Вулкан Капитал: Орал на Работе 3 (СИ)

Игорь, держа цветок в одной руке, другой судорожно засовывал кошелёк в карман и думал: «Пиздец, — мысленно стонал он, — какой из меня, блять, брокер, если я сам, без помощи Семёна Семёныча, не могу продать акции, а этой назойливой тётке не смог отказать с её сраными цветами? Просто взял и купил, как последний…».
Он поднял взгляд и тут же наткнулся на десятки ожидающих лиц, но не придал им значения, думая в этот момент о своём: «Ну вот, теперь Дарья должна мне за это, как минимум, хорошенько отсосать», — с горькой иронией подумал он, пытаясь найти в этой ситуации хоть какой-то плюс.
  
Но все те люди вокруг… не здавались, они смотрели то на него, то на девушку у окна, и снова на него. В их взглядах читалось немое ожидание, как в плохом спектакле перед кульминацией.
Какой-то мужик с бородой даже покашлял нарочито громко, словно подталкивая: «Давай уже, чего тянешь!»
Игорь удивлённо и не понимая повернулся к девушке. Та смотрела на него, опустив ресницы, но украдкой бросая взгляды. На её губах играла смущённая, но довольная улыбка, и она будто бы даже тихонько хихикала, прикрывая рот рукой.
«Она что… — в голове у Игоря медленно прорезалась догадка. — И они все… они что, думают, что я ей это подарю?» — он снова обвёл взглядом пассажиров, и всё сложилось в одну абсурдную картину. — «Блять, они правда думают, что мы пара и я сейчас буду ей дарить цветок⁈ Да хуй там, — внутренне взбунтовался он, сжимая стебель. — Шиш, бля, на арахисовом масле! Или как там говорится? Я её же даже не знаю. Это я Дарье взял, чтобы она мне…».
В этот момент он мельком глянул в окно и увидел, что автобус как раз подъезжает к его остановке, словно по сигналу судьбы.
— О! Кажется, пора выходить, — громко, на весь салон, произнёс Игорь, поднимаясь с сиденья.
Он встал, крепко сжимая в руке розу, и направился к выходу. Воздух в автобусе словно загустел от всеобщего разочарования. Десятки глаз проводили его тяжёлым, и непонятливым взглядом. Та самая девушка, которая минуту назад застенчиво улыбалась, теперь смотрела на него в немом ахуе, её губы сложились в обиженную дугу.
Какой-то мужчина громко, с презрением фыркнул, а пожилая женщина у входа покачала седой головой, её взгляд говорил яснее слов: «Вот оно, молодое поколение».
Игорь прошёл сквозь этот строй молчаливого осуждения, глядя прямо перед собой и чувствуя, как жар от этих взглядов прожигает ему спину. Он не обернулся, когда двери с шипением открылись перед ним. Шагнув на тротуар, он почувствовал, как с плеч спадает невидимое напряжение. За спиной двери закрылись, и автобус, фыркнув дизельным выхлопом, тронулся с места.
Игорь посмотрел на алый бутон в своей руке, потом на удаляющийся транспорт, и коротко усмехнулся.
«Блин, ну и что это за бред только что был?»
Он вздохнул, сунул розу за спину и направился к стеклянной башне «Вулкан Капитала».
Подходя ко входу, он сразу заметил знакомую фигуру. Семён Семёныч, безупречный в своём отутюженном костюме, стоял у дверей, словно часовой. Его взгляд-буравчик мгновенно нашел Игоря.
— Игорь Семёнов, — начал он, поджимая тонкие губы, — ваш настрой…
— Доброе утро, Семён Семёныч! — бодро, почти черезчур громко перебил его Игорь, намеренно демонстрируя пустую руку и широкую, ничего не значащую улыбку.
Он ловко поймал его взгляд, не давая тому опуститься ниже уровня стола. Рука с розой оставалась за спиной, и Игорь лишь слегка наклонил голову, но затем, словно вспомнив о необходимости соблюсти формальность, протянул правую руку для рукопожатия.
Семён Семёныч, слегка удивлённый, но одобрительный, совершил несколько энергичных, сухих пожатий.
— А-а, мой дорогой коллега Семёнов, — заговорил он, и его голос приобрёл тот самый душный, наставительный тон. — Вижу, являетесь на рабочее место в состоянии, позволяющем осуществлять трудовую деятельность. Это похвально. А какой, если не секрет, у вас сегодня настрой на достижение финансовых результатов? Планируете ли активно проявлять себя на рынке, дружище?
Он сделал театральную паузу, его взгляд стал едким.
— И, если позволите проявить участие в личной жизни сотрудника… Как прошли ваши вчерашние… гм… неформальные переговоры с нашей коллегой Дарьей Станиславной? — Он произнёс это так, будто слова «неформальные переговоры» были чем-то неприличным. — Надеюсь, вы не позволили расслабиться и сохранили трезвость суждений, столь необходимую в нашем деле.
Игорь, сохраняя на лице безмятежную улыбку, коротко кивнул:
— Само собой, Семён Семёныч, как же иначе? Не переживайте, просто выпили по бокалу и разбежались. Всё цивилизованно.
Семён Семёныч, казалось, расцвёл от этой информации. Его лицо озарилось одобрительной, но по-прежнему невыносимо душной улыбкой.
— Прекрасно, просто прекрасно! — воскликнул он, потирая руки. — Цивилизованно — это именно тот подход, который я приветствую. Никаких излишеств, никаких эксцессов, способных повредить репутации. Коллектив — это прежде всего дисциплина и взаимное уважение, выстроенные на фундаменте строгого соблюдения субординации и корпоративного этикета. Помните, Семёнов, даже в неформальной обстановке мы остаёмся лицом компании. Рад, что вы это понимаете.
Игорь улыбнулся, старательно сохраняя невозмутимое выражение лица, хотя внутри всё смеялось.
«Зна́ли бы вы, Семён Семёныч, что там на самом деле было…» — пронеслось у него в голове.
Семён Семёныч, ободрённый, как ему казалось, взаимопониманием и благонадёжным видом Игоря, продолжил, сияя своей душной, начальственной улыбкой:
— Именно так! Вижу, вы проникаетесь корпоративной культурой. Это не просто слова о субординации. Это — система ценностей, выверенная, как швейцарские часы. Каждое взаимодействие, даже за стенами офиса, должно работать на укрепление командного духа и деловой репутации. Ваша способность провести вечер в столь… сдержанном ключе лишь подтверждает ваш потенциал. Так держать! Продолжайте в том же духе, и я не сомневаюсь, что ваше продвижение по карьерной лестнице не заставит себя ждать.
Игорь улыбался, но при этих словах его лицо на мгновение стало серьёзным. В голове пронеслось: «Вот он, шанс!» Он вспомнил о своих мыслях про пассивный доход и миллионы Семёна Семёныча.
— Кстати, Семён Семёныч, — начал он, подбирая слова и слегка понижая голос. — Говоря о карьерной лестнице… Я хотел бы с вами поговорить о кое-чём. Я бы хотел…
Но Семён Семёныч тут же поднял палец, заставляя его замолчать, и сам склонился ближе, приняв вид заговорщика.
— Мой дорогой коллега, — прошептал он с преувеличенной значительностью, озираясь по сторонам. Его голос приобрёл тот самый нудный, наставительный тон, будто он собирался прочесть лекцию о государственной тайне. — Вопросы личного карьерного роста, безусловно, являются краеугольным камнем профессиональной самореализации. И я, разумеется, всемерно приветствую стремление молодых специалистов к самообразованию и поиску надежных способов их реализаций. Обсудить пути личного самоусовершенствования — это похвально. Крайне похвально.
Он сделал паузу, чтобы оценить эффект от своих слов, и его взгляд снова стал похож на взгляд орла, высматривающего добычу, только на сей раз он обводил им холл, контролируя поток сотрудников.
— Однако, — он снова понизил голос до драматического шёпота, — в данное время я, если можно так выразиться, занят обеспечением операционного цикла на ключевом участке. — Он многозначительно кивнул в сторону входа, где как раз проходила девушка, покрасневшая под его пристальным взглядом. — Контроль за соблюдением трудовой дисциплины в утренние часы — это фундамент, на котором движется эффективность всего нашего коллектива. Так что, — он снова обернулся к Игорю, с деловым видом расправив пиджак, — мы можем вернуться к этому важному разговору в более подходящее время. Скажем, в обеденный перерыв, если он, конечно, не будет нарушен внеплановым совещанием. Договорились, дружище?
  
Игорь кивнул, уловив лишь общий смысл — «поговорим позже». Половина тех витиеватых фраз прошла мимо его ушей.