Плохой хороший парень (СИ)

  
7
 
Порой мне казалось, что Май и Тимур — две абсолютно контрастные личности, одна из которых шла в ногу с совестью, а другая презирала закон и была способна на чудовищную подлость. И верить в последнее мне не хотелось.
Обстановка в кафе «Искра» достигла своего предела. Меня лихорадило. Губы по-прежнему горели, предательски напоминая о хамском поцелуе. Вот только Майский чувствовал себя вполне комфортно, развлекая публику дурацкими историями. Мгновение, и неприметный островок стола приковал внимание каждого.
И Марк не стал исключением. Переварив появление незваного гостя, он подошёл к Тимуру. На его когда-то горделивом лице смешались возмущение и злость. Сердце сжалось от мысли, каким будет его ответ.
— Марк, ты прям как не свой, — фыркнул Тимур, устав от его молчаливого взгляда. — Не стесняйся. Садись… То есть, присаживайся.
Юдин послушно опустился на стул, что привело меня в окончательный ступор. Я впервые видела его таким растерянным.
— Не знал, что уже ты не свободна, — посмотрел он в упор, не моргая, сделав акцент на моей стремительной смене статуса.
Но не успела я открыть рот, как влез Май:
— Ещё бы. Ты ведь не думал, что такой бриллиант останется без ювелира?
— Меня удивляет не наличие парня, а его качество, — высокомерно бросил Юдин.
Майский поддался вперёд, и я закрыла глаза, предчувствуя драку.
— Скажу тебе по секрету, капитан, я лучшее, что могло с ней приключиться, — его сладкая фальшь резала уши, выворачивала. — Нужно быть полным кретином, чтобы променять вишнёвый пирог на лежалую ша… шарлотку.
— Как точно подмечено, — поджав губы, Марк выдавил подобие на улыбку. — И давно вы вместе?
— Уже и не вспомнить. Порой мне кажется, что мы знакомы всю нашу жизнь.
— Даже так? — поперхнулся Юдин, а затем вопросительно вскинул брови.
Всё внутри меня похолодело. Майский явно не ведал, о чём говорит, выставляя меня неверной. И пусть это уже не имело никакого значения, я ткнула Майского локтем в бок и, скрипя зубами, позвала на разговор.
— Прости, Марк. Она у меня такая ненасытная. И минуты не может без…
Вцепившись в футболку хакера, я что есть силы потянула его за собой, минуя танцпол и путанные развилки коридора. Наткнувшись на дверь уборной, я с остервенением втолкнула парня в комнату.
— Ей, полегче, Мурка. Эта ткань не поддаётся утюженью, — с толикой нежности пригладив футболку, он театрально развёл руками. — Ну как я его? А?
Взяв размах, я наградила его хлёсткой пощёчиной, однако он не дрогнул.
— Что ты, мать твою, вытворяешь?! — прокричала я, наслаждаясь редкой возможностью. — Ты спятил, Майский?!
Его нисколько не пробил мой крик.
— Если ты том о поцелуе, то не воспринимай его близко к сердцу. В нём не было не капли искренности, один лишь холодный расчёт.
— Зачем ты вообще сюда явился?
— Хотел помочь, — с обидой фыркнул он. — Это ведь очевидно.
— Разве я просила помощи? Ты всё испортил! Выставил меня идиоткой! Выставил идиотом Марка! Ты хоть знаешь, на что он способен?
— Не уж то, ты за меня беспокоишься? — с сарказмом отыгрался Май. — Не волнуйся, Юна. Твой петушок не опасен. А если ты этого ещё не поняла, то я искренне сочувствую твоему профессиональному чутью. Оно чрезмерно тонкое.
О чём это он? Марк и Тимур знакомы? Впрочем, это многое могло объяснить.
— Как ты нашёл меня? — не унималась я, в то же время переваривая сказанное им.
— Ты ведь это не серьёзно, правда? — хохотнул Тимур.
— То есть, как ты узнал… — запнулась я, всё ещё справляясь с противоречивыми эмоциями. Гнев отступал так же быстро, как и накатил.
Майский сделал шаг навстречу, но я отступила. Он повторился, а я осталась стоять на месте, слабея под тяжёлым взором. Тимур пренебрёг расстоянием, сократив его до нескольких сантиметров. Ухо обожгло горячие дыхание.
— Ты потратила целый год, изучая меня, но по-прежнему остаёшься в неведении. А мне хватило дня, чтобы прочитать тебя, как книгу. Я хакер, Юна. И знаю то, о чём ты даже не догадываешься. Поверь, твой мир ничем не отличается от моего. Не спеши делить его на чёрное и белое.
 
Его взгляд мгновенно подобрел. На лице сверкнула улыбка. А мне вдруг захотелось помолчать и заново изучить загадочного оппонента. Казалось, что со множеством скрытых систем он постепенно взламывает и меня. Играет с памятью. Меняет пароли.
— Мы можем уйти, если хочешь, — словно прочитав мои мысли, выпалил он. — А можем, вернуться и показать хвастливому дружку, что он здорово сплошал.
Тимур протянул мне руку и, подстрекая, склонил голову набок.
У меня было миллион причин отказаться, не идти на провокацию, и ни одной, чтобы согласиться. Но что-то новое во мне, вдруг пробудившееся, отходящее от правил невидимой рукой подталкивало в спину.
А ведь мне действительно хотелось ему верить…
— У тебя полчаса, — сдалась я, накрыв его ладонь своей.
— Замётано, — расцвёл Майский, словно в показательной сцене была выгода. — Только правила диктую я. Доверься мне и ты не пожалеешь.
По пути в гостевой зал я всячески боролась с мыслями, ведь происходящее не соглашалось с моим внутренним убеждением. А когда Тимур увлёк меня на танцпол, я вовсе пожалела о своём решении.
Он преступник. Преступник. Нельзя позволить ему стереть эту грань.
— Выдохни, Мурка, — его рука обвила мою талию, привлекая ближе. — Я не кусаюсь. Только не сегодня.
Теперь он чувствовал разыгравший ритм моего сердца. Каждый ретивый удар. Медленная музыка лишь подчеркнула невольный контраст.
— Мы одни на танцполе, — заметила я, едва прикоснувшись пальцами к его шее.
— Знаю. В этом и вся фишка. А теперь расслабься и получай удовольствие.
Его рука спустилась ниже, проведя сосредоточенную дорожку из лёгких касаний. Волна колючих мурашек пробежала по позвоночнику, выдавая моё смятение. Ничего не оставалось, как поддаться. Я повторяла каждый плавный шаг, боясь оступиться, но под руководством Мая не чувствовала себя неумёхой. Танец выходил стройным, доверительным, убаюкивающим.
Чуть наклонившись, Тимур уткнулся носом мне в волосы.
— Не смей, — предупредила я, сиплым от волнения голосом. — Это слишком.
— А ты посмотри на их лица и повтори это снова, — парировал он.
Помимо завистливых взглядов девушек и одного изумлённого, что принадлежал Кабанову, я насладилась поверженным вниманием Марка. Едва ли его грела такая же боль, которая сожгла меня без остатка, но не сгинуть в этом пекле было уже достижением. Крохотным, но таким жизненно важным.
— Спасибо, — прошептала я, легонько коснувшись Мая щекой.
— Сочтёмся, Мурка.
Не припомню, чтобы позволила кружить себя в танце и при этом чувствовала себя необыкновенно комфортно. Тимур был обходительным, предугадывающим наперёд каждый следующий шаг, что ненароком очаровывало и даже притягивало.
«Тёмная магия, не иначе…» — проговаривала я про себя, всё ещё не веря в происходящее.
Поглощённый яростью Марк не смог сдержаться и, снося на своём пути, вбежал на танцпол. Искры летели из лазурных глаз, когда он вырвал меня из рук Майского и притянул к себе. Теперь я полной грудью вдыхала его аромат, нежилась в родных объятьях, таяла от позабытых слов любви, а затем… проснулась.
Это был всего лишь сон.
По правде Марк не шелохнулся и держался невозмутимым весь остаток вечера, что лишний раз прорисовало его холодное безразличие. Отпечатком лёг и пустой взгляд, который выпроводил меня из кафе с последующим облегчением.
Пора оставить это в прошлом, намертво захлопнув дверь. Всё кончено.
Отбросив липкие мысли, я сбросила с себя одеяло, запустила руку под кровать и притянула ещё невысохший от дождя рюкзак. Сегодня он показался мне удивительно лёгким. И неспроста, ведь справившись с заедающей молнией я не обнаружила в нём ноутбука. На дне сумке лежали несколько сырых печенек и металлическая штуковина, напоминающая жёсткий диск.