Богатырь и Звезда Сварога: Быль 3 (СИ)
«Подлые скоты, вновь напали исподтишка…» — промелькнуло в голове Яромира, когда он доставал клинок из тела очередного Серого волка.
Жители Трёх дубов не могли сдаться без боя…, и не сдались!
Нежданно напавшая со спины подмога пошатнула стойкость бандитов и вселила в сердца выживших отвагу.
Уверенность Серых волков в предрешенной победе улетучилась, как пепел на ветру.
Под натиском опытных охотников, облаченных в крепкую броню с одной стороны, и воспрянувших духом обороняющихся с другой, часть бандитов бросилась наутёк. Те же, что остались, один за другим, падали замертво.
Яромир старательно высматривал среди Серых волков их рослого черноволосого предводителя, а среди выживших — хоть кого-то из своих близких, но ни тех, ни других разглядеть так и не удалось.
Со стороны кузни послышались крики.
«Эйда!» — узнал знакомый голос Яромир и что осталось сил устремился туда.
Добрая дюжина головорезов опасно прижала окровавленного Эйду и Рознега к дверям кузницы, перед которыми лежало изуверски разодранное тело Горыни.
«Всё-таки Кривжа здесь…! Нужно его остановить…, но сперва старшина…!»
Двенадцать человек за раз не уложить, а жизнь Рознега и Эйды висела на волоске.
Идея пришла сама собой.
Бандиты уже успели сорвать и отложить в сторону трофейные рога хозяина леса, чем и воспользовался Яромир.
Ловко забросил меч за спину, подхватил с земли огромные оленьи рога и, опасно выставив их на ничего не подозревающих Серых, что есть прыти, влетел в толпу.
Скрежет металла и кожи нагрудников, хруст ломающихся костей и рогов, вопли боли и смерти охватили двор.
План Яромира удался на славу, хоть и сам он напоролся щекой на клинок одного из нападавших, оставившего на лице глубокий кровоточащий порез.
Семеро же оказались насаженными на острые рога и уже не представляли угрозы, остальные же отвлеклись, чем воспользовались старшина и Эйда.
Короткий рывок, хладнокровный свист меча Яромира и больше из Серых волков здесь не осталось совсем никого…
— Вечно тебя приходится ждать, богатырь…! — с трудом натянул усталую улыбку Рознег, схватился за бок, повалился на траву и закашлялся кровью. — Уж думал… совсем кранты…
Яромир испуганно бросил меч, подхватил старшину на руки и осторожно опёр спиной на стену кузницы.
Беглый осмотр дал понять, что у старого вояки дела оказались совсем плохи: множество колотых и рваных ран безостановочно кровоточили, пульс практически не ощущался.
И до него добрались когти Кривжи…
Яромир расстроенно вздохнул и потупил взгляд.
— Сам чую, что мне полная жопа… — безнадёжно прохрипел Рознег. — Как прожил, так и помер, как воин…
— Как самый настоящий богатырь! — снисходительно поправил Яромир, положив свою руку на руку старшины.
— Славно, что вернулся… — побелевший Рознег кашлянул, забрызгав кровью доспех Яромира. — Будет кому за меня над людьми встать…
Рознег резко вздохнул и крепко сжал плечо Яромира окровавленной рукой:
— Теперь ты, богатырь — старшина… Я же свою службу кончил… Не дери по мне глотку, сынок… Смерть — она, знаешь ли, для всех одинаковая…
Пальцы старшины разжались и сердце совершило последний удар.
К этому времени, оставшиеся из ловчих сумели прогнать Серых волков с площади, проводили выживших в бою к кузнице и присоединились к Яромиру.
— Вот, возьми… — хромающий на ногу Бор протянул ему каракулевую шапку старшины.
Яромир уважительно вложил меч Рознега в его руку, осторожно водрузил так любимую им шапку на голову и ладонью прикрыл веки.
На другое прощание сейчас у него совсем не было времени. Где-то по деревне всё ещё бродил Кривжа…
После недолгого молчания Яромир поднялся на ноги и осмотрел ловчих. Среди присутствующих не доставало ещё трёх человек.
— Шнырь и Пыж мертвы, — мрачно доложил Бор. — Труру отрубили ногу и откусили ухо, да и я, по ходу, уже не ходок…
Потеря ещё троих товарищей отозвалась больным уколом в груди Яромира.
Дверь кузницы со скрипом отворилась и из темноты показались Эйда и Аяр.
Кузнец выглядел совершенно не лучше Рознега: одна окровавленная повязка закрывала вытекший глаз, другая перематывала то, что осталось от руки.
Кто-то из мужиков подставил берёзовую чурку, куда Эйда поспешил осторожно усадить отца.
— Яромир, ходи сюда, — Эйда жестом поманил богатыря рукой. — Он едва может говорить.
Яромир одобрительно похлопал Эйду по груди и сел рядом с Аяром, от которого в нос ударил резкий запах лекарственной мази Ядвиги:
— Твой сын славно бился, кузнец… — Яромир решил начать первым. — Можешь им гордиться!
— Волк в людской шкуре…, - Яромир чувствовал, насколько трудно Аяру давалось каждое слово. — Искал тебя… Ядвига… Торопись…!
Больше Аяр сказать не мог и Эйда, при помощи других мужиков, завел обессилевшего отца в дом.
Но Яромиру и этого оказалось достаточно.
Глаза налились кровью, кожа на рукояти клинка захрустела от напряжения.
— Бор! — Яромир резко обратился к раненому ловчему, которому уже помогали перемотать ногу. — Ты, Аким и Макей остаётесь тут и наводите порядок. Вдруг они ещё раз нападут. Подготовьте людей. Остальные — за мной! Всё же нам сегодня доведётся поохотиться…!
Сердце Яромира бешено колотилось.
Нет, он не мог потерять и её… Всё, хватит! Нельзя поддаваться безрассудству и панике!
Хотя, Яромир сердцем чувствовал, что Кривжа уже добрался до Ядвиги, но всё же не терял надежды…
Глава 10: «Он будет страдать…!»
Деревню пробежали быстро, встретив по пути лишь нескольких бандитов, с которыми расправиться не составило большого труда.
На подходе к дому, со стороны двора, донёсся шум, заставив Яромира и ловчих замедлиться.
От увиденного на дворе, их рты невольно пораскрывались от удивления.
Давний знакомый Яромира — слепой воин Ховала, в одиночку отбивался от десятка Серых волков, которые никак не могли найти к нему подхода.
Один из бандитов замахнулся, чтобы припугнуть старика, но тут же за это поплатился.
Стремительным ударом концом посоха Ховала выбил клинок из его рук и коротким толчком лишил нападавшего передних зубов.
Подло набросились сзади.
Будто гибкая, вьющаяся змея, старец ушёл от укола мечом и, со свистом рассекая посохом воздух, отправил зазевавшегося нападающего в глубокий сон.
Наблюдение за мастротой Ховалы завораживало, но Яромир решил не испытывать судьбу и поспешил на помощь.
Тихо, будто кошки на охоте за воробьями, ловчие подкрались к скачущим вокруг слепца бандитам.
В этот раз в ход пошли засапожные ножи и цепи.
Серые волки даже понять не успели, что на них кто-то напал, как двор Яромира уже охватила тишина.
Яромир закончил с последним и огляделся.
Старик пропал…
Сзади раздались два гулких стука и два ловчих Яромира рухнули без сознания на землю.
Яромир повернулся и в самый последний момент успел отклонить голову в сторону.
Конец посоха Ховалы пролетел в дюйме от уха, обдув его потоком прохладного ночного воздуха.
Лицо Ховалы расплылось в злорадной улыбке, конец посоха резко дёрнулся в бок и больно стукнул Яромира в висок.
В голове зазвенело, будто ударили в колокол. Он даже предположить не мог, что у старого слепца может оказаться настолько тяжелый удар.
Прилетело в ногу, тут же в лоб и в плечо.
Яромир шикнул, нервно оттолкнул старика и отскочил в сторону.
Ловчие уже хотели помочь Яромиру, но он жестом приказал им держаться подальше.
Больно грозный был для них противник.
— А ну, слепой безумец, хватит издеваться!
— Я же только начал, птенчик! — ехидно просмеялся Ховала и атаковал.
Ложный замах, второй ложный замах, тычок в колено вывел из равновесия, от чего Яромир пропустил следующий размашистый удар.
Громкий хлопок о доспех и от силы удара Яромира отбросило в дровяник, развалив его и разметав дрова по двору.