Частная Академия. Осколки (СИ)

— Откуда знаешь?
Мне приятно удивление деда. И я этого не скрываю:
— Я читаю все документы, которые приходят к совету директоров. Если помнишь, я там числюсь. И знаю, что если мы зайдем на этот рынок, сможем в разы увеличить оборот и прибыль. А если закрепимся там, нас будет сложнее «сковырнуть», как ты выразился.
— И? Я это и без тебя знаю. Решил помочь родной компании? Думаешь, я лично не пытался?
  
Он снова звереет, и я понимаю его. Экспансия бизнеса давно назрела, но реализовать ее не так просто.
— Предлагаю сделку. Я вывожу наш бизнес на уральский рынок, плотно погружаюсь во все процессы, как ты и хотел когда-то давно, и сам выберу себе невесту. Когда придет время.
Изумление на лице деда поистине бесценно!
— Ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты кто? Лоббист? Тема, прости, родной, но без меня там тебя никто и слушать не станет.
Согласно киваю и повторяю свое предложение. Дед лишь пожимает плечами и заставляет меня пообещать, что я не вляпаюсь в откровенный криминал.
— Все будет законно, но стоить денег. Намного меньше, чем рисовали твои стратеги.
— Даже так? Они что-то упустили? — Не дождавшись ответа, он сдается. — Договорились! Выведешь нас на Урал, помолвку расторгнем.
Почти два месяца прошло с того разговора, и сегодня все должно закончиться. Юристы уже подготовили документы, осталось их только подписать.
Вообще-то, я думал, все окажется проще. В отличие от деда, я не собирался заходить в местные администрации и заносить туда откаты. И так понимал — меня туда не пустят, раз даже у сенатора Баева не получилось. Но просматривая аналитические исследования по рынку Урала, я внимательно изучал потенциальных конкурентов. Нет, не федеральные сети, а местных небольших игроков. Необязательно добиваться разрешения на строительство своих заправок, достаточно купить чужие. Особенно если у них есть финансовые проблемы. К тому же с тремя отпрысками акционеров я знаком был лично, они учились со мной в академии. Я много знал о них того, о чем они хотели бы забыть. Это заметно облегчило переговоры. Из четырех небольших компаний продать бизнес согласились две. Это немного, но первый шаг сделан.
Дед счастлив. Я тоже. Осталось только поставить подписи.
Когда до дома остается каких-то пару сотен метров, обнаруживаю на экране мобильного голосовое от деда:
— Артем, все отменяется! Этих сук перекупили в последний момент!
  
Глава 16
 
— Мира, ну ты скоро? — Гневный возглас Юльки заставляет меня стыдливо отдернуть руку от груди. Воровато оглядываюсь на дверь — заперта! Шелест не зайдет и не увидит, чем я тут занималась!
Нервно мою руки, словно пытаясь смыть с них что-то… нет, не грязное, а тайное. Не для чужих глаз. Вглядываюсь в запотевшее зеркало — чуть-чуть покраснела, но это нормально же? И вообще, ничего такого я не делала, просто… просто я же совсем не знаю своего тела! То есть знаю, конечно, но не так, как надо. Не так, как Артем его успел изучить.
Уже две недели прошло, а я каждый день прокручиваю это в голове. Стараюсь не касаться Юлькиного стола, а когда та садится за него, хочу исчезнуть из нашей комнаты и стереть себе память.
— Пообедаем сегодня? — спрашиваю у Шелест, когда мы расходимся по своим этажам в главном корпусе.
— Не-а, надо доделать для Инги кое-какую задачку, — чуть помявшись, отвечает соседка. — Ребята обещали помочь, так что…
Юлька мгновенно считывает мою реакцию и тут же поспешно добавляет:
— Вообще-то, она нас почти не напрягает! Не так, как было с Лариской или даже с Яной. Все очень лайтово.
Молча киваю и иду на пару, не веря ни капли, что Инга Ульссон превратилась в фею-крестную для перваков. Просто затихла на время.
На большой перемене иду в столовку, чтобы поболтать с Максом. Все-таки он всегда хорошо ко мне относился, хотя мы и редко с ним общались после того, как я переехала к Баеву. Зато сейчас мы иногда вместе обедаем, но только когда Макс один, без Тараса. Кочетова вижу очень часто, он теперь безвылазно тусит в кампусе и кидает на меня такие взгляды, что я чувствую себя ему обязанной. Но хотя бы не подходит. Боится, поди. Ведь если бы я ему действительно была нужна, то наплевал бы на моих «телохранителей».
Сегодня Тараса нет, поэтому со спокойной душой подсаживаюсь к Максу за стол в углу столовки.
— Проголодалась? Не видел, чтобы ты столько себе брала. — Макс кивает на мой поднос. На нем два салата, суп и внушительная порция спагетти «Болоньезе».
— Впереди еще три пары, потом сразу факультатив по английскому, потом полчаса на матан, надо сделать, потом еще информатика. В общем, не хочу вечером отвлекаться на еду.
Макс понятливо хмыкает и утыкается в мобильный.
После рассылки видоса с «уборкой» нашей кафедры по академии разнесся слух о нас с Баевым. О том, что «у Миры есть я», теперь знали не только перваки на дотации, но и все студенты. Я даже несколько мемчиков себе отхватила. Довольно беззлобных, кстати.
«Ну а кто тебя будет троллить? — удивился тогда Макс. — Для Темного не существует анонимности, поверь!»
Я верила. И уже никому не говорила, что у нас с Баевым ничего нет. Хотя сейчас мы с ним держим почти такую же дистанцию, как было в каникулы. За прошедшие две недели я видела Артема лишь мельком два раза, и то издалека.
Зато не отвлекаюсь от учебы! Я же только ради нее здесь!
— Не слишком много на себя взвалила? — спрашивает Макс, наконец оторвавшись от мобильного. — Хотя выглядишь неплохо. Топчик.
— Я просто учусь, Макс! — притягиваю к себе салаты. — Понимаешь, просто учусь! Я и не знала, что такое возможно здесь. И не представляла, как это классно. Ко мне даже урод Демьянов перестал докапываться, прикинь? Наш препод по матану. Я в шоке, но приятном.
— Весь профессорско-преподавательский состав каждый год продлевает свои контракты, — втолковывает мой приятель. — Может, твой Демьянов ссыт, что внук нажалуется деду, а тот велит ректору избавиться от этого урода.
Меня бросает в краску от намека Макса.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь. Артем…
— У Баева везде уши и глаза. На кого-то у него компромат, кто-то летом пойдет работать в одну из компаний сенатора, кому-то нужен кредит на открытие своего дела…
— Я знаю, как ты относишься к Баеву, ты и не скрывал никогда. Но все же ты его иногда слишком демонизируешь!
— Скажи об этом Ларке, — фыркает он. — Или Савицкой, которую предки оперативно перевели в госунивер, но на «платку».
— Не знала, что Яна уже не учится здесь, — ошарашенно выговариваю я. — Она сама так решила или…
— Ну ты ж вся в своих парах и факультативах, вот и не видишь. И это не единственная новость.
Я под впечатлением от новости про Савицкую. Не сказать, чтобы мне было ее жаль. У нее был выбор, она его сделала и получила то, что заслужила. Ужасно быть изгоем, я это прекрасно знаю, но хорошо, что у ее родителей есть материальная возможность перевести ее в другой вуз. У моих таких денег нет.
— А… что? Еще новости? Ты о чем?
— Вот об этом, — вполголоса отвечает Макс и едва заметно дергает головой вправо. А сам напряжен как струна.
— Шумский! — выдыхаю я, таращась на уверенно шагающего по столовой Стэна. Такой же как всегда — наглый, шумный и злой. Одной рукой обнимает за шею Ульссон, другой — машет в ответ на одобрительные возгласы приветствия.
В душе серой дымкой взвивается страх. Мне хочется отвернуться, спрятаться от злобных глаз, шарящих по столам.
— Ага, вернулся, — недовольно шепчет Макс. — Без этого говнюка дышалось легче.
Заставляю себя доедать «Болоньезе» — мои планы никак не зависят от появления Стэна. Вообще ни от кого не зависят! Но все же внутренне я готовлюсь к какой-нибудь подставе.
— Это будет главное светское событие года, — вещает Инга. Она со своими подружками и Стэном с грохотом усаживаются за соседний стол, хотя обычно их место в самом центре нашего студенческого кафе. — Юстина уже платье заказала. Я видела. Девочки, это топчик!