Дочь Лунной богини

Туман сгущался, и сверкающих зловещих огоньков становилось так много, что казалось, будто небо пропиталось кровью. Еще мгновение — и он поглотит остатки воинов, проникнет сквозь их щиты и лишит здравомыслия. К крикам ужаса добавились новые вопли. На мой разум не влиял туман, но я ощущала беспомощность. Меня безумно злило, что здесь не нашлось какого-нибудь монстра, которого я могла бы убить, или цели, по которой можно было нанести удар. Какой толк от моего лука против такого мерзкого врага? Клубящегося тумана, который не остановится, пока не поглотит всех.
Шусяо схватила мою руку, впиваясь пальцами в кожу.
— Генерал Лютань! — указав вперед, крикнула она.
Я увидела седовласого генерала, который обвинял меня в шпионаже. Его окружал с десяток воинов, которыми уже завладел туман. Лютаня окутывал щит, но его подчиненные подлетели так близко, что он никак не мог сбежать. У меня в груди все сжалось. Воины атаковали генерала, вынуждая пустить все силы на поддержку щита.
Но тут к нам подлетел небесный воин с красным плащом за спиной. Ливей. Увидев его, я едва не расплакалась от облегчения.
— Я помогу генералу Лютаню. А вы постарайтесь увести в безопасное место столько воинов, сколько сможете. — Он замолчал на мгновение, а его взгляд задержался на мне. — Будь осторожна.
Не дожидаясь ответа, принц ринулся к воинам, золотистые доспехи которых сияли в лучах солнца. Вокруг царил хаос. Небесные воины в замешательстве мотали головами, но продолжали обстреливать друг друга заклинаниями, избивать кулаками и атаковать оружием. Мне никогда бы и в голову не пришло, что такое возможно. Подобная изощренная жестокость. Когда я вдохнула пары тумана, летя на драконе, то хотела защитить себя, а не причинить боль другим. Но от окружавших нас воинов волнами исходила жажда крови. Неужели их помешательство усугубили поднятый мной переполох и осознание, что они не смогут отличить врага от друга?
«Они страдают из-за тебя, — прошипел строгий внутренний голос. — Тебе не следовало брать жемчужины драконов. Посмотри, к чему привели твоя жадность и самонадеянность».
Раскаяние пронзило меня как острый клинок, но я никак не могла предположить, что в игру вступят другие силы: жажда власти императора и неослабевающие амбиции Вэньчжи. Поэтому случившееся лежало грузом не только на моей совести. Да и я не собиралась поддаваться чувству вины, ведь сейчас имелся шанс покончить со всем этим. И тут же в голове возникла мысль, как это сделать проще всего. Драконы… почему бы не позвать их на помощь? Я уже просила Черного Дракона, чтобы он перенес меня в безопасное место. Так почему бы не приказать им отогнать врага? И тогда одним ударом я бы могла спасти Небесную армию и отплатить Вэньчжи за его предательство. С помощью драконов я бы даже могла вырвать свободу мамы у императора. Перед глазами возник образ, как я с короной на голове поощряю тех, кто мне предан, и уничтожаю всех, кто причинил мне вред. И только после этого можно будет отказаться от жемчужин. Все, что для этого требуется, — произнести имена драконов…
Рука сама потянулась к сумке. Но я, борясь с искушением, отдернула ее. Нет, это убило бы драконов и уничтожило бы меня саму. Я никогда не смогла бы простить себе их смерть. И дала им слово, которое не собиралась нарушать. Поэтому не стоило даже вступать на тропинку, с которой, возможно, никогда не смогу сойти. По крайней мере, пока не пройду все остальные развилки.
Я повернулась к Шусяо.
— Ветер. Дождь. Нам нужно то, что поможет расчистить небо.
Кивнув, она зажмурилась, чтобы сосредоточиться, и вены на ее шее напряглись. А я собрала всю силу, до которой смогла дотянуться, и она тут же наполнила мое тело.
— Давай! — закричала я.
Магия заструилась из наших ладоней. Порыв ветра, похищенный у бури в мире смертных и приправленный пылью и жарой, пронесся по воздуху. Наше облако покачнулось, и я пошатнулась, но удержала равновесие, продолжая кормить голодный ветер силой. Воздушные потоки превратились в воющие вихри, которые пронеслись по небу и рассеяли ближайшие к нам клубы тумана.
 
Но это не сильно помогло, ведь сотни воинов все еще оставались в опасности. Хуже всего то, что демоны стали противиться нашим усилиям и подпитывать свое заклинание. Как долго мы сможем выстоять? У нас не получится держать щиты вечно. Мы уже начали уставать. Но если нам не удастся прогнать туман как можно скорее, он расползется и поглотит нас всех.
Впереди показалась группа демонов во главе с Вэньчжи. Поколебавшись, я призвала свое облако и перепрыгнула на него, чтобы броситься им наперерез.
— Что ты творишь? — воскликнула Шусяо.
— Их надо остановить.
— Ты с ума сошла? — закричала она, кивая на сотни небесных воинов с затуманенным разумом.
— Нет, именно из-за них я это и делаю. — Я указала на Вэньчжи. — Он не просто так здесь появился. Возможно, мне удастся его остановить.
Преследуя Вэньчжи, я петляла между облаками, чтобы он не заметил меня, ведь среди такого количества бессмертных принц демонов вряд ли сможет почувствовать мою ауру. Я вытащила из-за спины лук Нефритового дракона и вскинула его наизготовку. Туман стал таким плотным, что мне едва удавалось что-то разглядеть в мерцающей дымке с малиновыми каплями. А когда я вдруг почувствовала приторный аромат, словно кто-то смешал мед и гнилые фрукты, тут же задержала дыхание и укрепила щит. Не стоило рисковать и лишаться сейчас разума, когда одно мгновение отделяло жизнь от смерти. Врага или любимого человека.
Впереди показался Ливей, который, стоя на облаке, разгонял туман неистовыми порывами ветра. У него получалось, поэтому воины стали понемногу приходить в себя и отступать от генерала Лютаня. Но Вэньчжи тоже заметил Ливея и устремился к нему, как ястреб, нацелившийся на добычу. Неужели все это время он охотился на Ливея?
«Ничего у него не получится», — решила я, мчась следом с колотящимся сердцем в груди.
Ливей вскинул голову, словно почувствовал приближение Вэньчжи. С мгновение они сверлили друг друга взглядами… а в их глазах так ясно читалась угроза, что у меня внутри все похолодело. Обнажив мечи, принцы с неукротимой яростью бросились друг на друга. Клинки столкнулись, и вокруг посыпались огненные искры и ледяные крошки. Даже облака задрожали от их ударов. А я на мгновение застыла, пойманная в тиски страха и очарованная мастерством и грацией соперников, хотя они двигались так быстро, что их движения казались размытыми.
Крепче сжимая рукоять онемевшими пальцами, я натянула тетиву. Небесный огонь потрескивал в моих руках. Я сделала глубокий вдох перед выстрелом, напоминая себе, что Вэньчжи оказался врагом. Но они с Ливеем перемещались просто молниеносно, отражая удары и уклоняясь от клинков друг друга. И я испугалась, что могу промахнуться.
Вдруг Ливей низко пригнулся, подныривая под меч Вэньчжи, а затем отступил назад и попытался проткнуть грудь противника. Но Вэньчжи смог увернуться, а его меч, описав широкую дугу, рассек броню Ливея, из-под которой тут же хлынула кровь. Ахнув, Небесный принц попытался зажать рану.
А Вэньчжи уже навис над ним, занося свой меч. От этой картины в груди сжалось сердце. Но не стоило полагаться на лук, ведь Небесный огонь мог задеть Ливея. Воздушные кольца вырвались из моих ладоней и устремились к Вэньчжи. Он согнулся, словно его ударили в живот, но, пошатнувшись, смог вернуть равновесие почти у самого края облака. А выпрямившись, соткал вокруг себя щит.
— Синъинь, к тебе вернулись силы, — повернувшись ко мне, сказал он.
— Не благодаря тебе, — прорычала я.
— Но ты опоздала.
Хоть в его голосе мне и послышалось сожаление, Вэньчжи вновь вскинул руку — и ледяные кинжалы выстрелили в Ливея…
Сократив за долю секунды разделявшее нас расстояние, я встала между ними и создала щит, закрывший нас с Ливеем. Заклинание Вэньчжи разбилось, не причинив нам вреда. В голове вдруг всплыло воспоминание, как мы с Вэньчжи стояли в зале Львов, как он учил меня использовать свои силы. Вряд ли принц демонов тогда предполагал, что когда-то я оберну эти знания против него.