Мой дикий (СИ)

Когда Злата накаталась вдоволь, Рэм предлагает зайти в кафе и, не дожидаясь моего ответа, везет коляску в нужную сторону. Без лишних слов выбирает столик, за которым Злате будет удобно. Помогает ей удобно усесться, убрав все лишние стулья, а потом подвигает стул мне и просто садится рядом.
– Хочу пиццу с ветчиной! – заявляет Злата, и Рэм, даже не спросив меня, стоит ли ей это заказывать, коротко кивает официантке.
  
– Мама, а можно мне еще колу? – спрашивает Злата, широко улыбаясь и, кажется, наконец вспомнив, что у нее есть мать.
– Колу?.. – я на автомате смотрю на Рэма, будто жду его решения.
– Пусть пьет, – коротко отрезает он. – Один день – не страшно.
Я лишь прикусываю язык. Еще утром я бы возразила, но сейчас просто киваю. Что-то с этим мужчиной не так. Я теряю с ним контроль. Над ситуацией, над собой. И это пугает.
Через несколько минут на столе стоит огромная пицца, кола и два стакана с кофе.
Принимаемся есть. Злата смеется и болтает без умолку. А я смотрю на Рэма. Он не перебивает ее, не делает вид, что занят чем-то другим. Он просто слушает. И это выглядит так... естественно.
После кафе Злата, наевшись и устав от всего веселья, начинает клевать носом прямо в своей коляске. Я уже привыкла к этому: она почти всегда вырубается на обратном пути после насыщенного дня. Но вот Рэм... Он вдруг замедляет шаг и останавливается, наклоняясь к ней.
– Спишь? – тихо спрашивает он, поглаживая ее по щеке.
– Угу… – она уже почти не слышит, глаза закрываются.
– Давай я ее понесу, – говорит Рэм, и я снова открываю рот, чтобы что-то сказать, но он уже опережает меня и поднимает Злату на руки.
– Нет, я сама… – прихожу в чувства и протягиваю руки.
– Алиса, – он останавливается и смотрит на меня прямо. – Расслабься.
Рэм разворачивается и аккуратно несет Злату к машине. Она мгновенно засыпает у него на руках. Я молча следую за ними, снова не в силах вымолвить ни слова.
Пока едем, я наблюдаю за Рэмом с заднего сидения, обнимая спящую дочь. Лицо мужчины то становится хмурым и задумчивым, то вдруг расслабляется и я тут же ловлю на себе его взгляд.
Когда приезжаем домой, Рэм осторожно выносит Злату из машины. Я хочу предложить помощь, но уже знаю, что это будет бесполезно.
Рэм уверенно поднимается по лестнице с Златой на руках. Я иду следом, глядя на его спину и думая, что, может быть, впервые за долгое время кто-то снял с меня этот груз. И речь не столько о физической усталости.
В квартире Рэм аккуратно укладывает Злату в кровать, снимает с нее кроссовки, поправляет одеяло. Я стою в дверях, наблюдая за каждым его движением. Это так… трогательно.
Он подходит ко мне и я поднимаю на него глаза даже не в силах подобрать слова благодарности.
– Сейчас коляску принесу, – говорит он тихо, аккуратно отодвигая меня в сторону и выходит за дверь. Через пару минут возвращается, завозит коляску и прямо с порога протягивает мне в руки черный прямоугольник. Это похоже на коробку, обтянутую черной пленкой.
– Что это? – уточняю, сжимая в руках. Да, под пальцами плотный картон.
– Посмотришь, если я не появлюсь через месяц, рыжуль. Договорились?
– Вы… уезжаете куда-то? – хмурюсь, откладывая коробку в сторону.
– Будем считать, что в командировку. – Рэм тянет мне руку. – Обнимешь меня на прощание?
– Спасибо вам большое. Я уже давно не видела дочь такой счастливой. – даю ему руку и тут же оказываюсь притянута в крепкие объятия.
– Я рад, – негромко отвечает Рэм и я чувствую его горячее дыхание у себя в волосах. – Не забудь про Петрова.
– Хорошо, – шепчу ему в грудь и понимаю, что мне совершенно не хочется отстраняться. Но есть вопрос, который уже давно гложет меня. Вдыхаю поглубже и млею от аромата его духов. Язык начинает заплетаться, насколько я чувствую себя расслабленно. – Зачем вам это все?
Чувствую, как горячая ладонь скользит вверх по спине. Чуть сжав волосы на затылке, Рэм отстраняет меня, чтобы заглянуть в глаза.
– Сам не знаю. Но не откажусь от бонуса в виде поцелуя. – хрипло шепчет он и, бросив короткий взгляд на мои губы, касается их так невесомо, что я сама подаюсь навстречу.
  
19. Рэм 
 
Кажется, в глазах темнеет от накрывшей волны жара. Она ответила! Едва подалась навстречу моим губам, но это практически неуловимое движение ударило мне в голову похлеще любого самого крепкого алкоголя. С трудом сдерживаю стон, вжимая Алису в себя крепче и набрасываясь на ее губы как на самый вкусный нектар.
Она лишь охает от напора и я врываюсь языком в ее сладкий ротик, не давая времени одуматься и отстраниться. Жадно ловлю ее язык в плен, увлекая своим, заставляя отвечать на медленные глубокие ласки. Играю с ее мягкими губами, прикусывая их и наблюдая, как безропотно Алиса принимает мои прикосновения, закрыв глаза.
– Посмотри на меня, рыжуль, – шепчу ей в губы, дразня короткими поцелуями. Она будто в какой-то нирване и не слышит меня.
Снова касаюсь ее губ, вжимая в себя крепче. Все тело прошибает волной возбуждения. Член напрягается до невозможности. Спускаюсь ладонью вниз и за поясницу вжимаю Алису в себя, давая ей понять, насколько мне сейчас хочется продолжения. И она льнет ко мне, прижимаясь еще сильнее.
Жадно рычу ей в губы, закидывая на себя ее стройные ноги и поддерживая под ягодицы, нетерпеливо трусь об нее оттопыренной ширинкой. Алиса тихо ахает мне в губы. И от этого короткого умоляющего стона я готов кончить, не снимая штанов.
Вжимаю горячую крошку в стену, скольжу рукой по ее бедру. Штаны вообще не в тему. Было бы лучше, если бы она была в платье. Шиплю, поднимаясь обратно и запуская ладонь под резинку штанов, как вдруг слышу взволнованное “Маааам”.
Резко отстраняюсь и дышу так, будто едва выплыл из глубокого омута.
Алиса смотрит на меня испуганно и дышит так же рвано, в унисон. Облизываю губы, мысленно мечтая затащить этот рыжий наркотик на кухню и продолжить ловить кайф. Вдруг Злата просто говорит во сне?
– Мам, а где Рэм? – звучит из зала контрольный.
– Иду, – отзывается Алиса. Ее взгляд становится осознанным. Она тут же прячет глаза и я со вздохом опускаю ее на пол, иду следом.
Алиса на ходу приглаживает волосы и поправляет одежду.
– Я тут, – отзывается. Захожу следом за ней.
– Я заснула, – смеется Злата, глядя на меня. Такая она позитивная, что я даже удивляюсь. Сажусь рядом.
– Выспалась?
– Ага. А мы еще погуляем?
Вздыхаю.
– Прости, малышуль. Мне на работу нужно. Я уезжаю. Надолго. Не знаю, когда вернусь.
Злата хмурит свои брови, но вдруг тянет руки:
– Иди пожалею. Я буду скучать.
– Я тоже, - смеюсь и, наклоняясь, тут же попадаю в ее объятия. Получаю короткий поцелуй в щеку и мысленно усмехаюсь. Вот бы ее мама была такая же сговорчивая. Глажу рыжую голову, целую в макушку и отстраняюсь.
– Помнишь, о чем мы договорились? – щурюсь. Злата кивает молча и хитро улыбается. – Приеду – проверю, как ты с Максимом занимаешься.
Уже на пороге снова притягиваю к себе Алису, но она тут же вся напрягается.
– Ну чего ты опять? – шепчу ей в губы. Оттягиваю момент разлуки. Не хочу сейчас ничего, кроме ее поцелуев. Понимаю, что уже просрал все возможные сроки и нужно ехать, решать вопросы, но все равно тяну с прощанием. Я не знаю, вернусь или нет. Но то, что она отвечает взаимностью, придает мне сил.
– Это не правильно, – упирается она мне в плечи и прячет взгляд.
– Да много ты знаешь, что правильно, – бурчу, отпуская ее. – Меня, может, убьют завтра и мы больше никогда не увидимся.
  
– Тем более. Я начну волноваться и… ждать, а вы… ваш образ жизни… – задыхается она от эмоций, закусывая губу. Впервые вижу Алису такой растерянной. Не может сдержаться, обхватывает себя за плечи.
Притягиваю ее к себе, вдыхаю аромат волос.
– Да права ты. Права. Не семейный я. Нельзя мне нормальную семью. Хотел трахнуть тебя просто, а получилось вот так… На один денек нормальным с вами себя почувствовал. Спасибо за это. – отстраняюсь и открываю дверь. – Найди себе уже мужика хорошего. Такой бабе красивой нельзя быть одной. Пока, рыжуль.