Опасное счастье

— Да.
— Но вы мне не нужны! — прорычал Дэвид, в то время как ребенок опять залился плачем. — Только вас здесь не хватает… Зачем мне адвокат? Мне нужна няня!
— Может быть, няня, которую вы вызвали, задержалась из-за непогоды! — в отчаянии воскликнула Джейн. Крики младенца резали ее как ножом. — Снаружи творится что-то страшное. Но почему вы хотели, чтобы я приехала?
— Я просил приехать Гарри… — Дэвид сник и беспомощно посмотрел на ребенка. — Послушайте, вас ведь зовут Джейн? — Он снова прижал младенца к себе. — Ну хорошо, я действительно приглашал адвоката. Но тогда здесь была Сара.
— Сара Хаттон? Мать ребенка?
Его лицо немного прояснилось.
— Верно. Вы на самом деле работаете с Гарри. Что ж, по крайней мере, вы знаете, что тут твориться.
Разговор принимал какой-то странный характер, и Джейн безумно захотелось убраться отсюда как можно скорее.
— Послушайте, мистер Кроуз, если я вам не нужна, то мне лучше уйти…
— Вы мне нужны. Послушайте, Джейн… кем бы вы ни были… вы хоть что-нибудь понимаете в детях?
— Нет.
— Я вам не верю, — решительно произнес он. — Все женщины понимают в детях.
— Только не я.
— Но сделайте же хоть что-нибудь! — взмолился Дэвид. — Парень кричит уже несколько часов. А стоило мне на какое-то время положить его, он весь посинел и закатил глаза. То вопил так, что чуть не задохнулся, а тут вдруг перестал кричать и даже дышать…
Она должна была хоть чем-то помочь не столько мистеру Кроузу — тот, похоже, получал по заслугам, — сколько ни в чем не повинному младенцу. Джейн постаралась сосредоточиться.
— Вы его кормили? — осторожно спросила она.
— Он не стал есть.
Дэвид подошел к куче бутылочек и прочих детских вещей, сваленных на кухоньке того, что, по всей видимости, представляло собой маленькую квартирку внутри дома. Вокруг царил полный хаос. Повсюду разбросаны подгузники, пеленки, банки с детским питанием.
— Когда его кормили в последний раз?
— Этим утром. Совсем рано. Он высосал полбутылочки и больше не стал. А с пяти часов то кричит, то перестает. Но больше кричит.
— А где его мать?
— Ушла! — с горечью бросил Дэвид. — Благодаря вам.
— Мне?!
— Послушайте, давайте отложим объяснения на другой раз, — отрезал он. — А сейчас… — Он потряс головой, как человек, только что проснувшийся от кошмарного сна и обнаруживший, что реальность ничем не лучше. — Джейн… мисс Сандер… кем бы вы ни были, умеете ли обращаться с детьми или нет, но я прошу вас подержать ребенка. Я не могу рисковать его здоровьем, но если не попаду в одно место… Гарантирую вам, что зрелище будет не из приятных.
— Но я не хочу…
— Мне плевать на то, чего вы хотите, — возразил он. — Я ожидал встретить в вас человека, а встретил адвоката. Попробуйте хотя бы на пять минут присоединиться к прочим представителям рода человеческого.
Он сунул кричащий сверток прямо ей в руки и почти бегом выскочил из комнаты.
Стоя как истукан, Джейн вглядывалась в продолжавшего кричать ребенка. Малышу, которого она держала на руках, должно быть исполнилось месяца три от роду, и лицо его было красным от непрерывного крика, однако отцовство Дэвида Кроуза было заметно в каждой его черте.
Ребенок махал крохотными кулачками в воздухе, и теперь в его криках вместо гнева слышалось крайнее отчаяние. Этот малыш явно был в беде. Им перекидывались как мячиком — мать, которая бросила его, и отец, который готов был от него отказаться…
— Ну, малыш, посмотрим, что с тобой…
Ребенок оказался мокрым с ног до головы — пеленки, должно быть, не менялись несколько часов. Неудивительно, что рубашка Дэвида была вся в пятнах. Ее костюм тоже изрядно пострадал. Но сейчас это не самое главное. Сначала нужно успокоить малыша…
На столе рядом с ней стояла бутылочка с питанием. Крепко прижав к себе ребенка одной рукой, Джейн другой подняла бутылочку и перевернула ее, но из соски не вылилось ничего. Нахмурившись, она встряхнула бутылочку и сдавила соску двумя пальцами. Наконец показалась сиротливая капля.
— О, бедняжка, — сказала она. — Ты же не мог сосать.
 
Обнаружив пачку булавок, Джейн взяла одну из них, подошла к плите, подержала кончик над огнем и проколола соску. И питание из бутылочки стало поступать равномерно.
— Отлично, теперь мы подогреем ее для тебя, — ласково сказала она малышу.
Но того было уже почти невозможно накормить. Крики в течение нескольких часов довели младенца до полного изнеможения, сменившись икотой и судорожными всхлипываниями.
Джейн тяжело вздохнула.
— Сменим обстановку…
Вновь пройдя через весь дом, она открыла сетчатую дверь и вышла на веранду. Это была старая уловка. Дуновение прохладного ветра могло заставить ребенка успокоиться.
Под крышей веранды было сухо, но холоднее, чем внутри. Щенок, так и не ушедший от двери, посмотрел на появившуюся женщину с выражением крайнего изумления. Осторожно приблизился, понюхал сверток на ее руках, чихнул, потом понюхал еще раз. Может быть, надо было все-таки сначала сменить пеленки?..
Однако наследник Кроуза, почувствовав перемену температуры, затих.
— Вот так-то лучше.
Джейн уселась в стоящее возле двери плетеное кресло и не дожидаясь, пока младенец начнет снова кричать, осторожно засунула соску ему в рот.
Ребенок издал протестующее мычание, как будто подозревая Джейн в каком-то ужасном обмане, затем глотнул, от неожиданности чуть не захлебнувшись теплым молоком, глотнул снова. И начал жадно сосать. Наступило благословенное молчание.
Именно такую сцену застал вышедший на веранду Дэвид Кроуз — собака, ребенок и женщина посреди непогоды. За пределами веранды вовсю хлестал ливень, но здесь, во всяком случае, на несколько минут, воцарилось спокойствие.
— Вам удалось?! — еле слышно спросил Дэвид и замер на месте, боясь нарушить идиллию.
Джейн посмотрела на жадно сосущий маленький ротик. Глаза младенца были уже закрыты от усталости, но животик требовал того, чтобы его наполнили.
— Его соска была закупорена.
— Неправда, — запротестовал Дэвид. — Я проверял — она пропускала молоко.
— Если вы отсасывали с помощью пылесоса, то, может быть, что-нибудь и проходило, — спокойно возразила Джейн. — Но это же младенец.
— Так, значит, вы что-то понимаете в младенцах.
Это было сказано с некоторым удивлением. Похоже, Джейн подверглась переоценке. Как адвокат она не была для него авторитетом, но в качестве няни могла вполне его устроить.
— Вы не хотите подержать своего сына? — спросила Джейн и увидела на лице Дэвида выражение ужаса.
— Нет… нет! Я и так держал его с пяти часов утра.
— Его мать уехала именно тогда?
— Она уехала ночью. Эй, Бой, иди-ка отсюда!
Отогнав щенка, обнюхивающего спеленатого младенца, Дэвид присел на ступеньки веранды.
— Сара привезла парня вчера, — угрюмо заявил он.
— А у этого парня есть имя? — спокойно спросила Джейн, инстинктивно еще крепче прижимая сверток к себе. Надо же, парня…
— Уилли.
— Уилли. — Она взглянула на энергично сосущее крохотное создание и улыбнулась. — Хорошо.
— Хорошо для кого? — с горечью бросил Дэвид.
— Хорошо для Уилли, что у него такое приятное имя, — ответила Джейн, перестав улыбаться. — Может быть, это все, что у него есть…
— Если вы действительно занимались этим делом, то должны знать, он имеет гораздо больше, чем просто приятное имя.
— Неужели? — холодно поинтересовалась она. — У Уилли есть мать, которая его бросила, и отец, который не хочет его знать. Счастливый ребенок!
— Я обеспечил его материально.
— Под давлением. После того как Сара подала в суд.
— А вам это не нравится? — поинтересовался Дэвид. — Ваша же контора сделала все возможное, чтобы вытащить меня из этой неприятной истории, а вы сотрудник этой конторы.
— И этот сотрудник закончил кормить вашего сына. — Уставший Уилли заснул, бутылочка соскользнула на пол веранды. Подняв голову, Джейн встретилась с испытующим взглядом Дэвида. — Почему вы вообще пригласили меня… пригласили адвоката, мистер Кроуз?