Мистики дракона (ЛП)

Забыв о записке, я снова развернулась. Я была уверена, что в моих голубых глазах было немного отчаяния, когда они впились в вампира. Максимус был моей опорой, я не могла вынести его гнева.
— Но мне нужно, чтобы ты пообещала, что у тебя больше не будет от нас секретов. — Всех нас, а мы — это также Джейкоб и Тайсон, его братья — фейри и маг. — Как мы можем должным образом защитить тебя, если у нас нет всех фактов?
  
Затем Брекстон прервал:
— Джонатан беспокоился, что, когда мы объединимся и получим свое предназначение, то тоже станем охотниками за отмеченными драконом. Он предупредил Джессу. Ее осторожность отчасти связана с приказом ее альфы.
Брекстон был довольно молчалив с тех пор, как они с братом поспорили о том, кто сядет за руль. Было приятно слышать его низкий хрипловатый голос. Я бы также хотела увидеть ямочки на его точеном лице, но в данный момент этот уровень счастья казался мне немного недостижимым.
Низкий грудной рык Максимуса разнесся по небольшому пространству.
— Какого черта, ты хочешь сказать, что ее отец на самом деле допускал мысль о том, что мы могли охотиться на нее?
Я встряхнула своими черными волосами, тяжелыми и шелковистыми на моей шее.
— Не думаю, что он на самом деле верил в это, но предупреждение было ясным.
Максимус продолжал что-то бормотать себе под нос, бросая мрачные взгляды по сторонам, но я знала, что они не были направлены ни на кого из нас конкретно. Я бросила взгляд в боковое зеркало, чтобы убедиться, что, как и в течение последних нескольких часов, второй черный Porsche все еще следует за нами. Я заметила, что Брекстон тоже часто проверял.
Здания поредели, когда мы выехали из города и направились дальше в горы. С одной стороны узкой тропинки был крутой обрыв, и Брекстону пришлось сбавить скорость, так как заснеженные, коварные дороги действительно начали мешать нашему продвижению. Хотя его руки по-прежнему расслабленно лежали на руле, так что я не думала, что он слишком волнуется.
Я, с другой стороны, никогда по-настоящему не проводила много времени в транспорте. Я скучала по лесу, в котором мы жили. Мне нужно было побегать. Я подавила эту потребность, как и все остальные желания, которые сейчас управляли моим телом. Голод был очень важен. В самолете нас накормили, но я снова проголодалась. Из-за проклятого холода мой метаболизм ускорился. Судя по одежде, я уже похудела за последние несколько напряженных недель, и меня это не устраивало. Девушке нужны ее формы. В тот момент, когда я начну походить на Гизельду, Лучшую-Подругу-Навек (неа, вечную стерву-врага), я сама себя обниму.
— Этому другу Луи лучше бы приготовить еду, — пробормотала я, не отрывая глаз от возвышающихся вокруг нас скал.
Миша наклонилась вперед, ее лицо почти вплотную приблизилось к моему между передними сиденьями.
— Мы уже близко? О чем говорится в письме?
Я ослабила хватку, снова опустила взгляд и, моргая, уставилась на смятую бумагу.
— Что за чушь? Пусто… — Я тут же повернулась к Брекстону. — Только что сообщение было там, а теперь исчезло.
Брекстон тихо выругался, бросив взгляд на мою руку. Машина начала замедлять ход; он опустил стекло, впуская в салон холодный арктический воздух, прежде чем что-то просигналить Тайсону, водителю другого внедорожника. Я решила, что они пытаются найти место, где можно остановиться. К сожалению, мы были не в лучшем положении, и у нас не было телефонов, чтобы перезвонить. Луи конфисковал всю электронику, чтобы у нас не возникло соблазна воспользоваться ею. Мы собирались в ближайшее время найти несколько мобильных телефонов с предоплатой. Конечно, сейчас нам это не помогало.
Я перевернула листок, но обратная сторона была такой же пустой, как и лицевая.
— Я убью этого гребаного колдуна. — Знакомая жалоба исходила от Максимуса. Он также переместил свое массивное тело в центр машины.
Брекстон наклонился вперед, внимательно следя за дорогой, по которой мы ехали.
— У нас нет другого выбора, кроме как продолжать идти по этому пути. Я не могу развернуться. Мы можем встретиться с остальными, как только дорога станет достаточно широкой. Возможно, Тайсон сможет что-то сказать о том, что случилось с письмом.
Тайсон был довольно могущественным магом, но он еще не был колдуном. Четверке — и нам с Мишей — было по двадцать два года, что для пользователя магии было слишком рано, чтобы становиться колдуном. Думаю, что самым молодым магом в истории сверхъестественного был Луи, а ему было тогда тридцать. Тайсон планировал побороться с ним за этот титул. Я очень надеялась, что мой лучший друг-маг прочтет эту записку, потому что без нее мы в полной заднице.
Дело было не только в приближении сумерек, но и в том, что снежная буря, которая до этого не утихала, начала стихать. У нас было отличное ночное зрение, и дальний свет уже освещал дорогу, но видимость по-прежнему была плохой.
Зеленые глаза Миши забегали по сторонам, изучая усиливающийся снегопад и изменяющуюся местность за окном.
— Может, нам остановиться на ночь? — Ее голос задрожал. — Мы же не хотим скатиться с горы.
Брекстон чуть не улыбнулся, услышав это.
— Имей немного веры… Я — дракон, у нас непревзойденные рефлексы и острое зрение. Я не собираюсь сбрасывать нас со скалы.
Дракон. Его слова напомнили мне о том моменте, когда я превратилась в своего странного пушистого дракона. Он не шутил насчет непревзойденных ощущений.
Цвета, которые я видела, были настолько насыщенными, будто драконы воспринимали гораздо больше светового спектра, чем любое другое существо — ну, или любое другое существо, в которое я превращалась, которое, конечно, было всего лишь волком или человеком, но, вероятно, я все равно была права. Драконы были особенными.
Мой взгляд снова был прикован к боковому зеркалу. Я уже почти не видела черных очертаний машины Тайсона. Только время от времени мелькали огни.
— Тай — не дракон, — напомнила я Брекстону.
Синева вспыхнула для меня, и на мгновение все, что я могла видеть, — это безоблачное весеннее небо, которому подражали глаза Брекстона. Воздух в пространстве между нами начал превращаться во что-то напряженное. Мои внутренности сжались от желания, истомы и огня. Я заставила себя вспомнить причины, по которым не хотела рисковать нашей дружбой, но в тот момент я не могла придумать ни одной достаточно веской.
Я получила передышку, когда Брекстон отвернулся. Он снова опустил стекло, чтобы подать сигнал о чем-то другом.
Мое дыхание было более учащенным, чем обычно, а сердце бешено колотилось. Что, черт возьми, происходит?
С тех пор, как мы оказались вместе в Вангарде, наши отношения будто претерпели эволюцию. Мы были лучшими друзьями на протяжении двадцати лет. Однако сейчас я понятия не имела, куда мы движемся. Какими бы сексуальными ни становились мои мысли, я не была уверена, что стоит рисковать нашей дружбой. Что, если мы не сработаемся как пара? Что, если что-то разлучит нас? Что, если один из нас найдет свою пару?
Так много вариантов «что, если»… у меня голова шла кругом от одной мысли о них. Но самый главный из них — что, если Брекстон не испытывал такой же потребности? Может быть, я пыталась что-то изменить из-за своих собственных недавно открытых эмоций? Если бы я согласилась, он мог бы стать тем, кто откажет, а я не была уверена, что смогла бы это пережить.
Дерьмо! Я уже и не думала об этом.
Длинная рука Максимуса оказалась между мной и Брекстоном; он указал на вывеску.
— Кажется, как раз там есть смотровая площадка или поворотный пункт.
  
Мне потребовалось некоторое время, чтобы сосредоточиться. Я позвала на помощь свою волчицу и, наконец, смогла понять, о чем он говорит. Брекстон съехал с главной дороги и повернул налево. Колеса на мгновение потеряли сцепление с дорогой, прежде чем мы съехали с горки и выехали по свежему песку на большую круглую площадку. Я с облегчением увидела, что рядом с нашей машиной остановилась вторая машина. Конечно, хотя я и была рада видеть остальных, мне не хотелось выходить на улицу в такой холод. К счастью, казалось, что они идут к нам.