Хозяйка Северных гор 2 (СИ)

Ну, к этому вопросу я была готова: – Потому что я устала находиться в одних и тех же покоях без информации и считаю несправедливым обвинение, которое выдвинуто против меня леди Элеонорой.
Кардиналы молчали, и я продолжила: – Я в своём замке и на своей земле, и пока я считала, что это хоть как-то может наладить ситуацию, я готова была принимать ваши условия. Но сейчас – нет. Тем более что до меня дошли слухи, что король Стефан умер. А что, если следующей окажусь я? Кто будет за это отвечать?
  
Я разговаривала с кардиналом так, как бы разговаривала с одним из своих провинившихся вассалов. Я видела возмущение на лицах прелатов, но мне было плевать, особенно сейчас, после того как я узнала, что к Карнарвону движется моё войско. А на подходе корабли викингов, которые будут защищать мои интересы.
Я чувствовала, что сила за мной, и если в этом времени кто сильнее, тот и прав, то сейчас выходило, что правда на моей стороне.
И кардиналы отступили.
– Что ты хочешь, дочь моя? – задал вопрос кардинал Альфонсо, неожиданно продемонстрировав желание договариваться. – Я требую удостовериться в том, как чувствует себя Генрих, а также прекратить ограничивать мои перемещения в моём же замке.
Я сделала паузу, на случай если у кого-то есть возражения, все промолчали и я продолжила: – И в случае, если король Стефан умер, то значит, сейчас отсутствует предмет для переговоров, я прошу всех собрать и объявить, каково будет решение о престолонаследии в Англии.
Кардинал «запел» свою прежнюю песню: – Леди Элеонора Аквитанская никого не допускает. Мы запрашивали информацию, но нам было отказано.
И вдруг двери распахнулись, и в зал вошла леди Элина. По выражению её лица (надо бы ей всё-таки сказать, чтобы училась скрывать свои эмоции) стало понятно, что она с хорошими новостями.
Леди Элина поклонилась сначала мне, только потом подошла к кардиналу и приложилась к руке. – Леди Элина, у вас есть новости? – спросила я.
– Да, леди Маргарет, новости есть. И они весьма обнадёживающие.
– Вы можете говорить прямо здесь, – сказала я.
– Герцог Нормандии и Аквитании, Генрих Плантагенет, жив и здоров, у него больше не наблюдаются признаки отравления, – сказала Элина и посмотрела на представителей церкви.
– Откуда вы знаете? – спросил кардинал.
– Информация достоверная, ваше преосвященство, – ответила я вместо Элины, чтобы не ставить её в неловкое положение. – Но я думаю, что и вы сами можете в этом убедиться, если проявите немного больше настойчивости.
Дальше события понеслись с ужасающей скоростью. Информация о том, что король Стефан умер, разнеслась по всему Карнарвону. И в той части замка, где находилась леди Элеонора с Генрихом, начались приготовления и сборы.
Мне донесли, что леди Элеонора отдала распоряжение готовиться покинуть Карнарвон. Я же отдала приказ заблокировать входы и выходы, запереть вероломных французов в той части замка, где они расположились, а внутрь замка Карнарвон не допускать оставшихся в городе нормандцев.
Спустя несколько часов мне принесли послание от леди Элеоноры, в котором она предлагала встретиться и поговорить.
Мы в этот момент «штабом» заседали в малом зале, в своей части замка. – Ну вот, – сказала я, – «лёд тронулся», а всего-то надо было просто показать свою силу.
И в очередной раз выразила своё удивление вслух: – Ну почему нельзя сразу договориться о том, чтобы решить дело миром?
Мужчины посмотрели на меня снисходительно.
Алан спросил: – Где вы собираетесь с ней встречаться? – У себя, – сказала я. Сэр Джеффри покачал головой: – Я не думаю, что это разумно, леди Маргарет. – Почему?
Сэр Джефри очень аккуратно высказал своё мнение: – Леди Маргарет, призвав её к себе, вы, с её точки зрения, подвергнете унижению леди, которая в будущем станет королевой Англии.
И тут же задал вопрос:
– Вы же не думаете, что Генрих не станет королём?
– Я уверена, что станет, – сказала я и посмотрела на Алана, и произнесла больше для него: – Можно встретиться на нейтральной территории, например, в приёмном зале короля Шотландии.
Но Алан ответил: – Тут нужна ещё более нейтральная территория, подозреваю, что Шотландия не является нейтральной территорией в представлении леди Элеоноры.
– Значит, будем встречаться у церковников? – спросила я.
– Пожалуй, что это выглядит лучшим вариантом, – сказал сэр Джеффри, слегка поморщившись, от моего фамильярного обращения к представителям церкви, но я сделала вид, что не заметила.
– Когда ожидаются наши войска? – спросила я, когда мы определились с местом встречи. – По расчётам, должны прийти либо сегодня к вечеру, либо ночью, – ответил мне капитан Седрик. – Это очень хорошо, – кивнула я, задумавшись.
– Леди Маргарет, – снова задал вопрос сэр Джеффри, – но вы же не собираетесь ничего делать в отношении Генриха и Элеоноры?
– Нет, сэр Джеффри, ничего такого, что могло бы им помешать занять престол Англии. Но и себя я больше не позволю голословно обвинять.
Сэр Джеффри тяжело вздохнул.
Встречу с Элеонорой мы назначили через кардинала Альфонсо, в одной из малых гостиных, в той башне, где поселили церковников. Я пообещала, что возьму минимальную охрану, но того же потребовала и от Элеоноры.
До встречи оставалось несколько часов. Я отпустила всех и попросила Алана остаться.
– Ты выглядишь усталой, моя леди, – сказал он, когда мы остались наедине. – Я и чувствую себя так, Алан. – Я бы хотел, чтобы ты была счастлива, – сказал он. – Боюсь, что в текущих обстоятельствах это невозможно, Алан, – грустно улыбнулась я. – Ты просто сама не хочешь позволить себе стать счастливой.
Я подумала, что это опасная тема, и лучше от неё отойти. – Алан, я не об этом хотела поговорить, – решила я перевести тему. – Я слушаю, моя леди. – Алан, если я поставлю условие Элеоноре держаться подальше от Уэльса, ты меня поддержишь? – Я всегда поддержу тебя, – сказал он.
И мне вдруг стало хорошо и совестно, но я эгоистично порадовалась. А в голове вдруг застучали тревожные колокольчики: «Пока Алан король Шотландии».
– Я опять что-то не так сказал? – спросил Алан.
А я подумала, что не только Элине надо учиться «держать лицо».
***
Вечером, после вечерней службы, мы встретились с Элеонорой. Какое-то время смотрели друг на друга молча. Никто из нас не хотел первой начинать разговор.
В конце концов мне это надоело, и я решила задать прямой вопрос: – Леди Элеонора, зачем вам нужен был обман с состоянием короля Генриха?
Она посмотрела на меня, смотрела долго, не отвечая. Пришлось снова мне продолжить: – Если вы не хотите говорить, я скажу вам, как всё было:
– Узнав о том, что короля Стефана отравили, вы испугались. Вы испугались того, что вас обвинят в том, что это вы отравили короля Стефана. И тогда вы придумали сказать всем, что король Генрих тоже был отравлен.
Говоря всё это, я внимательно смотрела на леди Элеонору, в очередной раз поражаясь тому искусству держать лицо, которому, видимо, она была обучена с раннего детства.
Ни одной эмоции не мелькнуло ни в глазах, ни на лице Аквитанской леди. Только слегка подрагивали пальцы на руках, и небольшие красные пятна проявились в районе декольте, из чего я сделала вывод, что по этим признакам можно понять, что леди Элеонора на самом деле испытывает сейчас стресс.
Странно, что она ещё не додумалась до того, чтобы скрывать эти косвенные признаки.
И я продолжила: – Потом вы решили перевалить всю вину на такую неудобную леди Уэльса. Тем более что она, как хозяйка, отвечала за подачу вина. И вам даже частично удалось в этом убедить его преосвященство, возможно, потому что они были уже подготовлены вашим добрым другом архиепископом Кентерберийским, в дружбе которого, правда, вы и сами не очень уверены, не правда ли?
  
Лишь на мгновение в глазах Элеоноры мелькнуло какое-то странное чувство, я бы назвала это яростью. Ей не нравилось, что её раскрыли, она привыкла считать себя самой умной, но продолжала молчать.