать град пуль, а после послышались глухие удары с намерением выбить дверь, показывало насколько верным было решение пегаса.