Мой дикий (СИ)

Включаю телефон. Начинают сыпаться уведомления о пропущенных звонках.
Тут же звонит начбез.
– Рэм Алиевич, виноват. Только к утру нашел, куда вас определили. Приехал – а вас уже нет.
– Проеб, – усмехаюсь. – Ладно, нормально все. Что нового?
– Все штатно. Охрана бдит.
– Отлично. Усиление убери. Остальные пусть пока продолжают. – не могу сдержать улыбку.
– У вас все нормально? Распоряжения будут? – напрягается Андрюха.
  
– У меня все охуенно. Работайте. – сбрасываю звонок.
Паркуюсь на свободное место и снова почти бегом лечу на пятый этаж. Нажимаю кнопку звонка.
Так, дитям мороженое, Алисе цветы, Илюшу не бить.
Выдыхаю.
Дверь открывается и я на секунду теряюсь, потому что на пороге стоит Мирон. Вспоминаю, что сказал ему ни на шаг не отходить от девчонок и исчез на сутки почти.
– Ты что, здесь ночевал? – прохожу в квартиру. Он кивает.
Вздыхаю, качая головой. Ну, ведь наверняка разузнал, что угроза ликвидирована, но все равно не ушел.
– Алиса где? – ставлю пакеты на пол.
– Алиса Олеговна на работу вчера вечером уехала. Скоро вернуться должна. Охрана бдит.
Пристально смотрю на него и терзаюсь сомнениями. Да не стал бы он оставаться с ночевкой, в машине бы сидел, если бы не… Забава?
– О, здравствуйте, – выныривает она из комнаты. – Проводили жену?
Закатываю глаза. Язва.
– Рэм, – слышу голос Златы из комнаты. – Я сейчас!
– Не торопись, малышуль, – кричу ей и иду к Забаве. – Вот вроде умная девка, а туда же. – укоризненно качаю головой. Слышу сзади усмешку Мирона. – Ну, надо так было. Вот не понимаете же нихера, а носы свои суете.
– Да… пока вы… дела свои делали, жен заводили, – задирает нос мелкая и смотрит мне в глаза пристально, – мама не пила и не ела. Потолок три месяца разглядывала.
Стыдно.
Закрываю глаза и тру переносицу, стараясь не показать вида, что мне больно. Выдыхаю медленно.
Она хорошая дочь и просто защищает мать.
– Так что, лучше забирайте своего дикого, – кивает на Мира, и я слышу, как он громко цокает языком, – и уходите. Я, правда, благодарна вам почти за все, что вы сделали. Но для нас такой образ жизни неприемлем. Я не хочу повторения.
– Да не будет никакого повторения, – усмехаюсь. – Все. Ваш я весь теперь.
– А нам оно надо спустя столько времени? – топает ногой Забава, повышая голос, и вдруг переходит на шепот. – Я думала, что она умрет! Заснет и не проснется просто!
Вижу, как дрожат ее губы.
– Рэм! – зовет меня Злата где-то недалеко и я оборачиваюсь к ней.
– Привет, принцесса! – подхватываю ее на руки, убирая костыли в сторону. Злата крепко обнимает меня за шею, целует в колючую щеку. Вот, кто уж точно рад меня видеть! – Как вы тут без меня?
– Мирон подарил мне приставку и мы с ним играли, – улыбается она. – А Забава ругалась, что мне вот такие линзы пропишут.
Смотрю на маленькую ручонку, сжимаю ее в своей.
– Забава просто такая же серьезная, как мама. Тут только у тебя все хорошо с чувством юмора.
– И в кого я такая? – улыбается она широко.
– Как это в кого? В меня. – прикладываю ее руку к своей щеке и тоже широко улыбаюсь. – Похожи?
Оборачиваюсь с ней к зеркалу. Она смотрит на нас с каким-то недоверием, а потом смущенно прячет лицо у меня на плече и крепче обнимает за шею. Всхлипывает.
– Ну, что ты расстроилась? Будешь моей дочкой?
Кивает молча. Глажу ее по волосам.
– Тогда давай ты еще немножко с Миром и Забавой побудешь, а я с мамой вопросики утрясу кое-какие?
Уношу Злату в комнату. Возвращаюсь к Забаве, смотрю на нее пристально.
– Помнишь, мы разговаривали с тобой за жизнь?
– Я-то хорошо помню, а вы? – щурится. – Сказали, что если и уйдете, то не к бабе. И я же верила, что вы все это время какие-то дела решали. А теперь вот. – кивает на руку.
Блядь, кольцо это… Опять про него забыл.
Снимаю его и впечатываю ей в ладонь.
– Да не настоящий это брак, – рычу. – Разведусь скоро.
– Как у вас все просто, – усмехается Забава.
– Да, просто. А зачем усложнять? Кому от этого хорошо? – понимаю, что Забава пока еще не готова снова мне поверить. – Ты поверишь, если я скажу, что женился потому, что вам угрожала опасность?
Девчонка отрицательно качает головой.
– Ну и дура, – кричит Мир откуда-то из комнаты, будто видит.
– На себя посмотри! – повышает голос Забава.
– Ладно, – устало вздыхаю. – Поверишь. Я слов на ветер не бросаю. А пока пусть вас еще денька два Мирон поохраняет.
– Эээ, нет! Заберите его с собой! – подпрыгивает девчонка.
– Не могу. Извини. – усмехаюсь. – Мир, ни на шаг от девчонок не отходить!
– Есть, товарищ командир, – салютует он, не отрываясь от приставки, когда я прохожу мимо.
Выхожу из квартиры, сбегаю по лестнице и на нижних этажах нос к носу сталкиваюсь с Алисой. Она испуганно отстраняется от меня и быстро шарит глазами вокруг, будто в поисках путей отступления. А вот фиг-то ты угадала, моя сладкая.
– Привет, – выдыхаю и притягиваю ее к себе за талию.
Вглядываюсь в усталое бледное лицо и прижимаю ладонь к нежной щеке. Алиса, в первую секунду будто окаменевшая, приходит в себя и резко отталкивает мою руку.
– Не прикасайся ко мне, – рычит. – Уходи.
Так, значит, тоже уже надумала себе что-то за эти сутки.
– Я пришел поговорить.
– Мне не о чем с тобой говорить, – толкает меня в грудь моя рыжая фурия и смотрит так строго, что почти страшно.
– Зато мне есть о чем. А еще ты мне кое-что должна.
– Машину, – кивает Алиса и лезет в карман за ключами, тянет мне.
Смеюсь.
– Баню.
– Я не поеду с тобой никуда! – выкручивается она, но я подхватываю ее на руки и быстро спускаюсь по лестнице.
Дорогие мои, дальше еще глава. 
  
54. Рэм 
 
Едем в машине молча. Ловлю дежавю, потому что Алиса игнорирует любые мои попытки поговорить. Но в этот раз она зря надеется, что я психану и отстану.
Звонит телефон. Это Максим.
– Да, – отвечаю на громкой связи.
– Здравствуйте. Что-то не могу дозвониться до Алисы Олеговны. И вы все не в сети были. Как Злата?
Алиса судорожно лезет в карман и включает телефон.
– Отлично. На костылях гонцает, как на своих двоих.
– Ей нужно ещё курс. – не разделяет моего восторга парень. – Она уже должна не на костылях передвигаться, а на своих двоих.
– Дату назначай. Я привезу. – кошусь на Алису строго. Пусть только скажет что-то против, но она молчит.
– Давайте в понедельник. И ещё… у нас крестины завтра. Вы, вроде, хотели крёстным быть?
– Так, Макс, – выдыхаю.
Не готов я нести ответственность такую. Ну, какой из меня крестный?
– Я завтра не смогу, развожусь.
– Опять? – искренне удивляется Петров. Невольно усмехаюсь.
Краем глаза вижу, как Алиса закатывает глаза.
– Ладно, я перезвоню тебе потом. – сбрасываю. Делаю музыку потише.
– Помнишь, когда ты принесла мои вещи, я был с мужиком? – смотрю на рыжую вредину, но она никак не реагирует на мои слова. – Это очень серьезный бандюган. Был. Он пытался надавить на меня через вас. Я не мог позволить ему догадаться, что ты мне важна. И женился фиктивно.
– Был? – впервые подаёт голос Алиса и бросает на меня мрачный взгляд.
– Был, – киваю. – Внезапно умер. Сердце. И я мог бы занять его место. Держать всю Москву в своих руках. А я выбрал вас.
Делаю паузу, ожидая реакции, но Алиса молчит. Смотрит в окно.
– Я развязался. И с этого дня больше никому моя жизнь не интересна. Не будет ни перестрелок, ни покушений.
  
– И кем ты будешь? Честным депутатом? – усмехается Алиса, не оборачиваясь.
Морщусь. И эта туда же.