Вулкан Капитал: Орал на Работе 3 (СИ)

Тем временем девочки переключились на обсуждение чего-то своего — каких-то общих знакомых, трендов и прочего.
Игорь же откинулся на горячее дерево, потягивал пиво и просто наслаждался жаром, который наконец-то начал выгонять из мышц остатки напряжения. Иногда он ловил на себе чей-то взгляд — оценивающий Азизы, хитрющий Мили или беззаботный Ксюши — и просто кивал или улыбался в ответ, не вдаваясь в разговор.
  
— … да-а… я тоже хотела бы поебаться, а то давно чёт не было, — донёсся до него обрывок фразы Азизы, но он уже почти не слушал.
Алкоголь, жар и усталость начинали делать своё дело, обволакивая сознание мягкой, тёплой ватой. И тут тяжёлая дверь сауны снова скрипнула.
Первой зашла Амина. Она была укутана в белое полотенце, завязанное высоко на груди, а её рыжие волосы, обычно такие бунтарские, были влажными и приглаженными. На её лице сияла умиротворённая, довольная улыбка человека, только что получившего всё, что хотел.
Её взгляд, скользнув по компании, на мгновение встретился с взглядом Игоря, и улыбка на её лице дрогнула, сменилась лёгким, едва уловимым смущением, и она быстро отвела глаза. Игорь, поймав этот взгляд и эту мгновенную перемену, не смог сдержать едва заметной усмешки в углу рта.
«Да-а уж», — промелькнуло у него в голове.
А следом за ней, буквально наступая на пятки, вошёл Семён Семёныч. Вид у него был совершенно невероятный. Его обычно бледное лицо пылало румянцем, волосы были всклокочены, а на лице застыло выражение такого чистого, безудержного восторга, будто он только что решил вечную проблему термоядерного синтеза, а заодно выиграл в лотерею.
Он сиял, как новогодняя ёлка. Его взгляд блуждал по потолку, по стенам, по девушкам, и на всём он, казалось, видел отблески только что пережитого личного триумфа. Он даже не пытался придать своему виду деловитость — он просто светился от счастья.
— Ну и где вы были? И… что делали? — с притворной строгостью, но не скрывая улыбки, спросила Азиза, подмигивая.
Девочки снова отдались смеху. Амина, стараясь сохранить невозмутимость, прошла к свободному месту на нижней полке и устроилась там, аккуратно поправляя полотенце.
— Мы просто… общались, — произнесла она, но её голос звучал неестественно высоко, а по щекам разливался такой яркий румянец, что его не мог скрыть даже жар сауны.
Этот её ответ вызвал новый взрыв хохота. Девочки начали забрасывать её шутливыми вопросами: «О чём? О погоде? О нас? Сосала? У него большой?», от которых Амина лишь отмахивалась, уткнувшись в бутылку с пивом.
В это время Семён Семёныч, всё ещё пребывая в облаке блаженства, посмотрел на Игоря, и его лицо озарилось ещё более радостной улыбкой, и он, немного пошатываясь, подобрался к нему, устроившись рядом с одобрительным вздохом.
— А-а, дружище! — начал он, кладя руку Игорю на плечо с непривычной фамильярностью. — Вот и вы здесь. Прекрасно, прекрасно. Как вам… э-э-э… температурный режим? Атмосфера, что называется, соответствует ожиданиям?
Он говорил своим привычным многословным стилем, но в его глазах всё ещё прыгали озорные искорки, а голос дрожал от сдерживаемых эмоций.
Игорь ухмыльнулся, глядя на это преображение своего обычно столь сдержанного коллеги.
— Да-а, тут хорошо, — кивнул он в ответ, делая вид, что полностью поглощён созерцанием пара. Затем он наклонился чуть ближе к Семёну Семёнычу, чтобы его не услышали девочки, которые всё ещё весело допрашивали Амину. Его голос стал тише, но в нём явственно звенела ехидная нотка. — А у вас как дела, Семён Семёныч? — спросил он с притворным любопытством. — Смогли проконсультировать Амину?
Он смотрел прямо на него, и в его взгляде читалось не просто вежливый интерес, а полное понимание той «консультации», что только что имела место быть.
Он видел румянец на шее Семёна Семёныча, его растрёпанные волосы и тот особый блеск в глазах, который не спутать ни с чем.
Семён Семёныч смущённо потянулся к переносице, чтобы по привычке поправить очки, которых сейчас не было, и лишь провёл пальцами по коже.
— Всё прошло… чудесно, — заговорил он, стараясь вернуть своему голосу академическую ровность, но получалось неубедительно. — Девушка… то есть, Амина… проявила недюжинные способности к восприятию информации. Всё сглатыва… ой… э-э-э… схватывает, что называется, на лету. Очень… э-э-э… способная личность.
Игорь едва сдержал громкий смех, превратив его в сдержанную ухмылку. «Ну нахуй, он мне врёт то! Он же даже оговаривается, бля», — пронеслось у него в голове. Ему дико захотелось ткнуть Семёна Семёныча носом в абсурдность этой ситуации и спросить напрямую: «И о чём это вы её так консультировали, что она аж сглатывала?»
Но Семён Семёныч, будто почувствовав опасность, опередил его. Он принял серьёзный, даже слегка озабоченный вид и понизил голос до конфиденциального шёпота:
— Правда, тема нашей… э-э-э… консультации носит сугубо конфиденциальный характер и не подлежит разглашению. Вы же понимаете, дорогой мой коллега?
Он произнёс это с такой напыщенной важностью, как будто они только что обсуждали схемы уклонения от международных санкций, а не то, чем они на самом деле занимались. Эта попытка прикрыть животную страсть бюрократическим языком была настолько нелепой, что Игорю пришлось сделать огромный глоток пива, чтобы не рассмеяться ему в лицо.
Семён Семёныч, видимо, почувствовав, что тема исчерпана, с облегчением переключился на более безопасную. Он начал рассказывать о пользе сауны для организма — о выведении токсинов, укреплении сердечно-сосудистой системы и позитивном воздействии сухого пара на когнитивные функции.
Игорь же просто кивал, делая вид, что внимательно слушает, но в голове у него крутилась одна мысль: «Пора бы уже по домам. Завтра на работу, а наш „деловой разговор“ уже явно не состоится».
Тем временем девочки, нахохотавшись, начали обсуждать что-то своё, но тут Азиза, вытянувшись, с чувством сказала:
— Всё, я устала. И слишком жарко уже. Пойду отдыхать.
— Я тоже, — монотонно отозвалась Миля и сползла с полки.
— И я! — тут же подхватила Ксюша, вставая.
Амина перевела взгляд с уходящих подруг на Игоря, их взгляды встретились на секунду, и в её глазах промелькнуло то самое смущение от их общего грязного секрета. Она быстро отвела глаза к Семёну Семёнычу.
— Я… я тоже пойду, — сказала она, вставая. — Вы ещё тут будете?
— Э-э-э… я полагаю, ещё на некоторое время останусь, — важно ответил Семён Семёныч. — Нужно завершить процедуру. А вы, дружище, — он повернулся к Игорю, — составите мне компанию?
Игорь, у которого уже не было сил ни на что, кроме как сидеть и тупить, просто кивнул.
— Да.
Амина, уже стоя в дверях, обернулась.
— Вам… может вам принести пиво?
— Нет, благодарю, — отрезал Семён Семёныч, а Игорь просто показал ей свою бутылку, и Амина, коротко бросив «ладно», скрылась за дверью.
Дверь закрылась, и в сауне воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением камней. Остались только они вдвоём — Игорь, уставший и пьяный, и Семён Семёныч, всё ещё сияющий от счастья.
Молчание повисло на несколько секунд, густое, как пар.
Игорь просто сидел, смотря в одну точку, надеясь, что его коллега наконец-то угомонится. Но Семён Семёныч, видимо, переполненный впечатлениями, не мог сдержаться.
Он обвёл взглядом опустевшее помещение, будто оценивая аудиторию для важного заявления, и произнёс своим размеренным, лекторским тоном, в котором, однако, всё ещё звенели отголоски недавнего восторга:
  
— Хочу заметить… интересные у вас, однако, подружки, дружище. Очень… самобытные личности. — он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание, а затем, с искренним, почти наивным любопытством, повернулся к Игорю и спросил: — А вы давно с ними… знакомы?
Игорь ухмыльнулся, медленно поворачивая к нему голову. Глаза его блестели от усталости и алкоголя.