Дочь Лунной богини

Все мое самодовольство растаяло как пар в прохладном воздухе. Ведь я могла сжечь дротики пламенем или сдуть порывом ветра! Вот только хоть и получается вызывать магию без особого труда, этот навык мне так и не удалось довести до автоматизма. Возможно, всему виной то, что большую часть жизни я не пользовалась даром. И когда на меня нападали, мне инстинктивно хотелось ответить на удар руками или ногами. «Как смертной, — подумала я. — Верной своим корням».
— Самые сильные воины искусны не только в сражении, но и в магии. — Его голос стал жестче. — Ты не сможешь продержаться лишь на боевых навыках или исключительно на заклинаниях. Потому что быстро поймешь, что твоя энергия исчерпана. А это очень опасно. С чем бы тебе ни пришлось столкнуться, сохраняй ясный ум, чтобы верно определять, какие из навыков стоит использовать для большей пользы. И не раздумывая применяй их при необходимости.
Его слова настолько поразили меня, что на следующий день я вернулась в зал Львов самостоятельно, чтобы отточить свои навыки. С каждым разом испытание становилось все сложнее: то дротики выстреливали из пола, то из стен вырывался огонь. Поэтому неудивительно, что я выходила из комнаты с синяками и кровоточащими ранами. Чуть позже я узнала, что в зал Львов вообще допускают только опытных воинов. И большинству требуется несколько месяцев или целый год, чтобы отточить свои навыки до совершенства на каждом из испытаний, а у меня на это ушло всего несколько недель.
Так что вскоре я стала быстрее и сильнее, чем когда-либо.
Но была ли я готова к тому, что мне предстояло совершить? Я уставилась на темную гору, пытаясь подавить нарастающую тошноту и спрашивая себя, верный ли сделала выбор. Я отправлялась на свою первую битву и при этом с настолько опасным монстром, что от одного его имени бессмертные замолкали.
Раздались тихие приближающиеся шаги, и я порадовалась поводу отвлечься от мрачных мыслей.
— Лучник Синъинь, я тебя искал. — Капитан Вэньчжи опустился на землю рядом со мной. — Я должен рассказать тебе кое-что важное о Сянлю.
Я начала подниматься, чтобы поприветствовать его как подобает, но он лишь отмахнулся. Когда мы оказывались наедине, капитан часто пренебрегал формальностями, что случалось довольно редко в Небесной армии, где все держалось на рангах и соблюдении иерархии. Возможно, он так вел себя из-за того, что помог мне на приеме, когда мне больше всего на свете требовалась поддержка. А может, капитан с такой легкостью общался со мной потому, что официально я не занимала никакой должности и не стремилась заработать его одобрение или благосклонность.
— Из девяти голов Сянлю ты должна поразить лишь одну, — вдруг сказал он.
Я замерла, сжав пальцы вокруг древка стрелы.
— Но почему?
— Вся его сила сосредоточена в пятой голове. Той, что посередине. — Он пристально смотрел на пламя. — И если бы мы находились в любом другом месте, то смогли бы атаковать его магией, но гора как-то сковывает наши силы.
Я уже заметила это, когда попыталась обратиться к своему дару, а он скрылся так быстро, словно меня никогда не обучали им управлять.
— Это какая-то магия?
Он пожал плечами в неровном свете пляшущих языков пламени, озаряющих часть его лица и тела.
— Никто не знает. Мы оказались тут впервые, в погоне за Сянлю. Этот змей очень древний и хитрый, поэтому, скорее всего, знал, что здесь ему ничто не угрожает.
— А я не могу прострелить все его головы по очереди, пока не доберусь до нужной? — Я попыталась скрыть беспокойство за безрассудством.
Потому что от мысли о девяти пастях, пытающихся отхватить от меня кусок, все леденело внутри.
— Будь это так легко, мы бы позвали сюда дюжину лучников и обрушили на змея дождь из стрел. Сянлю бы умер, и нам не понадобилось бы твое мастерство.
— А почему вы так не сделали? — поинтересовалась я.
— Потому что остальные его головы неуязвимы. Так что любой удар по ним разозлит Сянлю и усложнит нашу задачу. В прошлый раз нам пришлось отступить после того, как змей атаковал лучника. Но с каждым новым сражением мы узнаём все больше о нашем враге.
 
Я удивленно уставилась на капитана. Мне и в голову не приходило, что они уже пытались одолеть девятиглавого змея. Видимо, воины старались оглашать только победы, а о поражениях умалчивали.
— Его пятая голова чем-то отличается от остальных? — спросила я.
— Она покрыта не чешуей, как другие, а кожей наподобие нашей. И чтобы уничтожить Сянлю, ты должна попасть ему в глаза и прострелить череп насквозь. — Он замолчал на мгновение. — Вот только его веки невозможно пробить ни одним оружием. По крайней мере, из тех, что мы знаем.
— То есть я могу стрелять в его глаза, только когда они открыты? — уточнила я.
— Сянлю хорошо защищается, — коротко кивнув, сказал он. — Вот только, судя по предыдущему сражению, он открывает глаза лишь в тот момент, когда плюет кислотой — а это его самая мощная атака, — и лишь на долю секунды.
Капитан Вэньчжи поднял палку и бросил ее в огонь. Она тут же затрещала, и в небо взлетели искры, усиливая мое растущее напряжение.
Стрела выпала из пальцев на землю.
— Надеюсь, на этом все?
Хоть бы у твари не обнаружилось еще каких-то скрытых талантов!
Капитан кивнул с таким спокойным видом, словно мне предстояло поразить обычную мишень с расстояния десяти шагов.
— Почему вы не рассказали мне об этом раньше?
Я мысленно проклинала себя за то, что не удосужилась расспросить о девятиглавом змее. А все потому, что это не сильно меня заботило. Но сегодня вечером… я вдруг поняла, как сильно переживаю за свою жизнь.
— Не сомневайся в себе. В этот раз Сянлю не спастись. И у нас есть все, что нужно для победы, — все с тем же спокойствием и уверенностью ответил он.
— И что же это? — с подозрением спросила я.
— Два лучника, — пошутил капитан Вэньчжи.
— Скоро у вас станет на одного меньше, — хмуро заявила я.
Он рассмеялся.
— И скорострельность. Твоя скорострельность, если точнее. Я никогда не видел, чтобы кто-то стрелял так быстро и так точно, как ты. Это станет решающим фактором в сражении. — Вот только последние его слова прозвучали мрачновато.
— Если бы я знала, с чем придется столкнуться, то проводила бы тренировки по-другому.
— Неужели ты бы смогла стать сильнее, чем сейчас? — возразил он. А затем добавил более спокойно: — Разве ты не чувствуешь, что готова?
Я скривилась. Меня раздражал не страх перед змеем, а чувство, что я — обычная шахматная фигура, которую ввели в игру в нужный момент. Мне рассказали только то, что, по их мнению, следовало знать, и указали куда, по их мнению, стоит идти. Шусяо предупреждала, что в армии все работает именно так. Вот только я не была беспомощным новобранцем.
— В следующий раз позвольте мне самой решать, насколько я готова.
Слегка улыбнувшись в ответ, он поднялся на ноги.
— Спокойной ночи, Синъинь. Уже поздно, и остальные давно спят.
Я ожидала, что он вернется в свою палатку, но капитан Вэньчжи направился к горе и вскоре скрылся в ее тени. Куда он пошел в такой час? Любопытство схлестнулось с нежеланием совать свой нос в чужие дела, и в итоге уважение к личной жизни капитана победило. Нам всем иногда требовалось побыть наедине с собой.
Постепенно пламя костра угасло, и на его месте остались лишь тлеющие угли. Теперь потрескивание и шипение сменили тишина и ровное дыхание спящих солдат. Но я продолжала сидеть и так сильно погрузилась в свои мысли, что потеряла счет времени. Когда капитан Вэньчжи вернулся в лагерь, он сильно удивился, увидев, что я торчу в одиночестве в темноте.
— Почему ты еще не спишь? — подходя ко мне, спросил он.
— Я не устала. — Мой взгляд скользнул по его рукам, испачканным в земле. — А почему вы еще не спите? — вернула я его вопрос.
— Проверял кое-что на завтра. Хотел убедиться, что не будет никаких сюрпризов. — Он вздохнул. — Поспи хоть немного. Завтра нам предстоят крутой подъем и тяжелая схватка.