Дочь Лунной богини

Даже сейчас что-то екнуло в груди в ответ на его признание. Но я не позволила чувствам отразиться на лице. Вэньчжи никогда не узнает, какую боль мне причинил.
— Я даже слегка пожалел, что император поручил тебе это задание, — продолжил он. — Мне не хотелось портить наши отношения. Но по воле судьбы император послал тебя за тем, что я искал все эти годы. И я не смог закрыть глаза на столь удачное совпадение.
— Не такое уж удачное для меня. — Я внимательно посмотрела на него, но не нашла ни единого признака сожалений. — Ты знал, что мне нужны эти жемчужины, чтобы спасти маму. Знал, через что я прошла ради этого шанса. Но все равно забрал их. — Из последних сил я заставила себя успокоиться и попросила: — Если я действительно тебе небезразлична, как ты утверждаешь, отдай жемчужины и отпусти меня.
Вэньчжи одним шагом сократил расстояние между нами и притянул в свои объятия. Его рука на моей пылающей коже ощущалась холодной как лед.
— Жемчужины нужны моему народу, чтобы мы могли избавиться от угрозы в лице Небесной империи. С поддержкой драконов мы легко их победим. И как только это произойдет, клянусь, я найду способ освободить твою мать. У нас будет все, чего мы когда-то хотели и о чем мечтали. Семья, власть и мы друг у друга. Но для этого тебе нужно мне довериться.
Я вырвалась из его хватки, чувствуя, как по коже от неприязни расползаются мурашки. А ведь еще вчера мне хотелось, чтобы Вэньчжи не размыкал объятий. То, каким он видел наше будущее… вызывало у меня отвращение.
— Я дала драконам слово и не собираюсь нарушать обещание. Даже если данные тобой клятвы ничего для тебя не значат.
Я могла бы еще много чего сказать. Беситься, кричать и проклинать его. Но из-за разбитого сердца меня охватила ужасная слабость. Я отвернулась от Вэньчжи, желая, чтобы он ушел, потому что больше не могла выносить его присутствие.
Раздался тяжелый вздох, в котором явно слышалось сожаление.
— Подумай обо всем хорошенько. Тебе все равно отсюда не уйти. — Он подошел к дверям и отодвинул их в сторону. — Да и сбежать не получится. А если и дальше продолжишь в том же духе, я стану обращаться с тобой соответствующе.
Двери за ним закрылись. А я поддалась гневу и, схватив чашку Вэньчжи, швырнула ее о стену, отчего тонкий фарфор разлетелся на бесчисленные осколки, которые никогда уже не склеить обратно.
Глава 32
Несмотря на предупреждения Вэньчжи, я все же попыталась сбежать. Просто не могла не рискнуть. Вот только окна оказались закрыты, и двери — тоже. Мне все же удалось выскользнуть из комнаты, когда служанка принесла еду… но в коридоре меня поджидали стражи. К сожалению, они оказались опытными ветеранами, а не зелеными юнцами, которых удалось бы застать врасплох. И хотя я сражалась с ними изо всех сил, они легко смогли скрутить меня и завести обратно в комнату.
Плюхнувшись на стул, я забарабанила пальцами по столу. Как мне выбраться из этого проклятого места? Как вернуть жемчужины? Мама… надежда освободить ее вновь превратилась в недостижимую мечту, как это случилось, когда я оказалась в резиденции Золотого лотоса. Одним ударом Вэньчжи разбил мои желания и сердце на тысячи осколков. Я невольно впилась ногтями в стол, вырывая тонкие деревянные щепки.
Нахлынула острая, безжалостная боль, хотя казалось, после предательства Вэньчжи все чувства онемели. Я мысленно вернулась к нашему прошлому… От воспоминаний внутри все сжималось, но я не собиралась жалеть себя. Я вспомнила все, что Вэньчжи говорил и делал: как он настаивал, чтобы я никому не рассказывала про лук Нефритового дракона, как он в темноте отправился на пик Теней, как отговорил от посещения библиотеки Восточного моря. Ничего из этого не казалось странным по отдельности, но вместе эпизоды складывались в мрачную картину. Да и его сдержанность в разговорах о семье должна была насторожить. Но меня так поглотили эмоции, амбиции и желания, что я ни на что другое не обращала внимания. Вдобавок стоило винить себя за тщеславие… ведь репутация знаменитого капитана ослепила меня, а его внимание льстило. Я искала кого-то достойного, кому смогу довериться, поэтому все поступки Вэньчжи рассматривала только в этом свете. Да, он обманул меня, но я сама ему это позволила. А ведь учительница Даомин предупреждала: «Когда эмоции затуманивают наш разум, это приводит к катастрофе». Жаль, что я не вспомнила ее слова раньше.
 
Двери отъехали в стороны. Я вскочила на ноги и быстро оглядела комнату в поисках какого-нибудь оружия. После нападения на Вэньчжи он приказал забрать из комнаты все шпильки. Конечно, я могла справиться со слугами голыми руками, но после моей попытки сбежать вместо них еду стали приносить воины.
Вот только в комнату зашел не стражник, а сам Вэньчжи. Парчовый халат цвета индиго развевался у его ног. Талию перехватывал матерчатый пояс, усыпанный янтарем. В волосах сияла корона из белого нефрита, украшенная изумрудом.
Я презрительно сузила глаза, оценивая, почем он продал свою честь. А затем вновь опустилась на стул, отказываясь как-то реагировать на его присутствие. Пальцы невольно коснулись кандалов на запястьях. Сколько бы я ни дергала их и ни била о стены, на узах не появилось и царапины, хотя кожу вокруг усеивали синяки и порезы.
Когда взгляд Вэньчжи остановился на моих руках, я спрятала их за спину. Но он шагнул вперед и перехватил мои запястья. Успокаивающая прохлада потянулась от его рук, просочилась под кожу — и все отметины сразу исчезли.
Я вырвалась из его хватки и не стала благодарить за помощь. Да и смотреть на него отказывалась.
Он опустился на стул напротив.
— Перестань себе вредить. Мое терпение небезгранично.
— И что же ты еще сделаешь? — повернувшись к нему, поинтересовалась я, и мой голос сочился ядом. — Ты и так схватил меня, запечатал магию и украл принадлежащие мне вещи.
Драгоценный камень в его короне вспыхнул ярче, возможно поглощая гнев Вэньчжи. Хотя на лице принца не отразилось ни одной эмоции.
— Что мне сделать, чтобы ты успокоилась? — наклонившись, спросил он так, словно был любезным хозяином, а я — его почетной гостьей.
Я подняла повыше скованные запястья.
— Боюсь, это невозможно, — слегка улыбнувшись, ответил он. — По крайней мере, пока ты не одумаешься.
— О, я уже одумалась, — парировала я. — И наконец вижу, кто ты есть на самом деле — лжец и вор.
Он отстранился, и его лицо вновь превратилось в маску. Если Вэньчжи задели мои слова, что ж, я только рада.
— Мне тут в голову пришла одна мысль, — сказала я. — Ты, принц демонов, обманом проник в Небесную империю и добился чести войти в ближайший круг придворных, чтобы шпионить за императором. Разве это не нарушает перемирия? Уверена, союзники правителя восстанут против вас вместе с Небесной армией.
Вэньчжи пожал плечами, словно проблема его совсем не беспокоила.
— На это можно возразить, что я хорошо послужил во имя императора. По крайней мере, пока не ушел в отставку.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Он ведь действительно считался самым прославленным воином Небесной армии.
— Но это ты ослабил защиту границы, спровоцировал восстание в Восточном море, спланировал похищение принцессы Фэнмэй…
— Но об этом знаешь только ты, Синъинь, — с раздражающим спокойствием перебил он. — Жители Небесной империи понятия не имеют, кто я в Царстве демонов. По крайней мере, пока. Они сочтут меня простым шпионом, каких сами не раз безуспешно засылали в наше царство. Да и вряд ли император захочет признаться в том, что его столько лет обманывали. Гордость ему не позволит. Он станет искать возможность спасти свое достоинство, вместо того чтобы собирать союзников для войны, которую и сам не хочет развязывать. Баланс сил пока не определен. — На его губах заиграла улыбка. — Хотя сейчас, безусловно, чаша весов склонилась в нашу сторону.
«Благодаря жемчужинам», — молча вскипела я.
Вэньчжи не обратил внимания на мою ярость, а вынул мандарин из миски. Очистив фрукт, он протянул мне несколько долек, но я не стала их брать.