Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 5 (СИ)

Шаги отдавались по коридору эхом; на пути, разумеется, никого не попадалось — Уортингтон отлично знал её маршруты и позаботился обо всём заранее.
Ха. Позаботился. Как же. Хотя бы на кого-то в этом дворце можно положиться всерьёз? Глория шагала к дверям в конце парадного коридора, и на лице её вместо маскарадной улыбки появлялись настоящие эмоции. Всё сильнее и сильнее, с каждым шагом, с каждым вдохом.
Гнев. Долбанный гнев. Настоящая ярость! Как и всегда, когда что-то шло не по плану.
Дверь с грохотом распахнулась; внутрь Глория буквально влетела — и с размаху остановилась, сверля взглядами кучку съёжившихся людей. Людишек, жалких смертных. Поручи таким что-нибудь важное!.. Советники, министры, царедворцы и, конечно же, родня.
— Вы! — королева вложила в короткое слово столько эмоций, что стёкла задрожали аж во всём зале. — Бестолочи и кретины! Кто-нибудь — хоть кто-нибудь здесь! — может ответить мне на простейший вопрос?
Помощники замерли, словно срастившись в одну большую, жалкую, дрожащую кучку; они, конечно же, знали, что за вопрос она сейчас задаст. Разумеется, они сами уже в том же тоне орали на своих подчинённых и ещё будут орать после... вот только что толку, если всё произошло так как произошло?
— КАК?!!! — наконец, заорала Глория, и стёкла затряслись ещё сильнее. — КАК?!!! Как, я вас спрашиваю, вы могли допустить — имея вооружённую охрану, видеонаблюдение, новейшие системы безопасности — чтобы во дворец проникла целая толпа посторонних, вырубила слуг, переоделась в их наряды...
У неё запершило в горле; королева сделала паузу. Никто и не думал перебивать её, но вот стук сердец, кажется, был явственно слышен.
— ...затем, — продолжила Глория в то же тоне, — эта толпа шастала по дворцу битый час, контактировала с людьми, а в итоге пришла и обнесла ЗАЛ Ё**ННЫХ РЕЛИКВИЙ, Б**ТЬ?!!!
Дрожь стёкол стихла только секунд через пятнадцать после её последнего слова; лишь после этого заговорил начальник дворцовой охраны уровня для слуг — кажется, другие чиновники, рангом повыше, толкнули его в спину.
— Кхе, кхе... — прокашлялся он, пытаясь придать себе хоть сколько-то достойный вид.
— Кашлять будете в другом месте! — заорала выведенная из себя их поведением вкупе с собственными мыслями Глория. — Говори по существу!
Чёрт. Они выставляют её слабой. Нет, хуже — они делают её слабой!
— ...что касается камер слежения, — быстро затараторил начальник охраны, — здесь... всё сложно. Мы отследили их с момента появления в зоне для персонала...
Ага, задним числом.
— ...но каким образом они там оказались — пока так и не удалось...
— Хватит, — оборвала его Глория уже без ора, но всё так же жёстко. — Не нужно говорить мне, чего вы не знаете. Говорите то, что вы знаете.
Разумеется, они не могли отследить их. Вся эта чернь вышла из портала, а там никаких камер.
— Эээ, — теперь вперёд чуть подался начальник охраны высшего уровня, нахмурившись, — действительно, есть один момент, Ваше Величество. Вам не успели доложить об этом, а потом вы пропали...
Взгляд Глории уставился на него; казалось, стоящие справа и слева вот-вот дёрнутся в стороны, чтобы не находиться рядом, под этим прицелом.
— Так говори, — процедила Глория. — Сейчас я здесь, прямо перед тобой. Ну?!
— ...дело в ваших последних экспериментах, — наконец, нашёл в себе силы сообщить ей мужчина. — В лабораториях всё пошло не по плану; сильно не по плану.
Сказав это, он замер и даже прикрыл один глаз, ожидая новой вспышки гнева своей госпожи... но Глория словно оледенела, осознавая сказанное им.
Ну конечно. Наверное, она могла бы догадаться.
— Там... Ваше Величество, — слегка воодушевлённый её молчанием, чиновник заговорил вновь, — в лаборатории была оттянута большая часть дворцовой охраны из других зон; простите, но там много жертв, разруше...
— Заткнись, — велела Глория, и мужчина моментально поперхнулся недосказанным словом. Сама мысль о том, что её может интересовать количество раздавленных насекомых, оскорбляла Глорию. — Отвечай только на поставленные вопросы. Что с образцом?
 
Начальник охраны пару раз моргнул.
— У-убит, Ваше Величество...
— Без титулов, коротко и ясно! — Глория вновь повысила голос. Людишки; идиоты, к тому же. Заменить бы, но где взять других? Они все такие, эти ведь ещё из лучших.
Ох. Вот поэтому ей и нужен Йошида; нужен не трупом, не пленником, засаженным в комнату без окон и дверей, а послушным инструментом.
— Убит, — коротко повторил начальник охраны. — Его удалось устранить при помощи снайперской винтовки охотничьего калибра... ну, которая для сафари, на слона...
— Достаточно, — поджала губы королева.
И это тоже говорит о много. Значит, образец был... далёк от совершенства. Совсем не так силён, как нужно.
— Что с телом? — она слегка выдохнула; ярость всё ещё клокотала внутри неё, но нельзя было гореть вечно.
— Тело... заморожено, — начальник охраны искренне радовался тому, что у него хотя бы есть ответы. — Учёные уже изучают его ДНК и всё остальное... что они там изучают. Увы, в живых осталась только часть учёных...
А вот это уже хуже; Глория поморщилась. Учёные, конечно, тоже лишь людишки. Но ценные, таким сложно найти замену.
— Хорошо, — распорядилась она, хотя хорошего, конечно, в сегодняшних событиях было мало. — Пусть изучат всё, что могут. Затем пусть уничтожат образец — надёжно, сожгут или растворят в кислоте. И сразу же принимаются за новый.
— Ваше Величество, — аккуратно и почти спокойно заговорил стоящий с краю седоватый тип, куратор большинства её научных проектов (включая и этот). — Прошу прощения, но учёные... говорят, что мутации, которые провоцирует это вещество, слишком случайны.
Глория приподняла одну бровь.
— Продолжайте.
— В них действительно нет никакой системы, никакой закономерности, которую можно было бы просчитать.
— Кажется, этот образец — при всей его дефектности — был лучше предыдущего? — осведомилась Глория.
— Этот действительно обладал... выдающимися боевыми качествами, несмотря на дефект с неконтролируемой яростью, — согласился куратор. — Но за сегодняшнее утро были отработаны ещё трое, и все показали разный результат. Один мутировал в подобие каменной статуи, другой — в какую-то рыбу или ящерицу, третий просто растёкся лужицей...
— ...вот как, — тихо кивнула Глория.
— Все отчёты были отправлены вам лично, Ваше Величество, — куратор наклонил голову.
— Мне, — Глория нахмурилась, — плевать на все отмазки учёных, и если...
Она осеклась. Ладно-ладно. Орать можно на военных и охрану, на слуг, на родню (последнее — с особым удовольствием). А вот у учёных работа тонкая и важная. Уж лучше пусть потратят больше времени, но доведут проект до ума, чем из страха наказания поспешат и сделают то, что подведёт в ответственный момент.
— ...пусть продолжают работать, — заключила она. — Траты и потери не имеют значения, если по итогу они представят мне нужный результат.
В конце концов... не бывает шахматной партии без нескольких принесённых в жертву фигур. Срыв эксперимента — допустимая неприятность, если приблизит его успешное завершение. Грабители во дворце — невеликая цена за то, чтобы заполучить себе Йошиду Распутина.
Главное — помнить о своих целях и не размениваться на мелочи.
* * *
— Вот, сэ-э-эр, — усатик Уортингтон слегка поклонился, пропуская меня внутрь. — Ваши покои.
Казалось, даже усы дворецкого, и то такие же скучные, как и он сам. Голос, осанка, взгляд — всё буквально кричало (нет, не кричало — негромко сообщало приличествующим тоном), что передо мной не человек, а попросту функция в стиле староанглийских романов.
Я скептически оглядел гостевые покои. В целом, комната как комната, ни больше, ни меньше. Окон нет, само собой, а так — просто небольшая комнатка. Кресло, пустой стол, диванчик, люстра на потолке. Графин с водой и стакан. Возможно, королева ещё сама не решила до конца, куда меня запихнуть?