Плохой хороший парень (СИ)

— Ну всё, дуй в кровать, — прокашлялся я, отгоняя непривычные мне чувства. — Пусть тебе приснятся единороги и облака из мармеладных мишек.
— Лучше из желе.
— Как тебе угодно. Беги.
Довольная Дина поскакала в подъезд, а я ощутил руку на своём плече. Мира впервые прикоснулась ко мне.
— Береги себя, Тимур. Ты ей нужен. Тебя ей никто не заменит.
  
18
 
Юна
Я уже и забыла, что такое солнечное утро. После череды угнетающих событий, звонок от Кабанова был чем-то вроде глотка спасительного воздуха. Подскочив с кровати, я визжала так, что могла бы дать фору полицейской сирене.
— Ты окончательно тронулась, пока я был в отключке? — слабым голосом проговорил Гриша, наверняка отставив трубку от уха.
— Я не верю! Это чудо какое-то! Как же мне тебя не хватало!
Изрядно накружившись, я беззаботно плюхнулась на кровать.
— Я тоже по тебе скучал, Юнга, — признался сержант. И пусть я не видела его лица, была уверена, что здоровяк улыбается. — Как ты?
Хотелось говорить о чём угодно, но только не о текущих делах. Ни одной светлой новости не приходило в голову. Один лишь мрак.
— Марк задержал отца… — мой голос дрогнул.
Повисла краткая пауза.
— Что? Как такое может быть? Клянусь, Юна, если ты меня разыгрываешь, я…
— Никаких шуток, Гринь. Мне и самой порой кажется, что это какая-то выдумка Но это не так, — закусив губу, я подбирала нужные слова. — Марк и Валерий сделали это нарочно, чтобы я подставила Майского. Отец стал для них предметом безжалостного шантажа.
Не совсем это хотел услышать Кабанов, открыв глаза после нескольких дней забвения, но я мечтала с ним поделиться. Хоть с кем-нибудь.
— И что сделала ты? — с настороженностью спросил он.
— Приказала Маю убраться из города, — в голове тут же промелькнули кадры последней встречи, тонкой иглой вонзаясь в сердце. — Конечно же, я не собиралась его подставлять. И пусть он об этом не догадывается, я подарила ему свободу. Шанс на новую жизнь.
Фоновым голосом я услышала медсестру, которая заставляла Гришу поесть. Мне она причудилась молодой и заботливой.
— Мне нужна лишь минута! С варёной капустой ничего не случиться, если я тут же к ней не прикоснусь! Боже, у нас в КПЗ кормят лучше! — парень снова обратился ко мне. — Так… ты отпустила его? Разве это удовлетворит Марка?
— Он не знает об этом. Полагаю, что статус «трусливого беглеца» придётся ему по вкусу. У нас сегодня встреча в «Искре». Там я и узнаю его мнение.
Меньше всего мне хотелось снова столкнуться с подлым Юдиным, однако прибывающий под стражей отец не оставил мне выбора. Мне следовало потакать каждой прихоти, казаться покорной, лишь бы вытащить родителя из клетки.
— А я говорил! Вот же ублюдки! Клянусь, авария их рук дело! — выругался Кабанов и тут же извинился перед медсестрой. — Не унывай, Юнга. Вот только встану на ноги и разберусь с беспредельщиками! Ладно меня, но Петровича-то за что?!
Мне не удалось сдержать улыбку, да и не хотелось.
— Ты, главное, сам поправляйся. Скоро буду у тебя. С чебуреками.
— А пронести сможешь? — взбодрился вдруг он. — Меня тут отравой пичкают. Нормальной еды не хватает. Масла хочется.
— Эх, Гринь. Мне ли не знать всё о хитростях передачек, — взглянув на время, я моментально засобиралась. — Всё, отключаюсь. Медсестре «привет». Целую.
Уже через пятнадцать минут я спешно вышагивала по центральной улице, сгорая от нервного предвкушения. Никогда ещё решение Марка не было для меня более значимым. Недавнее расставание на фоне всего виделось мне немыслимой удачей. Хотелось верить, что я не могла влюбиться в человека, напрочь лишённого души.
Тогда что случилось с Майским?
Тимур был разным. Где-то до холода равнодушным, где-то чертовски нежным. Но он никогда не пытался меня изничтожить. Я знала, что он способен на любовь, пусть не ко мне. И кем бы не был в сущности сетевой аферист, он бы не стал танцевать на костях. Только не тех, кому он уделил своё время.
 
У входа в «Искру» меня встретила официантка. Девушка широко распахнула дверь, будто было осведомлена о моём приходе. Подобный официоз вызвал неприятные мурашки по коже.
И неспроста.
Оказавшись в зале, я едва устояла ногах. За длинным столом сидел Марк, в окружении опасной свиты. В искажённых от злобы лицах я узнала Стаса и его молчаливого секунданта.
— Прошу сюда, дорогая, — подозвал рукой Марк, заметив мою растерянность. — Мы уже тебя заждались.
Сомкнув зубы, я подошла ближе и заняла свободный стул. Сердце колотилось так быстро, что ненароком вызывало тошноту. Смелость Марка, что раскрывала истинных его подельников, была ничем иным, как низостью.
— Привет, — разошёлся в колкой улыбке Стас. — Не думал, что увижу тебя снова. Как насчёт чашечки крепкого кофе?
Подавив брезгливость, я целенаправленно обратилась к Марку. Всем своим выражением я излучала нервозность. Хотелось как можно быстрее сбежать.
— Я всё сделала, — отрезала коротко, ибо не знала, о чём могу говорить. Впрочем, лебезящая перед друг другом троица едва ли прибывала в неведении.
— Правда? — хмыкнул Марк, разложив по тарелке куски сочного мяса. — Тебе удалось закрыть Майского? Не наслышан о такой сенсации.
— Он сбежал. Тимур прознал о риске ранее, чем я успела его оповестить. Подобное поведение свойственно хакерам: быть всегда на шаг впереди.
Стас хохотнул, а Марк нахмурил белёсые брови.
— И как я могу быть уверенным, что уже завтра он не объявится?
— Этого не будет, — настояла я, всецело веря в разумность Тимура. — А теперь будь добр и прикажи, чтобы моего отца освободили.
От такой резкости Марк округлил глаза.
— Погоди, милая. Не нужно так торопиться. Давай отобедаем.
Мне вдруг причудилось, что я вырываю столовый нож из мужских длинных пальцев и играю им на его артериях, как на струнах.
— Ты обещал мне… — с хрипом вырвалось из горла. — Ты обещал мне, Марк.
Мои глаза искрились от наступающих слёз, его — от уродливого умиления.
— Тебе не идёт слабость, Юна. Мне ты нравилась бойкой.
— Поддерживаю, — вставил Стас, отпив из бокала.
Очередная надежда рухнула. Будучи в логове шакалов я вдруг осознала, что совершила новую ошибку. И теперь она мне показалась роковой. Я помогла им избавиться от всех, кто служил мне поддержкой. Глупо и наивно. Гадать не приходилось, кто был следующим в их обречённой очереди.
Марк стремился уничтожить меня.
Испытывая жуткое головокружения, я встала из-за стола, а после на ватных ногах устремилась к выходу. По приказу парней путь мне преградила официантка. Не успела я вникнуть в происходящее, как та толкнула меня в руки Юдина.
— Не так быстро, Юна. Трапеза только началась.
В поддержку Марка приподнялись Стас и татуированный парень. Стало страшно. И тогда я пожалела, что не прихватила отцовский пистолет. Слишком мало существовало аргументов, которые могли остановить этих мерзавцев.
— Ты в конец обезумил, Марк! — прокричала я, вырываясь. — Что ты творишь?!
Его пальцы сильнее впились в мои плечи. Лицо просияло безумием.
— Я творю закон, милая. А ты злостный его нарушитель.
Боже, а ведь двоедушником я всегда считала другого…
Тем временем круг смыкался. Было сложно представить, что задумала мерзкая банда, но размышлять о послаблении не приходилось.
— Ты не в себе! — брыкалась я, пытаясь достучаться до парня. — Остановись! Майского нет! Он исчез! Больше вам ничего не грозит!
— Да ну? Если я сбегу, то кто научит вас манерам?
На мгновение я решила, что Марк ответил не своим голосом, но его губы не шевельнулись. Он смотрел сквозь меня, покрываясь красными пятнами.
— Лапать девушку против её воли — дурной тон. Ай-яй-яй, мальчики. Кто первый получит ремня?
Марк ослабил хватку, после чего я обернулась.