Хозяйка Северных гор 2 (СИ)

Без всякого объявления в зал вошла женщина небольшого роста в широком платье. Она вошла в зал и улыбнулась. Улыбнулась так, что каждый подумал: «Она улыбнулась именно мне».
Следом за ней зашли ещё несколько женщин. И тогда граф увидел ту, что ухаживала за ним. Сравнив одну и другую, он понял, в чём разница.
Та, что за ним ухаживала, казалась моложе. Но не потому, что действительно была моложе годами – она была моложе тем, что на её плечах ещё не лежала та ответственность, которую несла та, что шла впереди. И это было видно. Та, что впереди, не только несла эту ответственность, она жила с ней, она знала, что делает, она отвечала за свои решения и за своих людей.
  
В глазах же той другой было больше вопросов и какой-то незащищённости.
Граф подумал, что леди Уэльса, несомненно, красива. Но какой бы красивой она ни была, он бы хотел взять под защиту ту, что в этой защите нуждалась.
За ужином граф был весел, сыпал шутками. Атмосфера вообще была очень дружелюбная, создавалось такое впечатление, что все те, кто собрались за столом, давно друг друга знают и постарались сделать всё, чтобы гостям тоже было уютно и комфортно.
И графу даже стало жаль. Жаль, если Элеонора не договориться с леди Уэльса. Потому что в чём-то они были очень похожи. Ну, может быть, именно эта похожесть и сделает невозможным договор между ними.
А что было в письме, которое пропало во время шторма, граф не знал. И впервые в жизни ругал себя за то, что не читает чужих писем.
Дорогие мои!
Простите за задержку, приболела. Даже на картинку сил не не было. Это же надо уговорить нейросеть, а она с первого раза никогда не соглашается!
Что-то вирусы какие-то мучают, выкладка будет как обычно через день, но не могу гарантировать точное время
Спасибо за ваше терпение!
С любовью, ваша Адель
Всем здоровья!
  
Глава 75
 
Леди Маргарет 
А потом, наконец-то, началась зима.
Однажды утром я проснулась, а за окном всё было белое.
И я выдохнула. Всё… Не будет больше никаких кораблей, никаких караванов. Просто длинные тягучие дни с гуляниями, которые наверняка будут устраивать жители городка. А я? Я всегда поддерживаю веселье.
Но длинных тягучих дней, как было прошлой зимой, не получилось. Потому что в замке вдруг начала царить странная атмосфера.
Во-первых, в Карнарвоне состоялся суд баронов. По этому суду было принято решение, которое я «решением» назвать не могла. Я предполагала, что бароны не станут сильно наказывать Генри Честера, потому что Джон был наместником короля Стефана, и его не слишком здесь любили.
Бароны постановили отправить Генри Честера при первой же возможности в столицу Англии, чтобы там король решал его дело.
Ну что ж, это тоже было решение. Но насколько быстро они смогут воплотить его в жизнь, было неизвестно.
Церковь отказалась давать развод Элине и Генри Честеру. И бароны предложили, что супруга Генри Честера должна отправиться с ним и разделить его судьбу.
Это обернулось неожиданным открытием. Я была поражена, когда Элина сегодня утром пришла ко мне и, встав передо мной, сказала с надрывом в голосе:
– Леди Маргарет, почему? Почему вы его не убили?
– Кого? – я даже не поняла, о чём она говорит.
– Почему вы не приказали казнить Генри, когда он убил Джона… когда он убил вашего супруга?! – голос её срывался.
А мне всё происходящее казалось нереальным, белый свет, льющийся из окон, стоящая передо мной хрупкая девочка с нежным лицом, и то, что с претензией в голосе она говорит о том, что я должна была … убить её мужа.
– Потому что я не считаю себя вправе лишать человека жизни, – ответила я ей.
Но не такого ответа она ждала. Потому что вдруг от неё прозвучало неожиданное.
– А может быть, потому что вы не хотите… Вы не хотите, чтобы я оставалась рядом с вами?! – в её голосе зазвучали истеричные нотки.
Я снова не поняла, в чём дело, и спросила:
– Элина, в чём дело?
В комнате мы были вдвоём, поэтому даже сверить свои ощущения мне было не с кем.
– Я знаю, – выпалила она. – Вы ревновали Джона ко мне!
Я застыла, потому что у меня даже не было слов, чтобы ответить. Но и не успела ничего сказать, потому что Элина продолжила:
– А теперь… а теперь вы ревнуете ко мне Али аль-Мустакфи и графа Вермандуа! – её голос сорвался. – Потому что я моложе! Потому что я красивее вас!
Я смотрела на Элину. Она действительно была красива. Но сейчас, когда она бросала мне в лицо все эти смешные обвинения, её лицо некрасиво скривилось, черты стали мелкими. Она показалась мне злобной крыской, которая щерит зубки, потому что она маленькая и ей страшно, но ничего не может поделать.
Я стояла и молчала. Не потому, что у меня не было слов, которые я могла бы сказать ей, – этой девочке. А потому, что любые слова, сказанные мной сейчас, не были бы восприняты.
После того, как я услышала все эти обвинения, мне стало понятно, что Элина живёт в каком-то своём мире. А я, как обычно, приближаю к себе всех подряд, забывая о том, что зависть человеческая, к сожалению, не имеет границ. Вот, даже не думала, что в моей ситуации можно так завидовать. Я усмехнулась про себя.
Завидовать женщине, беременной, оставшейся без мужа… Женщине, которой пришлось возглавить небольшую страну, рискующей оказаться между двух больших держав…
Элина замолчала.
– Леди Элина, вы всё сказали? – спросила я спокойно.
Элина прерывисто дышала, и мне показалось, что она хочет ещё раз повторить всю свою злобную речь. Но она только выплюнула:
– Всё.
– Элина, к сожалению, сейчас все дороги из этого замка завалило снегом. Но если вам так невыносимо находиться рядом со мной, то, как только появится возможность, я могу отправить вас в Карнарвон к сэру Джеффри. Там вы будете ближе к своему супругу.
– Вы всё-таки нашли способ от меня избавиться! – снова бросила она обвинение.
– Нет, Элина, это ты его нашла, – голос мой был спокоен, но, если честно, то вся эта ситуация уже начала выводить меня из себя, – а я просто не хочу, чтобы сейчас, когда я нахожусь в ожидании появления нашего с Джоном ребёнка, в моём окружении был кто-то, кто не может удержать в себе собственный яд.
В какой-то момент мне показалось, что она хочет на меня броситься. Мне даже почудилось, что у неё в складках платья зажат кинжал. И я подумала, что зря, наверное, я хожу по замку одна и одна остаюсь с некоторыми личностями в закрытом помещении.
Я решила, что даже, если и показалось, то лучше подстраховаться. На столике позади меня стоял канделябр. Я отступила назад, положила руку на него, посмотрела на Элину и сказала:
– Ещё один шаг, Элина, и я разобью тебе голову.
Девушка, совершенно не удивившись, выдохнула и развернулась, чтобы направиться к выходу, но не дошла до двери. Видимо, что-то в её маленькой злобной головке щёлкнуло, и она развернулась, и вдруг упав на колени, поползла ко мне. Я крепче сжала канделябр.
– Стой там! – сказала я. – Что тебе?
– Леди Маргарет, не отсылайте меня, прошу вас!
– Зачем тебе быть в замке?
– Я влюблена, – ответила Элина.
«Вот ещё новость… – подумала я. – Если она скажет, что влюблена в Али, я сама лично её благословлю и отдам ему её третьей женой. Ещё и доплачу».
– И в кого же? – спросила я.
Элине снова удалось меня удивить.
– В графа Рауля Вермандуа.
«Широкое сердце у девушки, – подумала я. – Сначала Джон, потом Али, теперь вот граф Рауль…»
  
– А что граф? – спросила я.
– Мне кажется, он тоже смотрит на меня благосклонно.
Пришлось ей напомнить:
– Но ты же понимаешь, что второго брака церковь тебе не одобрит?
Её лицо снова стало жёстким. И я поспешила сказать, не желая более выслушивать обвинения: