Не бесите демона

Именно в этот момент диспозиция внезапно изменилась Как это часто бывает, резко и кардинально. Причем от неожиданности обалдели все – и солдаты, и маги, и даже неспособный продемонстрировать сейчас хоть какие-то эмоции Яран. И было от чего!
Полыхнуло так, что небу стало жарко. При этом, как ни странно, вспышка не выглядела яркой. Когда-то Яран слышал термин «черный свет». Так вот, здесь было нечто подобное. Словно клубящийся шар наползал извне на место боя. Вот он коснулся сети – и она начала осыпаться серым пеплом. Полоса разрушения стремительно побежала по ее нитям во все стороны. Одновременно начали стремительно гаснуть «люстры». В наступающей темноте нити сгорали еще эффектнее. Зрелище выглядело завораживающе, но продолжалось всего несколько секунд. И все – защита поместья перестала существовать.
Черный шар между тем растекся сияющей изнутри мглой и потек вперед, расползаясь, подобно вырвавшемуся на равнину селю. Один из магов ударил в нее, но мощнейший разряд электричества исчез, втянувшись в непонятную субстанцию, и та вскипела изнутри, как шампанское. Вскипела – и поползла еще быстрее. А затем появилась ОНА!
Честное слово, Яран не сразу узнал свою воспитанницу. Вместо красивой и сильной, но все же сопли, перед ним была классическая ведьма из древних страшилок. Распущенные волосы стояли дыбом, подобно невероятной, футуристичной короне. Лицо, подсвеченное льющимся из мглы непонятным светом, придало ей воистину непривычный и жуткий облик. Одежда словно горела, а поднимающийся вокруг горячий воздух дрожал, причудливо искажая пропорции фигуры. В общем, перед ними было существо, встретиться с которым в темном переулке Яран бы не рискнул. Притом что он хотя бы знал, кто это. На остальных же увиденное производило и вовсе убойное впечатление.
– На колени, смертные!
Голос был под стать картинке – мощный, громкий и в то же время невероятно женственный. Такой действительно можно представить у могучей ведьмы, сколь грозной, столь и обольстительной. И нотки инфразвука, добавляющие в обычные, казалось бы, слова толику ужаса, Яран различил совершенно отчетливо.
Ответом был совместный удар всей четверки магов, направленный на сей раз в сторону колдуньи. Эффектно. Огненные заклятия разом заплясали вокруг нее, словно угодив в гигантское кривое зеркало со множеством граней. Несколько раз отразившись, они ушли куда-то в небо. Пущенный же магом земли солидных размеров валун вдруг изменил траекторию, будто скользнув по гигантскому трамплину, и ушел куда-то вверх. И – жуткий хохот, инфразвука в котором стало еще больше.
В этот момент Яран почувствовал, как его – ухватили за плечи и тихонечко, аккуратно тащат куда-то во тьму. Руки женские, это он определил, а вот силы в них… Такой силой обладают те женщины, что с детства привыкли к труду. Этого не заменить никакими тренировками.
– С-с…
– Молчи, молчи, – Сара, а это была именно она, отчаянно тянула наставника прочь. Несмотря на то, что говорила она шепотом, Яран ее слышал отчетливо. Похоже, его нынешнее состояние изрядно обострило чувства – и слух, и обоняние… И осязание, черт возьми – пинок сапогом вышел куда болезненней, чем должно было получиться. Если хозяин сей нечищеной обуви переживет этот бардак, Яран его потом сам наизнанку вывернет.
Девушка упорно тащила его, а Яран ничем не мог ей помочь. Паралич – штука поганая. Единственное, что радовало, это ракурс. Ярану хорошо было видно, какие страсти кипят на месте, где он так позорно продул бой. А посмотреть было на что.
Маги лупили то по хохочущей фигуре, то по черной субстанции, неумолимо ползущей в их сторону. Толку не было, единственно, клубящееся огненное марево закрыло женский силуэт, и что происходило там, куда попадали заклинания, видно не было совершенно. Зато, когда удары приходились в черное облако, оно вспыхивало всеми цветами радуги и пузырилось все сильнее. Лучи света, проходя сквозь эти пузыри, распадались и выдавали такие вспышки, что салют отдыхает. Зрелище было феерическое.
Но если маги дрались, то обычные солдаты попросту ударились в панику и теперь разбегались. Хоть какое-то подобие командования было утеряно – впрочем, похоже, дело с ним тут изначально обстояло не очень. Один из таких беглецов выскочил прямиком на Сару, но прежде, чем он хоть что-то успел сделать, девушка вскинула руку – и силовая волна, простая, но мощная, отбросила паникера на несколько метров, где он и остался лежать, слабо шевелясь и напоминая придавленного червяка.
 
Происходящее не осталось без внимания. Один из отступающих, видимо, офицер сумел привести в чувство двоих солдат и совместно напасть на Сару. Вот только сделано это было зря – застать врасплох девушку не удалось, и она, пребывая в расстроенных чувствах, не церемонясь, приложила всех троих. Да так, что они позавидовали своему товарищу, попавшему под горячую руку первым.
– С-с-с…
Вообще-то, под задницу Ярану попался острый камень, и это было больно, однако Сара поняла его по-своему.
– Ага! – кивнула она, щелкнула пальцами, и дальше офицер, спеленатый силовым полем, как младенец, полетел за ними следом, низко-низко, почти касаясь земли. Впрочем, буквально через несколько шагов она сообразила, что действует неправильно. Раз – и Яран оказался подвешен так же, как пленный. Вот так, буксируя за собой два кокона с людьми, Сара и скрылась в темноте.
– У, с-с-с…
– Тихо, тихо. Сейчас пройдет.
– Я сам знаю, что пройдет, с-с-с… – проскрипел в ответ Яран, чья попытка повернуться на другой бок и привела к столь ярким и образным выражениям, что их нельзя было говорить при девушке. Тем более истинной леди. Впрочем, Яран подозревал, что деревенское воспитание внесло кое-какие актуальные коррективы в ее словарный запас, и выражаться она умеет ничуть не хуже своего наставника. Но все равно нельзя.
Сейчас же Ярану приходилось воспринимать все актуальные последствия действия заклинания, которым его накрыло. Паралич – штука сама по себе предельно неприятная, но отходняк страшнее во сто крат. Практически любую боль при определенных душевных качествах можно вытерпеть. Но когда у тебя болит каждый дюйм кожи, каждая самая паршивая клеточка, да что там, каждый волосок… В общем, это сложно, и Ярану оставалось лишь последними словами поносить вражеского мага, выбравшего самый, пожалуй, извращенный вариант иммобилизующего заклинания, известный в этом мире.
Пройдет, конечно же пройдет, но ближайшие час, а то и два придется держаться исключительно на силе воли. Снять-то заклинание воспитанница сумела, ничего особо сложного в том нет. Старая истина: что один сделал, другой при нужде всегда сломает. Но вот убрать плотно завязанные на физиологию последствия она не могла при всем желании – ее некому было такому учить. Здесь специалисты такого профиля и класса банально не водились. И Яран не мог – просто не умел. В конце концов, он обычный учитель и стихийный маг, а не медик или, на худой конец, маг жизни. Остается терпеть…
– Пить хочешь? – в голосе Сары проступали явственные нотки жалости. Яран скрипнул зубами и, преодолевая боль, отрицательно качнул головой. Не хватало еще, чтоб его вывернуло наизнанку, боль может и не такое спровоцировать. – Бедненький…
– Слушай, хватит, а! – говорить тоже было чертовски больно, однако это, как ни странно, перетерпеть было куда проще. А может, помогали злость и раздражение, кто знает. – Нечего меня жалеть. Я сам дурак, сам виноват и сам вляпался. И то, что сейчас получил, последствия моей и только моей глупости. Помнишь, я говорил, что дураков надо учить? Сейчас дураком оказался я и урок преподнесли мне, только и всего. Кстати, спасибо.
– Не за что, – ответила Сара и зарделась. Ну как же, похвала от наставника и предмета обожания… Как бы только удержаться и не опорожнить от боли уже создающий неудобства мочевой пузырь прямо в штаны. От такого конфуза живо упадешь и в глазах воспитанницы, и в своих собственных.
– Как раз есть за что. Теперь рассказывай, как все было.