Вулкан Капитал: Орал на Работе 3 (СИ)

Дарья подняла на Игоря взгляд, не прекращая механически тереть салфеткой пятно. В её глазах читалось раздражение, смешанное с пониманием абсурдности ситуации. Она уже открыла рот, чтобы парировать, но в этот момент Семён Семёныч, всё ещё глядя в окно, изрёк своим ровным, назидательным тоном:
— Игорь Семёнов в данном случае формулирует вполне резонную мысль. Действительно, рациональнее было бы произвести финальную очистку верхней одежды в удобных для того условиях, нежели тратить силы и ресурсы здесь и сейчас, в ограниченном пространстве движущегося транспортного средства.
  
Дарья медленно ухмыльнулась, переводя взгляд с Игоря на затылок Семёна Семёныча.
— И этот туда же… Два умника, блядь, — процедила она, наконец-то откладывая салфетку.
Она ещё раз с отвращением посмотрела на пятно и, махнув рукой, откинулась на спинку сиденья.
Помолчав пару секунд, она перевела взгляд на переднее кресло и с внезапным любопытством спросила:
— Кстати, а зачем вы, два клоуна, едете в «Центурион»? — не дожидаясь ответа, она фыркнула и, с насмешкой глядя на Семёна Семёныча, добавила: — Ты что, бухать начал, Семён?
Семён Семёныч медленно повернул к ней голову, его лицо выражало спокойное достоинство.
— Дарья Станиславовна, мы с Игорем Семёновым направляемся в упомянутое заведение для проведения важной деловой беседы, — произнёс он, тщательно выговаривая каждое слово. — Обсуждение важных вопросов требует соответствующей обстановки, но никак не предполагает злоупотребления алкогольными напитками. Это сугубо рабочий ужин.
Игорь, услышав это, многозначительно кивнул, стараясь придать своему лицу выражение серьёзности и деловой ответственности, хотя в уголках его губ играла усмешка.
Дарья расхохоталась, переводя взгляд с одного на другого.
— Ты там, кстати, аккуратнее, Семён, — сквозь смех сказала она, — у нашего Игоря очень шаловливые ручки. Будь внимателен, смотри, а то мало ли что, залезет куда не следует за ужином. — Она многозначительно подмигнула Игорю, явно намекая на тот случай в ресторане, когда его пальцы под столом нашли дорогу под её юбку.
Семён Семёныч откровенно удивлённо поднял брови и повернулся на переднем сиденье, чтобы полностью увидеть Дарью.
— Прошу прощения? — переспросил он, и в его голосе впервые за вечер прозвучала неподдельная растерянность.
Дарья, всё ещё смеясь, закончила:
— Хотя… ты же не в юбке. Но всё же — береги карманы. А то лишит тебя невинности.
Игорь уставился на Дарью с немым вопросом в глазах: «Ты что, ебанутая? Зачем такое рассказывать⁇» — пронеслось у него в голове.
Семён Семёныч, всё ещё переваривая её слова с выражением человека, пытающегося понять сложную математическую теорему, вежливо, но с заметной напряжённостью в голосе переспросил:
— Простите, Дарья Станиславовна, не могли бы вы уточнить, о чём именно идёт речь?
Дарья фыркнула и, игриво подмигнув, с преувеличенной серьёзностью ответила:
— Уточнить? Тебе подробно рассказать, как он пальцами входил в мою киску, что ли?
Игорь, не выдержав, легонько ударил её по ноге, пытаясь остановить этот поток откровений. В этот момент он заметил в зеркале заднего вида лицо водителя. Тот, услышав последнюю фразу, заметно покраснел, но при этом не мог сдержать широкой, смущённой улыбки, украдкой поглядывая на Игоря.
Семён Семёныч застыл. Казалось, его мозг, привыкший к сложным финансовым терминам и выверенным корпоративным формулировкам, на мгновение завис, пытаясь обработать услышанное. Он сидел неподвижно, не в силах подобрать слов.
— Да не было такого! — поспешно начал Игорь, чувствуя, как горит его лицо. — Дарья, не неси чушь! Зачем ты всё выдумываешь?
Дарья, видя его смущение и шок Семёна Семёныча, расхохоталась ещё громче, откинувшись на спинку сиденья.
— Ну ты и пиздабол, Игорек! — выдохнула она сквозь смех, показывая на него пальцем. — Ох… видел бы ты сейчас свое лицо.
Игорь смотрел на неё, не в силах сдержать улыбку, которая пробивалась сквозь маску возмущения. Её заразительный хохот, пусть и вызванный его же смущением, действовал как наркотик. В уголках его губ играли смешинки, а в глазах светилось странное обожание к её бесстыдной прямоте.
Семён Семёныч тем временем испытывал явный когнитивный диссонанс. Он выпрямился на сиденье, приняв свой самый официальный вид, и произнёс с подчёркнутой, почти протокольной вежливостью:
— Дарья Станиславовна, позвольте усомниться… подобные… э-э-э… интимные подробности, будучи озвученными в столь легковесной манере, более соответствуют жанру анекдота, нежели достоверному отчёту о событиях. Я склонен рассматривать их как элемент розыгрыша.
— Конечно, Семён Семёныч, она просто шутит! — тут же подхватил Игорь, с облегчением хватаясь за это оправдание.
— Ага, бля, — фыркнула Дарья, всё ещё покатываясь со смеху. — Шутник тут только ты, Игорь. Или скорее шут.
Семён Семёныч, удовлетворённо кивнув, изрёк, обращаясь больше к самому себе:
— Что ж, коллега Игорь Семёнов, в данной ситуации вы продемонстрировали вполне зрелую реакцию, предпочтя не усугублять неловкий розыгрыш и не поддаваться на провокации.
— Ладно, Семён, не верь… но я тебя предупредила, — с театральным вздохом заявила Дарья. Она устало провела рукой по волосам, посмотрела на затылок таксиста и добавила: — Устала я от вас. — в этот момент Семён Семёныч открывал рот, чтобы изречь очередную тираду — вероятно, о важности сохранения позитивной атмосферы в коллективе, но Дарья решительно перебила его, обратившись к водителю: — Эй, включи-ка лучше музыку какую-нибудь… Только, давай, негромко.
Таксист с готовностью кивнул, и через секунду в салоне зазвучали приглушённые, но пронзительные аккорды акустической гитары и хриплый, полный тоски голос. Это была «Lost on You» LP. Звук был негромким, но он идеально лёг на вечернюю усталость, создавая общий эмоциональный фон, под который можно смотреть в окно на мелькающие огни.
Игорь посмотрел на Дарью и, качая головой, беззвучно показал ей: «Ну зачем было всё это рассказывать?» И на его лице была скорее улыбка, чем упрёк. Она встретила его взгляд, и её губы тронула хитрая, почти невинная улыбка. Ничего не сказав, она просто расслабилась и снова повернулась к окну, растворившись в созерцании ночного города.
Они ехали так ещё минуты две в тишине, нарушаемой лишь музыкой и гулом мотора. Вдруг Дарья выпрямилась, узнавая знакомые улицы.
— Подъезжаем наконец-то, — тихо сказала она, скорее сама для себя.
Она потянулась за своим пальто, чтобы надеть его. Игорь, увидя это, тут же сказал:
— Помочь?
Она повернулась к нему, и на её лице снова появилась язвительная улыбка.
— Себе помоги лучше… хотя знаешь, вот, подержи это, — сказала она и всучила ему прямо в руки смятые, влажные и грязные салфетки, которыми до этого оттирала пятна.
Игорь машинально взял этот мокрый, липкий комок и на секунду застыл. «Бля…» — пронеслось у него в голове. Первым порывом было швырнуть их ей в сумку или в нее, но он лишь вздохнул с мыслью: «Ладно, хрен с ней, сам выброшу».
Дарья легким, привычным движением сама накинула пальто, и в этот момент таксист плавно притормозил.
— Дальше, извините, не проехать, — сказал он, показывая на оранжевые конусы и перекрытую плитами дорогу. — Там ремонт. Вам тут удобно будет?
Дарья высунулась, чтобы посмотреть, и громко цокнула языком, увидев перекрытый подъезд к её дому.
— Блять… ну да, самое время после дождя дороги делать… конченые, — с сарказмом выдохнула она и потянулась к ручке двери, чтобы выйти… — Ладно… дойду как-нибудь.
  
В этот самый момент мимо на приличной скорости пронеслась машина. Её колесо с громким хлюпающим звуком врезалось в яму с лужей на дороге. Грязная волна поднялась в воздух и с силой ударила в нижнюю часть двери и тротуар как раз в тот миг, когда Дарья начала её открывать. Брызги летели во все стороны, заляпывая стекло и порог.
Дарья резко дёрнула дверь на себя, спасаясь от грязевого потопа. Игорь, наблюдавший за этой сценой, не удержался от ухмылки.