Граф Суворов 3 (СИ)
— Оп-па. — удивленно проводила взглядом княжича Инга. — Кажется драма куда интересней чем я думала… что случилось?
— Может то, что я Брониславович, а не Романович. — безразлично ответил я, пожав плечами.
— Да какая разница? — фыркнула Дамира. — Суворовы они всегда служат царю.
— Иванов, к решетке! — крикнул охранник. — Повернись, руки за спину, в окошко суй.
— Эм, да мне в принципе и так не плохо. — сказал я, отойдя на шаг. Двери тут же распахнулись, и в камеру ворвалось несколько мужчин в полных резонансных доспехах. Сразу стало очень тесно, княжеских деток оттеснили вдоль стенок. Я ударил первого под колено, тут же получил прессом, но сумел оттолкнуть второго и почти прорвался, когда получил дубинкой промеж спины.
В ту же секунду не в меру опытные охранники подхватили меня, заломив руки сзади, и вынесли под возмущенные крики Власа, обещающего что «вас» всех ждет каменоломня. Кого именно «вас», не уточнялось.
— Какого черта происходит в столице, и пи чем тут мы? — спросила Инга, когда обездвиженного найденыша Суворовых вынесли под руки.
— Теракты. Похоже слухи о культе не врали. Дети господни все же договорились с меньшевиками. — поморщившись ответил Яков, садясь на наконец освободившееся место. — Будто мало нам безумной императрицы.
— Зря ты так о ее величестве. — покачав головой заметил на мгновение успокоившись Влас. — Уверен, ни она, никто из наших родственников не в курсе терактов. Да и меньшевики не идиоты связываться с искаженными.
— Это ты так папочку выгораживаешь? — зло усмехнулся Яков. — Вы все тут — дети предателей. И не знаю уж о чем орал тот мальчишка, но я на этот треп не куплюсь. Суворовы — псы царя, раз он здесь, значит заслужил.
— Царей. — задумчиво глядя в потолок проговорила Инга.
— Что? — нервно вздернув голову спросил Яков.
— Ох… как ты был с детства яком, так и остался, совершенно мозгов не добавилось. — вздохнула Инга, потрудившись объясниться только когда остальные вопросительно на нее посмотрели. — Дети Суворовых служат правителям и их детям. Роман прибился к Морозову, а вот Бронислав, первенец, по рождению обязан был служить… ну вы поняли.
— А парень прямо сказал, что он Брониславович. — задумавшись проговорил Влас. — Думаешь у него остались связи с императрицей?
— Кто знает, но если это так, тогда мы все здесь не случайно. — хмыкнула Инга. — Остается только надеяться, что за нас не успеют взяться всерьез пока наши родственники нас вытаскивают. Иначе…
Ее речь оборвал жуткий крик, идущий с конца коридора, куда несколько минут назад отвели Александра. Девушки вздрогнули. Парни подобрались. Яков, с трудом сдерживаясь, вновь начал стучать носком ботинка по полу. А потом крики и стоны повторились, с каждым разом становясь все громче.
— Бей аккуратно, но сильно. — проговорил я, разминая лицо пальцами. — Кровь принесли?
— Не учи ученого. — усмехнулся Виктор, обмакивая обмотанные бинтами кулаки в тазик с кровью, принесенный с кухни. — Смотри на меня, не дергайся иначе могу глаз выбить. Готов?
— Давай. — вдохнув по глубже кивнул я, и тут же получил в бровь, да так что кровью на всю камеру брызнуло. Синяки получались что надо, жаль только больно было. Хотя, учитывая постоянное перенапряжение и жуткие тренировки от Коловрата, было в целом терпимо, но орал я на все деньги.
— Следующего надо брать Якова. — проговорил стоявший чуть в отдалении Роман, со спокойным выражением лица глядя на то, как меня избивают.
— Нет, он может впасть в истерику, а вот Влас, несмотря на крикливость — куда спокойнее остальных. Как там с Долгоруким? — спросил я, дожидаясь пока меня намажут кровью. Рубашку, конечно, жалко, но что поделать.
— Когда ему сообщили, что все сказанное раньше — лишь ложь во благо, и сказал это лично его дед, парню стало плохо. Как бы он за все это тебя на дуэль не вызвал. — ответил Роман. — Но сейчас не до сантиментов. Готов страдать дальше?
— Да, только в этот раз несите нормально. — вздохнул я, поднимаясь.
— В сторону! — приказал охранник в доспехе, и дождавшись, когда подростки отойдут от двери, внутрь кинули изуродованное тело Александра. — Ты, идем!
— Вы не посмеете. — побледнев проговорил Влас, в которого ткнулся стальной палец. У него даже вылетело из головы что он должен возмущаться и кричать, изображая саму невинность и подростковый характер. Но охранник не стал спорить. Окровавленной стальной перчаткой он схватил его за шкирку и вытащил наружу. Оставив ошарашенных учеников вместе с покалеченным парнем.
— Он хоть живой? — нашла в себе силы поинтересоваться Дамира. — Яков, ты что там стоишь? Посмотри, как он.
— Нет. — бросив взгляд на окровавленное тело пискляво ответил княжич Верхотурский, и отступил еще на шаг.
— Крови слишком много. — проговорила Инга, присев рядом с парнем. Она положила два пальца на шею пострадавшего, но нащупать пульс смогла только через несколько секунд. — Губы, брови — разбиты, нос сломан, может сломаны и ребра. Пульс едва чувствуется, если его не доставить к медикам, он и умереть может.
— Туда ему и дорога. Выкормыш. — проговорил Яков, отворачиваясь.
— Даня, помоги мне. — попросила Инга. — Надо положить его на кровать.
— Мы не сделаем хуже? — настороженно поинтересовалась Дамира, крови не боявшаяся, но все равно не желавшая подходить ближе.
— Надо хоть попробовать. — пожала плечами Инга, и схватив Александра подмышки приподняла на удивление тяжелое тело. Вместе с подругой детства они уложили парня на кушетку, а через несколько минут из коридора вновь донеслись душераздирающие крики. А затем — топот ног.
— Что там? — спросила Инга, сидящая у тела покалеченного парня. Незаметно от остальных она попробовала кровь на вкус. Была у нее надежда что все это постановка, но, к сожалению, кровь была самая настоящая.
— Влас! Власа несут… — ошарашенно проговорила Дамира, когда мимо камеры протащили окровавленное тело знакомого с детства парня. При этом его тащили не как раненного, а как мусор, волоча ногами по полу. А после там остался длинный кровавый след, размазанный ботинками. Не прошло и минуты, как дверь камеры вновь отворилась.
— Яков Плещов, за мной. — скомандовал охранник.
— Нет… нет! Я с вами никуда не пойду! — взвизгнув закричал парень, и охранника оттолкнуло прессом. Только без камня удар вышел слабенький, едва заметный, и в следующее мгновение стража уже скрутила Якова и вытащила верещащего и обмочившего штаны семнадцатилетнего княжича наружу.
Дверца со скрежетом захлопнулась и девушки многозначительно переглянулись. Черт с ним, с предательством родины и императора. У каждого рода было достаточно секретов, которые нужно было скрывать. Или для выживания, или для благополучия. И даже если детям никто не открывал их сознательно, они все равно крутились рядом со взрослыми и могли видеть и слышать то, что не должны были.
— Надо уходить. — побледнев проговорила Инга. — Лучше смерть сейчас, чем смерть после пыток и бесчестия.
Дамира нехотя кивнула, но в этот момент тело на койке выгнулось, закашляв, и согнувшегося Александра стошнило кровью.
Дамира, вскрикнув, отскочила от кровавых брызг. В то время как Инга, наоборот, наклонилась ко мне, помогая подняться.
— Что они хотят? — требовательно спросила княжна. — Что их интересует? О чем они спрашивают?
— Что? — тяжело дыша, с хрипами, проговорил я. — Какая разница? Они все равно выбьют из вас все ответы. Там ментал и палач.
— Значит сопротивляться бесполезно. — резко поднявшись сказала Дамира, и подойдя к дверям закричала: — Мой род верен империи! Я готова говорить!
Через минуту дверь вновь распахнулась, и стражники уволокли обеих девушек в допросные, где заранее разлили кровь и чуть приглушили свет. Я же хорошенько прополоскал рот, избавляясь от вкуса крови, которой пришлось выпить почти литр, чтобы создать нужный эффект. Умываться я не стал, дождавшись пока пройдет дознание.