Мастер Рун. Книга 13 (СИ)

— Ну, если бы ты ему башку оторвал, это было бы жестоко, мастер, — добавил и своё слово бывший наёмник. — А так ты достаточно милостиво с ним поступил. Он и так зловредный старикашка, гораздо хуже алхимика. А тут он вообще даже выкобениваться не стал и выглядел очень жалко. Я его таким никогда не видел. Обычно он пыхтел и надувался как индюк.
— А я вот тебе в пилюлю дерьма толченого подсуну, — раздался голос позади говорившего Гвоздо. — Посмотрю потом, как твои каналы расчищаются.
  
Неожиданно появившийся на поверхности Хуо слышал весь наш разговор и заставил Гвоздо замолчать, но извиняться тот не стал, хотя и злобно зыркнул на подошедшего ко мне старого алхимика.
— Ты гони этих подхалимов по делам, пусть занимаются чем полезным, — продолжил Хуо. — А я к тебе, мастер, поговорить пришел. Очень уж меня заинтересовали твои последние слова, которые ты этому старикану говорил.
— И чем же тебя заинтересовало то, что я отчитывал этого старика? — спросил я, хотя, кажется, уже начал догадываться.
— Да видят все боги, неужели ты не понял? — Хуо прищурился. — Ты этому драному недоучке, который украл чужую тетрадь, предлагаешь двадцать учеников. А мне, старому верному алхимику, который всю жизнь вкалывал и даже здесь, в Яме людей, от смерти спасал, и тебя в том числе, ничего? Мне кажется, это непорядок, мастер.
Я едва сдержал улыбку, ворчать Хуо умел гораздо лучше чем Горбун и главное делал это очень громко, привлекая внимание всех кто был рядом. Да еще я, оказывается, в этом виноват.
— Если ты возьмешь себе двадцать учеников, я буду только рад, потому что алхимики нам тоже очень нужны, — сказал я, подводя итог.
— Двадцать? — От негодования Хуо аж подпрыгнул на месте и ткнул корявым пальцем мне в грудь. — Брину двадцать, и мне двадцать? Нет, так не пойдет, мне нужно двадцать пять минимум. Я научу их писать, считать и читать любые закорючки, которые только можно придумать, и сделаю из них нормальных толковых помощников за три месяца. Вот веришь мне?
— Верю, — согласился я, — и нисколько не сомневаюсь в твоих способностях. Хочешь двадцать пять — получишь двадцать пять. захотел бы пятьдесят, получил бы и их. Вопросов у меня к тебе нет. Но только по-хорошему их бы тогда не только основам алхимии учить, но еще и врачеванию, чтобы раны могли зашивать, кости вправлять, да лихорадку сбить. Как думаешь, справишься?
— Справлюсь, еще как не справлюсь. Да я тут столько лет рецепты собирал не для того, чтобы они со мной в могилу ушли. Пятьдесят не потяну, а вот тридцать возьму.
— Ты не в ту сторону торгуешься, старик. — расхохотался я, довольный. — Говорю же, если хочешь, то хоть сто набери. Помещение, всё, что можно, я найду тебе. Попроси Клыка, пусть он отправит поисковиков по ярусам. Они найдут всё необходимое для алхимических нужд. Организовывайся где хочешь, места у нас навалом.
— Вот это другой разговор. Вот это прямо со мной говорит настоящий хозяин города! — ответил мне алхимик, и начал трясти кулаком куда-то в небо. — Мы сделаем такую алхимическую школу, что не только в Яме и в этих ваших проклятых пределах, а еще и во всех ближайших царствах и сектах будут говорить о том, что наши алхимики лучшие!
— Только учти, за результат всё-таки я с тебя спрошу, — ответил я. — И смотреть буду внимательно.
— Так-то сподручнее будет, — сказал Хуо. — Если сам мастер Корвин будет за нами присматривать, так и все ученики будут прилежно учиться и равняться на самого лучшего. И ты знаешь что, мастер, ты этого самоучку драного, рунного, не обижай сильно. Он хоть и шарлатан, но всё-таки немного мозгов у него есть.
— С чего вдруг такая забота? — удивился я.
— Да врёт он тебе, — ответил алхимик. — Вот зуб даю, врёт и знает он гораздо больше, чем говорит. Это здесь он перед тобой прикинулся старикашкой и воришкой, а на самом деле он гораздо более опытен, чем ты думаешь.
— Ну, это мы проверим, а за информацию спасибо, — сказал я, задумавшись.
И действительно, я как-то слишком легко воспринял тот факт, что Брин показался мне бесполезным. Он сам это подавал максимально подробно и правдоподобно. А если кажется, что это не так? А если он возьмет и сможет снять с себя клеймо, потому что у него есть такие знания, которые позволяют ему это сделать?
Привлекать к этому делу никого из бывших Осколков, как бы я ни считал, что они мне верны, я не стал. Вместо этого отдал приказ через Клыка за тем, чтобы они внимательно следили за всем происходящим снаружи и докладывали сразу мне. А потом с небольшим сожалением подумал о том, что, кажется, придется мне создавать свою собственную службу внутренней безопасности. Даже несмотря на то, что все эти люди носят клеймо, залезть к ним в голову и понять все их мысли я не мог. И служба такая была мне нужна. Осталось только понять, кто сможет ее возглавить.
  
Глава 11
 
Я стоял на деревянной башне крепостной стены Граунштайна, смотрел вниз на поля и считал тяжело нагруженные телеги, которые везлись двумя волами в сторону городских скаладов. Крестьяне собирали четвертый урожай с полей и при этом работали молча и сосредоточенно. И даже отсюда, за сотни метров от них, мне была видна деловитая жадность людей, которые, наверное, впервые за свою жизнь увидели, что земля может давать гораздо больше, чем раньше. Еще бы, трудно назвать это не чудом, когда урожай созревает всего за три дня.
Сами поля тянулись практически от южных ворот городка до пологого холма, где начинались уже скальные выходы. Ровные прямоугольники зелени, разделенные межами и рунными столбиками по углам каждого участка. Создание нового поля не занимало слишком много времени. Достаточно было вбить столбики, проложить между ними лианы, и в почву сразу же начинал нагнетаться структурированный этер, отчего растения проходили полный цикл за несколько дней вместо нескольких недель или даже месяцев. Одно меня только расстраивало, скудность местных культур. В основном здесь росла репа, ячмень, бобы да другая мелочь. Местные не знали пшеницы, что меня, на самом деле, удивляло.
Хотя если поразмыслить, наверное, в этом была своя логика. Пшеница, даже насколько я знал, эта культура достаточно капризная и требовательная к почве и влаге. А здесь, в проклятых пределах, земля бедная, да и дожди были очень редкими. Зато я видел на полях жесткие метелки проса, такие же, как в великой степи, и низкорослые кустики нута. Да, пусть не слишком разнообразно, но питание людям нашлось, и это было очень хорошо.
— На тех землях, где я рос, — ответил я, не оборачиваясь к Хельту, — там выращивали пшеницу и из нее пекли белый хлеб.
— Ну, господин, кто спорит? Кое-где, говорят, и золотые яблоки растут, — ответил тот и сплюнул со стены вниз. — Нам бы, наверное, горшочек-то приостановить, а то амбары уже полные.
— А что, людям уже ничего не нужно? — спросил я, поворачиваясь к бургграфу.
— Да они же лопнут скоро от жратвы, — ответил тот недовольно. — Работать не хотят, полдня валяются без дела. Ты скажи Наире, у меня на складе сотня кнутов есть, если что, пусть тягают, я с удовольствием дам.
— Может, тебя тоже этим кнутом? — ответил я зло, на что бургграф сразу же заткнулся.
А так, то, что амбары были переполнены, это была хорошая проблема. Я точно знал, что зерно не сгниет, потому что мы его пустим в дело и продадим. Тем более, что население Грауштайна при всем своем желании не могло потребить столько ресурсов. Зато уважение к пришедшим захватчикам среди населения выросло невероятно сильно. Люди получили бесплатную еду в неограниченном количестве. И это сделало нас в их глазах гораздо более легитимными, чем местный бургграф и его якобы древняя кровь, которая разрешала ему править над местным населением.
  
Правда, за это я требовал работы, и работы много. Мне нужно было строить крепость, помогать разрабатывать рудник, находящийся в двадцати километрах, и запускать кузни на поверхности. И людей на это я брал из города, потому что своих заставлять работать своих физическим трудом я пока не собирался, это было слишком невыгодно, даже если делать тысячи медальонов и выводить на поверхность всех Корневиков и Глубинщиков.