Дочь Лунной богини

Алая жемчужина упала на песок. На ней не виднелось ни трещинки, но она больше не сияла. Другие драконы повернулись ко мне, и на их мордах отразилось нетерпение. Еще три раза я натягивала лук и стреляла в оставшиеся жемчужины. Каждый раз из них появлялось золотистое облако, которое скрывалось в открытой пасти очередного дракона. Мои силы почти иссякли, в порезах на пальцах виднелась кость, а кровь заляпала песок, отчего казалось, будто кто-то разбросал сливы на снегу. Четыре жемчужины лежали на земле. Наклонившись, я по очереди положила их себе на ладонь: яркую, как солнце, огненно-красную, морозно-белую и темно-синюю. Они все еще оставались красивыми, но казалось, будто в них пропало что-то жизненно важное. Ведь если вы хоть раз видели полную луну, то месяц потеряет для вас свое очарование.
В глазах драконов мерцали золотистые искры, а на мордах расплылись улыбки. Их голоса звучали в унисон и более изысканно, чем любая песня в мире.
«Прими нашу благодарность. Мы снова обрели сущность и стали сами себе хозяевами».
Польщенная, но слишком измученная, чтобы отвечать, я поклонилась им.
Длинный Дракон сорвал когтем блестящую чешуйку со своего тела, такую же прекрасную, как лепесток розы, и, слегка склонив голову, протянул мне.
«Если мы тебе понадобимся, погрузи ее в воду — и мы тут же прилетим».
Я взяла чешуйку и крепко сжала ее в руке. А драконы, не говоря больше ни слова, развернулись и нырнули в океан. Когда их хвосты скрылись под толщей воды, а поверхность успокоилась, в ней вновь отразилось небо над нашими головами.
Ливей накрыл мою руку своей, и его магия вновь потекла в меня, исцеляя порезы и раны, но так и не смогла заполнить зияющую пустоту внутри. Прислонившись к нему, я смотрела на океан, неизвестно почему чувствуя себя так, словно лишилась чего-то важного. Принц Яньси неподвижно стоял рядом с нами, напоминая статую, и смотрел вдаль.
— Спасибо за помощь, Ваше Высочество, — сказала я.
Он одарил меня лучезарной улыбкой.
— Это мне следует благодарить тебя, дочь богини Луны. Воспоминания об увиденном сегодня будут согревать меня вечно.
Я покраснела от волны безграничной гордости за это уверенное обращение. Вот только мама все еще оставалась в заточении, а наши судьбы висели на волоске. Я ни о чем не жалела и испытывала радость от того, как поступила… но это чувство омрачал растущий страх перед предстоящей встречей с Небесным императором. Его и так никогда не считали милосердным, а я сегодня постаралась сделать все, чтобы он вовсе не проявлял ко мне жалости.
Глава 38
Наше облако летело по небу, подгоняемое легким ветерком. Стоял ясный день, и мы могли бы разглядеть даже Царство смертных внизу, но я все время смотрела вперед. А вдалеке уже поблескивали золотые драконы на крыше Нефритового дворца.
Но внезапно на горизонте появились воины в черных доспехах на фиолетовых облаках, которые быстро встали на нашем пути к Небесной империи. Они окружили нас и расступились лишь для того, чтобы пропустить Вэньчжи. Он замер передо мной, полы темно-серого халата хлестали ему по лодыжкам, а изумруд в короне сиял нефритовым огнем. И хотя на нем не оказалось доспехов, на боку виднелась рукоять меча. Ливей тут же напрягся, и я почувствовала, как от него волнами исходит злость.
— Предатель. Ты прилетел, чтобы сознаться в своих преступлениях?
— Мне не в чем сознаваться. И я не слышал ни единого обвинения от Небесного двора. — Вэньчжи специально говорил как можно спокойней, чтобы распалить нашу ярость.
— Мы с тобой оба прекрасно знаем, что ты сделал. И ты заплатишь за свои поступки, — прорычал Ливей.
— Возможно. Но не сегодня. И уж точно не ты заставишь меня это сделать.
Вэньчжи демонстративно отвернулся от него и пристально посмотрел на меня.
— Я пришел не сражаться с тобой.
Я указала на копья, которые его воины наставили на нас.
— А по виду и не скажешь.
— Ну, про него-то я ничего не говорил. — Он кивнул в сторону Ливея, продолжая сверлить меня взглядом. — Отдай мне жемчужины, — сказал Вэньчжи, словно просил у меня шпильку для волос.
 
Я не собиралась ничего ему отдавать ни сегодня, ни когда-либо в будущем.
— Слишком поздно. Жемчужины тебе уже ни к чему.
Он нахмурился, продолжая смотреть на меня.
— Что ты имеешь в виду?
— Сущность драконов вновь перешла к ним.
— Не лги мне, Синъинь, — прошипел он. — Тебе это не идет.
— Это не ложь, — уверенно ответила я.
Если он не поверит мне и заберет жемчужины, то я лишусь последней надежды освободить маму. Поэтому, вытащив талисманы из мешочка, я положила их на ладонь и шагнула к краю облака.
— Ты же видел их раньше. Хочешь сказать, они ни капли не изменились?
Пульс участился и сбился с ритма. Пусть мне и хотелось доказать свою правоту, именно этого я и боялась. Что император заметит подмену и накажет меня.
Вэньчжи уставился на меня, не говоря ни слова.
— Почему? — наконец выдавил он.
Его голос дрожал от потрясения, смятения и разочарования, но звучал как музыка для моих ушей. Я даже не представляла, какое глубокое удовлетворение и ликование почувствую, когда предатель узнает, что все его планы и козни оказались… напрасны.
— Из-за тебя, — призналась я.
— Что?
— Я благодарна тебе за то, что показал мне, чем все обернется, если жемчужины попадут не в те руки. Не могла допустить, чтобы такое повторилось. — Я спрятала жемчужины обратно в мешочек. — А значит, у нас нет ничего, что тебе нужно, поэтому позволь нам лететь дальше.
Но вместо этого его облако приблизилось к нам, а на лице не осталось и капли гнева. Поэтому я приготовилась к новой лжи.
— А если я скажу, что прилетел сюда не только ради жемчужин? — спросил он.
— Мне плевать, зачем ты здесь появился. — Ливей шагнул ко мне, и костяшки его пальцев побелели на рукояти меча.
Я схватила его за рукав.
— Ливей, не нападай на него.
— После всего, что он совершил, ты все еще беспокоишься о нем? — недоверчиво спросил он.
— Да как ты мог так подумать? — воскликнула я, выпуская его руку. — Я просто безумно устала от кровопролития, горя и ужаса. Так почему бы не попробовать убедить его отпустить нас. А если он снова причинит тебе боль, — я повысила голос, чтобы Вэньчжи меня услышал, — то я всажу ему в сердце стрелу Небесного огня.
— Ты уже разбила его, Синъинь. Неужели думаешь, что сможешь причинить мне большую боль? — тихо спросил Вэньчжи.
Я рассмеялась громко и пронзительно.
— С радостью проверю.
Я моментально скинула лук с плеча, и Небесный огонь вспыхнул между моими пальцами. Вот только выглядел он намного тусклее, чем раньше.
Взгляд Вэньчжи замер на моих руках, по которым стекала кровь из вновь открывшихся ран.
— Что с тобой случилось? Почему ты так сильно ослабела? — Его голос загрубел от требовательных ноток.
Мы часто сражались бок о бок, поэтому неудивительно, что он понял, как я пострадала. Но я не стала ничего отвечать, пришлось стиснуть зубы, чтобы не зашипеть от боли.
— Не истощай себя, — предупредил Ливей.
— Бросай свой меч, принц демонов, — сказала я своим самым угрожающим тоном. — Отзови своих воинов, и отпустите нас. И тогда я не стану убивать тебя. Даже несмотря на то, что ты вполне заслужил парочку стрел.
Воцарилась тишина, не нарушаемая ни вздохами, ни звуками, если не считать биения наших сердец.
Глаза Вэньчжи ярко вспыхнули серебром.
— Синъинь, где твой здравый смысл? Как ты можешь возвращаться в Нефритовый дворец, если отдала драконам их сущность? Неужели ты готова положиться на милость Их Небесных Величеств?
Я напряглась от прозвучавшего в голосе Вэньчжи презрения, но в нем слышалось что-то еще. Неужели беспокойство обо мне? Но затем я вспомнила безграничное коварство соперника и вызывающе вздернула подбородок.
— Больше, чем на твою. Что я получила взамен доверия к тебе? Ложь и плен. Ты запечатал мою магию и украл мои вещи. — Меня буквально трясло от ярости при воспоминании об этом.