Частная Академия. Осколки (СИ)

— Да легко! — покладисто соглашается именинник. — Все уже уехали, наша тачка последняя. Аркадий Николаевич, респект вам!
Выезжаем из кампуса под веселый треп Цырулева и Вадима. Мы с Тарасом молчим, он и не пытается завязать диалог. Это радует, потому что после разговора с Артемом меня всю трясет.
— Мир, мобильный, — негромко произносит Кочетов и чуть придвигается ко мне. — Не слышишь?
  
Снова не определившийся номер. Да пошел ты! Отключаю телефон.
— Случилось чего? — тихонько спрашивает Тарас. — Может, я бы помог?
Отворачиваюсь от него и смотрю в окно. Ты мне уже помог однажды!
— Дорога свободная, быстро доедем, — доносится с водительского кресла голос Аркадия. — Минут тридцать максимум, жаль только снега навалило! Я таких сугробов вообще никогда не видел!
— Ну это ж вам не Москва, — ухмыляется Вадик. У нас тут всегда так, десять месяцев в год зима.
Они перебрасываются шутками, не сразу замечаю, что машина увеличила скорость.
— А наш любимый педагог — лихач, оказывается! — Вадим веселится, а меня это пугает. Фонари есть, но их мало на дороге, к тому же она довольно узкая из-за огромных сугробов.
— Да висит какой-то урод на заднице. Прости, Мирослава, — тут же поправляется Аркадий, но я улавливаю, как сильно напряжен его голос.
— Ну да, догоняет, — протягивает Вадим, а мы с Тарасом как по команде оборачиваемся. И тут же слепнем от яркого света фар преследующей нас машины. — Дальний свет еще врубил, ублюдок!
Мне становится совсем неуютно. Нет, я не думаю, что нам что-то грозит, в машине трое взрослых мужчин, но мы одни на безлюдной дороге, до города еще ехать и ехать, и по дороге никаких зданий, даже заправок не вижу.
— Эй! — восклицает Вадим. — Так это же… стоп, это же тачка Темного! Че Баеву от нас… Мирослава?
Он высовывается в просвет между передними сиденьями и пялится на меня. От его взгляда хочется сжаться, ощущаю себя преступницей. Господи, что он творит? Не может быть, чтобы там и правда был Артем!
— Оставь ее в покое! — приказывает Аркадий. — Мы едем в клуб!
— Вы не знаете Баева! — Вадим садится прямо. — Лучше остановиться. Он же за ней едет! Шанина, если из-за тебя у меня будут проблемы с Темным…
— Ни у кого никаких проблем не будет, — обрывает Цырулев. — И Миру я ему не позволю забрать. Это ясно?
— Да, но…
Вадим замолкает, Тарас не говорит ни слова, будто его это не касается. Меня никто не спрашивает, чего я хочу. Если вообще это все из-за меня!
— Совсем спятил? — кричит Аркадий, и машина резко виляет вбок. Меня отбрасывает на Кочетова. — Псих!
— Останови машину, — прошу я. — Это из-за меня все.
— Нет!
Господи, я готова провалиться сквозь землю, исчезнуть из этой машины, лишь бы не чувствовать вину за то, что устроил Артем.
А это точно он! Серебристая машина, так хорошо мне знакомая, уже поравнялась с нами. Дорога по факту на полторы полосы — мы едва умещаемся.
«Ягуар» вырывается вперед, подрезая нас. Слышится скрежет металла. Машина Баева резко сбрасывает скорость.
Вижу перед собой красные огни задних фар. Аркадий, матерясь, круто выворачивает руль, чтобы избежать столкновения. Счет идет на секунды, машину отбрасывает в сторону, и мы врезаемся в огромный сугроб.
  
Глава 19
 
— А-а-а! — вопит то ли Вадим, то ли Тарас.
Перед глазами закрытое наполовину снегом лобовое стекло. Оцепенев, таращусь в одну точку. В голове пусто, и только когда Аркадий громко спрашивает, отмираю.
— Все живы?! Мира? Тарас?
— Нормально все, — раздается рядом голос Кочетова.
В этот момент я осознаю, что сижу, прижавшись к Тарасу, и он держит меня за руку.
— Урод, блядь! Я выйти не смогу! Аркаш, дай задом!
Вадим матерится, дергает ручку двери. Оглушающе визжит машина, бесполезно крутятся колеса. Застряли!
Вдруг нас снова ослепляет яркий свет, щурясь, вижу, как мимо проезжает что-то серое.
— Вылезаем! — нервно приказывает Аркадий. — Мира, сможешь открыть дверь?
С нашей стороны — дорога, а с другой — двери заблокированы снегом, поэтому Вадик и вопил.
— Сейчас! — Отодвигаюсь от Тараса, тянусь к ручке, но дверь отворяется сама.
— Блядь, Артем! — орет Вадик с переднего сиденья. — Ты нас чуть не грохнул всех из-за своей телки!
Я молча смотрю на темный силуэт перед собой.
Баев. Точно он. И как обычно в дурном настроении.
— Помочь? — холодно спрашивает, обращаясь ко мне.
— Иди к черту! — выдыхаю я. — Я сама.
Когда у тебя узкий подол платья, не так просто выйти из машины, но я бы смогла, если бы мне дали хотя бы несколько секунд.
— Артем! — возмущенно взвизгиваю, когда сильные руки бесцеремонно обхватывают меня и выдергивают из машины. Судорожно хватаю ртом холодный морозный воздух. А когда ноги касаются засыпанной снегом дороги, отталкиваю от себя Баева:
— Ты спятил?!
Меня разрывает от злости, ярости, собственной беспомощности. И еще мне страшно, но этот страх велит не прятаться или бежать, он требует оторвать Баеву голову!
Хлопает дверь, и я слышу гневный рев Аркадия:
— Щенок! Думаешь, все можешь?! — Мягкий и доброжелательный Цырулев, к которому я успела проникнуться уважением и симпатией, словно исчезает без следа.
Он подлетает к Артему и хватает его за лацканы пальто. Все происходит быстро: вот я вижу разъяренного препода, который выкрикивает ругательства, а вот он уже стоит в паре метров от Баева и с ненавистью смотрит на него. А Артем как ни в чем не бывало смахивает снег со своего пальто. Когда именно он сбросил с себя руки Цырулева?
— Судя по вашему лексикону, кандидатскую или там докторскую вы тоже себе купили, — растягивая слова, невозмутимо говорит Баев. Он полностью владеет собой. — Еще и по блату попали в мою академию. Еще и девушку мою в ночь увозите.
Вспоминаю вписку Шумского, когда Артем приехал, чтобы забрать меня. Аркадий сейчас чем-то походит на Стэна, того тоже плющило от Баева, а Артем — такой же, как и тогда. И тут до меня доходит — драки не будет.
— Мира, садись в машину. Мы уезжаем, — не глядя на меня, чеканит он.
— Никуда она с вами не поедет, Баев! — Аркадий делает шаг ко мне. Он немного успокоился, но отступать не собирается.
Из внедорожника вылезают Вадим с Тарасом. В перепалку не вступают, стоят у машины, которую просто так не вытащить из сугроба. Артем мельком скользит по ним взглядом и хмурится, замечая Кочетова.
— Это мне решать, куда и с кем поедет Мирослава. Жаль, вы не поняли этого с первого раза.
Оборачиваюсь — серебристый «Ягуар» Баева стоит с включенным двигателем. Пока мы сидели, застряв в сугробе, Артем развернул машину, и теперь она смотрит в сторону академии.
— Она вам не игрушка, Баев!
— Бля, как мы будем выбираться отсюда?! — матерится Вадим, он ходит с поднятым в руке мобильным. — Тут сеть вообще хреново ловит. Пропадает постоянно.
— С днюхой, Вадь! — усмехается Баев. — Выбирай в следующий раз правильную компанию. Мира, поехали!
Последние слова он произносит жестко и безапелляционно, отчего у меня срывает крышу.
— А вы ничего не забыли? — Голос дрожит от возмущения. — Меня спросили?! Чего я хочу?! Чего. Хочу. Я! — уже ору на обоих, совершенно потеряв самообладание.
— Мира…
— Да пошли вы оба! К черту! Вам плевать, чего хочу я! Что я стою тут на морозе, а вы… вы… достали! Все!
Запоздало отмечаю, как от удивления вытягивается лицо Цырулева. Артем темнеет лицом, это очень плохой знак для меня. А мне плевать.
Разворачиваюсь и бегу к «Ягуару». Ты хотел, чтобы я села в твою машину? Так я сяду!
Дергаю дверцу и падаю на сиденье. А дальше как в тумане — дергаю рычаг и вдавливаю педаль газа.
Сзади кто-то кричит, но я запрещаю себе смотреть в зеркало. Вцепляюсь в руль и верещу — то ли от страха, то ли от безумной скорости, с которой мчится машина. Не знаю, сколько проходит времени — может, минута, а может, и десять, когда я наконец смотрю на спидометр. Девяносто километров! Убираю в испуге ногу с педали — машина стремительно сбрасывает скорость. В это мгновение я начинаю понимать, что натворила.