Системный Кузнец IV (СИ)
«Чертов урод», — пронеслось в голове. Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, но промолчал и продолжил упрямо шагать за широкой спиной сержанта. Спорить с ним бессмысленно и опасно.
Как раз выходили из туннеля, и зрелище, которое открылось, заставило остановиться и невольно приоткрыть рот. Жар и грохот ударили с новой силой — стояли на широком каменном уступе, а внизу простиралась огромная пещера — от масштаба перехватило дыхание.
Организованный ад.
В огромном зале в несколько рядов стояли горны — штук тридцать, не меньше — каждый пылал оранжевым светом, а над ними искажённые жаром тени кузнецов. Воздух был густым — дрожал и переливался, как вода над костром. Десятки наковален отвечали друг другу ритмичным перестуком, который сливался в промышленный грохот. Звук не просто бил по ушам, а вибрировал в костях.
Высоко под потолком, терявшемся в копоти и полумраке, разглядел деревянные балки, к которым крепились приводы — взгляд сразу зацепился за детали. Откуда-то слева доносился гул и плеск воды — там, видимо, было водяное колесо, скрытое в боковой штольне. От него через пещеру тянулись валы и ременные передачи, которые приводили в движение мехи у каждого горна, и в дальнем конце зала заставляли подниматься и опускаться голову механического молота, который с глухим ударом обрабатывал огромную заготовку.
Всё освещено тысячами огней: жаром горнов, коптящими факелами на стенах, масляными лампами, свисающими с потолка на цепях — света всё равно не хватало — пещера была заполнена рыжеватым дымом, который тянулся вверх, к тёмным провалам вентиляционных шахт в потолке.
Люди внизу казались муравьями, суетящимися в сердце вулкана — двигались слаженно, подчиняясь адскому ритму.
Открытый огонь повсюду, недостаточная вентиляция — люди дышали угарным газом и металлической пылью. Искры, летящие во все стороны, рядом с деревянными механизмами и кожаными ремнями — не кузница, а гигантская пороховая бочка, которая ждала своего часа.
Стоял оглушённый, пытаясь осознать масштаб картины, когда перед глазами вспыхнули холодные строчки системного сообщения.
[ВНИМАНИЕ! Обнаружена среда с высокой концентрацией необузданной Огненной Ци.]
[Анализ: постоянная работа десятков горнов насыщает воздух и камень чистой энергией огня.]
[Рекомендация: Практика «Дыхания Жизни» в данной среде ускоряет прогресс «Закалки Тела» на 120%.]
[Навык «Инженерия» повышен до Ранга: Подмастерье (11). Причина: анализ сложной приводной системы.]
[В Библиотеку Чертежей добавлены новые схемы: «Механический молот (базовый)», «Приводные мехи (промышленные)», «Система вентиляционных шахт» и др.]
Моргнул, перечитывая, затем ещё раз. Рядом Рэггл невозмутимо смотрел вниз. Ларс в ужасе вцепился в перила, лицо было бледным. Ульф испуганно жался к повозке, словно ища защиты у неодушевлённых предметов.
А я смотрел на системные сообщения, и до меня доходила суть — меня привезли не в тюрьму, а в рай. В идеальный инкубатор для практика огня и инженера-кузнеца — место, которое ускорит развитие больше чем вдвое.
Безумная улыбка сама собой поползла по лицу.
Рэггл обернулся и наткнулся на мой взгляд. Мужик нахмурился, явно не понимая такой реакции. Ужас, страх и отчаяние — да, но голодный восторг…
— Что, щегол, впечатлён? — спросил сдержанно, с подозрением в голосе.
— Не то слово, сержант, — выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от огненного безумия внизу. — Не то слово.
Мир перед глазами блестел от бесконечных строчек, накладывающимися друг на друга.
[Обнаружено: Сталь, закалённая (Хорошее качество, 65%). Находится на стойке у стены.]
[Обнаружено: Наковальня (Отличное качество, 78%). Лицо из тигельной стали.]
[Обнаружено: Механический молот (Редкий ранг). Конструкция: сложная, рычажная.]
— Тогда за мной, — Рэггл, всё ещё с недоумением разглядывая моё лицо, отвернулся и зашагал к узкой колее, вырубленной вдоль каменной стены и ведущей в другой тёмный проход.
Телега, скрипя и переваливаясь, осторожно начала поворот — лошадь нервно ржала, упираясь на краю обрыва. В какой-то момент, на резком изгибе, встала как вкопанная, отказываясь идти дальше.
А я всё ещё стоял, взгляд пожирал открывшуюся картину.
«Отлично… да просто отлично! — билась мысль в голове. — Здесь же целая кладовая! Если смогу проявить себя, получу доступ ко всему этому!»
Чёрт возьми, я ведь кузнец, а не безликий робот на конвейере — мысль пронзила так ясно, словно удар молота по наковальне. Да, это массовое производство, но в таком месте с такими ресурсами обязательно должны быть мастера, которые делают штучное, высококлассное вооружение!
Именно там мой путь, ведь там можно не просто выжить, а выбиться в люди — нужно просто взглянуть на всё под другим углом. Отбросить мысли о рабстве: ты — раб, пока сам считаешь себя рабом! Вот, верная мысль!
Сердце заколотилось, как молот в груди — адская картина и обещания Системы наполнили не страхом, а пьянящим вдохновением. Творить и созидать. Наконец-то, смогу заниматься только ковкой и созданием. Проявлю себя по полной! Пусть придётся столкнуться с бездушной машиной, сломать её правила или подчинить их себе — наплевать! Я готов.
Лошадь обезумела — ржала во всю глотку, дико вращая глазами, и била копытами о каменный пол. Тело извивалось как у гигантского червя на крючке, упираясь и отказываясь сделать хоть шаг вперёд, к огненной пропасти.
— Шевелись, старик, у нас нет всей ночи! — рыкнул Рэггл.
— Пытаюсь, господин сержант, пытаюсь! — оправдывался возница — лицо блестело от пота. — Не привыкла она к такому грохоту, вишь как перепугалась до смерти!
Было видно, что сам возница напуган не меньше кобылы — дёргал поводья, но руки дрожали, а лошадь чувствовала, упрямясь ещё больше.
Я обернулся и увидел, как Ларс, бледный и ссутулившийся, робко подошёл к сержанту. Парень теребил край жилета, собравшись с остатками духа.
— Господин сержант… а мне куда? — голос был тихим. — Не здесь же со шкурами работать…
Рэггл не удостоил его взглядом — продолжал смотреть на лошадь, ответ прозвучал холодно и буднично:
— Видишь тот боковой туннель, слева? Это твоя нора, кожевник. Там кожевенные мастерские — найдёшь мастера Грольфа, скажешь, что ты — новое пополнение из Оплота. Он тебе объяснит, где твоя койка и где будешь сдирать шкуры до конца своих дней. А теперь — с глаз долой, не мешайся.
Ларс застыл, с ужасом глядя в тёмный проход. Для него, привыкшего работать на свежем воздухе, спуститься в подземную нору было сродни погребению заживо.
— А… а мой скарб? — голос Ларса был едва слышен за шумом.
— Скарб твой довезут, — отмахиваясь, бросил сержант. — Сначала кузнеца определим. Сказал, иди.
Парень отступил на несколько шагов, плечи поникли. Кожевник бросил на меня умоляющий взгляд, будто я мог что-то изменить.
— Ларс, не дрейфь, — сказал как можно увереннее, стараясь перекричать грохот. — Иди, куда велено. Разберёмся. Увидимся ещё.
Ободряюще кивнул ему, вкладывая в жест всю твёрдость, что мог изобразить. Кожевник ещё мгновение помялся, словно цепляясь за последнюю ниточку знакомого мира, а затем, вздохнув, развернулся и неуверенной походкой скрылся в проходе.
В этот момент возница, наконец, сумел совладать с лошадью — животное, ещё дрожа, дёрнулось и побрело по каменному уступу. Повозка проследовала мимо адского зала кузни к более тёмному проходу, за которым виднелось другое помещение. Там не было яростного огня, лишь несколько масляных ламп отбрасывали слабые отсветы на голые каменные стены.
Ульф шёл, вжавшись в борт телеги. Огромное тело казалось неестественно сжатым. Глаза великана испуганно бегали из стороны в сторону, парень ушёл в себя. Я подошёл и пошёл с ним плечом к плечу.
— Старина, не бойся, — сказал тихо, но твёрдо, чтобы тот услышал. — Я рядом. Слышишь? Вместе не пропадём.
Положил руку на напряжённое плечо. Детина вздрогнул и посмотрел по-детски перепуганными глазами. Затем начал быстро и часто кивать, словно заведённый.