Мясная Башня. Том 1 (СИ)

— Зачистить, — сказал Слепень. — Тут недалеко, часа четыре хода, и вход в землю. Не нора, а место. Оно там всегда было, туда никто не суется. А теперь оттуда полезло, и лезет в нашу сторону, и Система хочет, чтоб это вычистили.
— Что за место?
— Не знаю, — сказал Слепень. — Написано «нижний карман». Я такого слова раньше на доске не видел.
Костя очень медленно поднял голову.
  
— Вход в землю, — сказал он.
— В четырех часах отсюда.
Нора встала.
— Костя, — сказала она.
— Я слышу.
— Костя, там вход вниз.
— Я слышу, Нора.
Он сидел и не двигался, потому что ему надо было, чтоб мысль улеглась и не улетела.
Двести искр это то, чего им не хватало. Сундук каждому это уровни и вещи. Четыре часа ходу это не месяц и не три недели.
А вход в землю это вход в землю.
— Слепень, — сказал он. — Кто еще знает?
Слепень помолчал.
— Вот за этим я и пришел, — сказал он. — Я тебе сказал первым, потому что ты мне заплатил уважением и потому что мне тебя жалко. Но лист висит на доске, милый, а доска моя стоит открытая, и в дом заданий заходит кто хочет.
— Кто уже зашел?
— Лысый, — сказал Слепень.
Костя закрыл глаза.
— Он стоял у доски, когда я уходил, — сказал Слепень. — И у него теперь пятеро человек. Он их за эти дни набрал. Двое старых и трое новых, и один из новых, милый, я тебе не вру, у него на спине висит меч, который светится.
— Синим?
— Да.
Костя открыл глаза и посмотрел в темноту за частокол, туда, где были джунгли, и где в четырех часах ходу была дыра в земле, и где под этой дырой сидел человек с Готовностью в девять процентов и держал руками потолок.
— Он туда пойдет, — сказал Костя.
— И он туда пойдет завтра., — сказал Слепень.
  
Глава семнадцатая. Нижний карман
 
Хмара пришла к ним сама, и это было первый раз.
Она вошла в дом без стука, встала в дверях и оглядела всех четверых, и в руках у нее был короб, обвязанный тряпкой.
— Слепень сказал, вы идете в нижний карман, жуткий биом, — сказала она.
— Идем, — сказал Костя.
— Завтра?
— Сегодня к вечеру выспимся, выйдем утром.
Хмара поставила короб на пол и стала разматывать тряпку.
— Раздевайтесь, — сказала она. — Все четверо. По одному, начиная с бабы.
— У нас нет денег на тебя, — сказал Костя. — У нас есть сто шестнадцать искр на всех, и они все уйдут в лавку.
Хмара выпрямилась и посмотрела на него.
— Я разве спросила, сколько у вас денег? — сказала она.
Она работала три часа.
Нору она смотрела первой и дольше всех. Сняла лубок, ощупала руку от плеча до кисти, надавила в двух местах, и Нора зашипела. Потом Хмара развязала короб до конца, и Костя увидел, что внутри стоят склянки, обернутые в мокрую тряпку, и склянок восемь.
Она достала одну и посмотрела на нее в свет.
(Эликсир полного исцеления. Очень редкий. Затягивает и сращивает все, что можно срастить. Снимает порчу и хворь. Не возвращает утраченное. Цена продажи: 80 искр.)
Дэн увидел строку и приподнялся на локте.
— Восемьдесят, — сказал он. — Хмара. Это восемьдесят искр.
— Я умею читать, милый.
— Ты нам его дашь?
— Я вам два дам, — сказала Хмара.
Первый она открыла и вылила Норе в ладонь.
— Пей, — сказала она. — И не морщься, оно горькое.
Нора выпила.
Костя смотрел, и первые секунд десять не было ничего. Потом Нора вдруг выгнулась и охнула, и схватилась правой рукой за левое плечо.
— Терпи, — сказала Хмара. — Оно кость собирает. Оно сейчас поставит все на место, а место одно, и ты его сама на четыре дня сдвинула.
Нора терпела с полминуты, и лицо у нее было белое.
Потом она разогнулась и подняла левую руку.
Она подняла ее над головой, повернула кисть, сжала кулак и разжала. И еще раз.
(Состояние: Нора. Перелом левой плечевой кости сращен. Ограничений нет.)
— Ох, — сказала Нора.
Она встала, взяла со стены свой новый лук, и натянула его до конца, до самого уха, и держала так, и Костя видел, как у нее дрожит тетива под пальцами.
Она отпустила ее медленно.
— Хмара, — сказала она.
— Не благодари, — сказала Хмара. — Меня благодарить противно, я от этого делаюсь дурная. Садись, дай посмотрю пацана.
Дэна она смотрела недолго.
— Кости целые, дышит нормально, внутри не течет, — сказала она. — А порча?
— Двое суток еще, — сказал Дэн.
— Второй эликсир на тебя не потрачу. Порча сама сойдет, а эликсир вам понадобится внизу, когда у кого-нибудь будет висеть рука. — Хмара порылась в коробе и достала маленькую склянку, темную. — Вот. Это не то, это простое. Выпьешь перед сном, и оно тебя вырубит на четыре часа, порча не порча.
— А потом?
— А потом опять каждый час. Но четыре часа сна перед рейдом это четыре часа сна, милый.
Дэн взял склянку и держал ее двумя руками.
— Спасибо, — сказал он.
— Ну вот, начал, — сказала Хмара и отвернулась к Бьорну.
Бьорна и Костю она собрала за час.
Бок у Бьорна она вычистила заново, зашила там, где расходилось, и заставила его сидеть неподвижно, что было тяжелее всего остального. Костино бедро она распустила и стянула по-новому.
Лицо она смотрела последним.
— Шрам будет, — сказала она. — Я тебе говорила.
— Пусть.
— От брови до челюсти, милый. Ты будешь с ним ходить всю дорогу, и тебя будут по нему узнавать.
— Пусть узнают.
Хмара усмехнулась и убрала руки.
(Состояние: Костя. Раны обработаны. Останется рубец.) (Состояние: Бьорн. Раны обработаны.)
Потом она завязала короб, оставила на полу две склянки очень редкого и пошла к дверям.
В дверях остановилась.
— Слушайте, — сказала она. — Я вам это скажу и уйду, и потом не буду говорить.
— Говори.
— За четыре года через эту деревню прошло отрядов больше, чем я могу вспомнить. — Хмара стояла и держалась за дверной косяк. — Я их всех штопала. И я вам скажу так: вы четвертый отряд, который идет за своим, а не за деньгами. Три предыдущих не вернулись.
Она подумала.
— И еще: они все шли без лекаря, — сказала она. — А у вас лекарь есть. Он у вас за старшего ходит, что глупо, но он есть.
И вышла.
В лавке они сидели два часа.
Костя первый раз в Башне не торопился в лавке, и это оказалось приятнее, чем он ждал. Они выложили все деньги прямо на прилавок.
— Сто шестнадцать, — сказала Нора. — Восемьдесят один общих, двадцать шесть Костиных, девять Бьорна.
— Все в котел, — сказал Костя.
— Ты понимаешь, что это все, что у нас есть? — сказала Нора. — Мы выйдем из этой лавки нищими.
— Мы выйдем из этой лавки одетыми, — сказал Бьорн. — Это разные вещи, и вторая лучше.
Все посмотрели на него.
— Это он говорил, — сказал Бьорн. — Не я.
— Тогда по порядку, — сказала Нора. — Костя. Ты без щита уже давно.
— Знаю.
— Открой свое.
Костя открыл свою полку и нашел строку, которую видел уже дважды и оба раза проходил мимо.
(Обитый щит послушника. Необычный. Липа, обтянутая шкурой, окованный обод. Броня: 3. Прочность 8/10. Особое: приняв удар, направленный в стоящего рядом, вы получаете половину урона. Требуется уровень: 7. Цена: 32 искры.)
Он смотрел на нее и молчал.
— Ты его в прошлый раз не взял, — сказала Нора.
  
— Не взял.
— Ты взял мне стрелы и себе плетеный за четырнадцать.
— Взял.
— А я это заметила и потом три дня молчала. — Нора ткнула в строку. — Тридцать два, Костя. Берешь.
— Это четверть всего.
— Ты идешь в четыре пещеры, где сидит то, чего мы не видели, и ты пойдешь впереди, и ты будешь принимать за нас урон, потому что иначе никак, — сказала Нора. — Берешь.