Мой учитель Лис. Тетралогия (СИ)

– Всё верно, Ренар, это не секрет. Информацию о прибытии высокого гостя просто не афишировали, это частный визит. Но он придёт на яхту, там вообще будут все сливки лондонского общества.
Даже мне стало казаться, будто бы я что-то понимаю. В конце концов, если знаменитый вор прибыл в наши края, то, наверное, ему действительно проще сразу ударить в центр главной мишени, а не размениваться на всякую мишуру. Хватай лучшее, беги быстрее!
Хотя признаем, что кража драгоценностей на яхте, находящейся под серьёзной охраной из бывших офицеров флота, злых и верных, как морские волки, представляется отнюдь не простой задачей. Тем более если ты намерен уйти за борт вплавь, а на берегу тебя с распростёртыми объятиями ожидает весь отряд констеблей Скотленд-Ярда. А ведь там один ретивый сержант Гавкинс чего стоит!
Ну и тем более если за это дело берётся лучший частный консультант лондонской полиции, за которым стою я с усовершенствованной (почти!) электрической дубинкой наперевес. Уверен, что если фокусник из Палермо в курсе, что его здесь ждёт, то он заранее откажется от своей безумной затеи. Но, к сожалению, мы-то все знаем, что он приехал не затем, чтобы отступить…
Спать в тот день мы легли поздно. Нет, правильнее будет сказать, что я лёг на пару часов позже, чем обычно, но остальные ещё сидели в гостиной, обсуждая крупные и мелкие детали предстоящей охоты. Пресвятой электрод Аквинский, да насколько же они все серьёзно отнеслись к грядущей проблеме и были полны категорической решимости поймать этого неуловимого злодея?!
В этом смысле участие в нашей группе представителей уличного криминалитета тоже казалось вполне оправданным, местные жулики отнюдь не были заинтересованы в столь жёсткой и бескомпромиссной конкуренции. Фокусник умел создать напряжение.
Я спал достаточно ровно. Разве что под утро мне приснился какой-то другой Лондон, улицы были незнакомы, но более прекрасны, абсолютно чисты и полны весёлых туристов, послушно бредущих экскурсиями, не сходя с маршрута в катакомбы Тауэра.
Кажется, я искал свою бабушку, которой почему-то не оказалось дома, и почти нашёл, но она уходила от меня под руку с моим же учителем, и черты её лица постепенно размывались, обретая черты моей матушки. Это было сладко до слёз, возможно, реальных…
Я проснулся сам за минуту или две до побудки педантичным дворецким. Шарль, как всегда, был собран, гладко выбрит и невозмутим.
– Пять минут на умывание. Месье Ренье ждёт. Тренировки будут позже.
Мне оставалось вознести мысленную молитву всем богам науки, электричества и пара за то, что сегодня утро начнётся не с тумаков. Наверное, надо было бы добавить «увы»… но тогда я этого не знал. Первоначально всё складывалось совершенно чудесно – умывание, свежая одежда, лёгкий завтрак в британском стиле, мой учитель, так и сыплющий шутками, осеннее солнышко, пробивающееся сквозь тонкие шторы. Прекрасный сегодня день, не правда ли?
Как говорил Лис, слово строится из букв, книга из предложений, сюжет из деталей. Быть может, мне стоило бы обратить внимание на картонку для женской шляпки, на жакет, юбку и блузку, висящие на створке шкафа, две обувные коробки с рекламой дамских салонов, небольшие круглые очки в изящной серебряной оправе, явно не на крупный нос мистера Лиса. Но я был слишком увлечён яичницей с беконом и горстью зелёного горошка, тёплыми тостами с маслом и чаем с молоком.
– Ну что ж, мой мальчик, надеюсь, ты сыт? – В вопросе явно скользило утверждение на грани с нетерпением. – Вчера ты лёг пораньше, должен был выспаться, потому что сегодня ты идёшь на торжественный приём к лорду Персивалю. Прекрасные дамы, благородные мужчины, цвет общества, самые богатые семейства Британии, политики, офицеры, учёные, лица, приближённые к королевскому дому.
– Правда? – искренне удивился я.
– Вот твой входной билет!
– Э-э?..
– Гербовая бумага, золотое тиснение, приглашение выписано старинным гусиным пером, на печати оттиск личного перстня лорда Персиваля. – Мой наставник в недоумении сделал круглые глаза. – Что-то не так?
 
– Но, сэр, здесь женское имя!
– С ним что-то не так?
– Аделаида Прокофьевна Ренье?! – вслух, почти по слогам, с выражением прочёл я, медленным взглядом обводя предметы женского туалета, так неожиданно появившиеся в нашей холостяцкой квартире.
– Знаешь, мне показалось, что неуловимая нотка чего-то русского добавит тебе лёгкого шарма и таинственной интриги, – на минутку задумался Ренар, обмахиваясь пышным хвостом и придвигая к себе остывающий кофе. – К сожалению, мы не можем просто прийти на эту яхту в поисках злодея, которого никто не знает в лицо. Нам до сих пор неизвестно даже, человек ли он или «близкий к природе». Поэтому сначала надо попасть на этот приём, осмотреться и сделать выводы. Вот тут, кстати, инспектор Хаггерт и помог столь любезно с приглашением.
– Но, сэр, при чём тут я?!
– Право, странный вопрос. Как же мы могли не воспользоваться твоей уникальной внешностью? Шарль ранним утром поднял на ноги владельцев трёх магазинов на Пикадилли и позаботился о том, чтобы на этот раз ты выглядел соответствующим своему статусу. Не хочешь его поблагодарить?
Сперва я лихорадочно подыскивал цензурные выражения, чтобы хоть как-то передать переполняющие меня эмоции. Найти сразу не удавалось, английский язык услужливо подбрасывал лишь «дьявол раздери!» и «душу мою в пекло!», и, хотя сам учитель периодически мог ляпнуть что-либо особо выразительное на татарском, мне пока так выражаться не позволялось. Но я рискнул…
– Да раздери лысый шайтан грязными когтями пропитую печень того, в чью пустопорожнюю голову, сходную с турецким барабаном, пришла эта весёлая иблисоподобная идея! – наконец-то сумел сформулировать я.
Изумлённый мистер Ренар уронил чашечку из-под кофе на ковёр, старый дворецкий уставился на меня так, словно я только что воткнул ему спицу в ухо, в комнате запахло грозой, но лично мне почему-то сразу полегчало. К тому же, согласитесь, попасть в числе гостей на яхту одного из богатейших людей Англии было действительно интересно! Не каждому мальчишке в четырнадцать лет выпадает такой шанс, а женское платье – это, в конце концов…
– Ерунда, я ведь уже как-то играл эту роль, – вслух подумал я и добавил: – Сэр, мне можно примерить обувь? Не уверен, что справлюсь с модным высоким каблуком.
Лис молча кивнул Шарлю. Старик тут же взял себя в руки и раскрыл передо мной обе коробки. В одной были достаточно удобные ботинки на шнуровке, а в другой невысокие сапожки из белой кожи, на каблучке, с бантиками на внешнюю сторону. Думаю, каждая пара стоила не меньше фунта стерлингов!
Кстати, модная сине-голубая пара – жакет и длинная юбка с хвостом – тоже идеально пришлась мне впору. С размерами лысый дворецкий однозначно угадал. Но, разумеется, подкладывать подушки и спереди и сзади пришлось, без этого никак. Но, если вы думали, что на этом всё, так вот же нет! К моему неслабому изумлению, мистер Ренар достал откуда-то чёрный парик, сплетённый из натуральных волос с длинными завитыми кудрями.
– В своё время я пару дней блистал в нём на знаменитом Венецианском карнавале, – мечтательно улыбнулся Лис, и зелёные глаза его на миг затуманила поволока воспоминаний. – Мне пришлось изображать Коломбину для того, чтобы поймать душителя, разъезжающего по каналам города в маске Доктора. Занимательное было дело, как помнится. Будет случай, напомни, я как-нибудь непременно тебе расскажу, но сейчас просто примерь.
Мне ничего не оставалось, кроме как послушно следовать его указаниям.
– Шарль! В своё время вы же гримировали трупы в морге?
– Да, месье.
– Тогда, будьте так добры, помогите Майклу с косметикой. Как говорят у нас в Париже, «да, создают богинь лишь грим да расстояние!».
Я молча терпел все надругательства над моей бедной физиономией. Результат в виде зеркального отражения разил наповал! На меня смотрела румяная, толстогубая, черноволосая красавица с пронзительными голубыми глазами в обрамлении длиннющих ресниц.