(не)вредный герцог для попаданки (СИ)

— Но я не могу сосредоточиться, когда еще не выпросил у вас свидание, леди Крис!
— Это невозможно! — рыкнул Уитмор с соседнего кресла. — Невозможно работать в таких условиях. Если вы, Ваша Светлость, не прекратите, то будете считать расходы вашего поместья самостоятельно.
— Лучше бы ты, Уитмор, угрожал леди Крис, а не мне. Это ведь она не соглашается на свидание.
— Видите ли, Ваша Светлость, я не могу ей угрожать, потому что прекрасно ее понимаю. Я бы тоже никогда не согласился на свидание с вами.
— Уитмор, не припомню, чтобы я тебе предлагал. Веришь, что я бы тоже не согласился на свидание с тобой?
— Да, верю, Ваша Светлость. Как предлагать мне непотребства — так вы всегда: то в костюм горничной переоденься, то в моей кровати спи, а как о другом… — Уитмор тяжело вздохнул. — Я все понимаю, я простой слуга без рода и без племени…
— Уитмор, прекращай ломать комедию. Свои дикие фантазии ты осуществлял самостоятельно. И, кстати, у леди Вери, нашей горничной, пропал костюм, верни, пожалуйста, она очень расстроена, — заявил герцог. Знай я его чуть меньше, то подумала бы, что он серьезен, но, по счастью, это всего лишь обычная перепалка между двумя друзьями, которые не признают, что они друзья.
— Работа, Ваша Светлость, у вас работа! — я не преминула напомнить герцогу о его прямом долге.
— Леди Крис, я все сделаю, но только согласитесь на свидание со мной!
— И зачем мне соглашаться на свидание с вами? — спросила я. Если герцог опять ляпнет какую-нибудь глупость, то плюну на все и действительно уволюсь.
На секунду герцога такой вопрос поставил в ступор, но он быстро пришел в себя:
— Я согласен выполнить любое ваше желание!
— Абсолютно любое? — хитро спросила я.
— Да!
— Тогда, Ваша Светлость, закончите за пару дней всю накопившуюся работу: отчет королю, жалобы, — а также разберитесь со всеми договорами поставок, что у нас есть, — ласково произнесла я, с удовольствием наблюдая, как герцог стремительно осознает масштаб своего промаха.
— Леди Крис, вы осознаете, что здесь работы на пару месяцев?
— Конечно. — Я улыбалась. — Но вы же сами сказали, что любое мое желание.
Эх, смотреть на кислое выражение лица герцога — сплошное удовольствие! Работа с ним точно превратит меня в настоящую садистку. Не сейчас, наверное, но когда-нибудь точно.
— Скажите, леди Крис, вы желаете меня убить? — спросил герцог, глядя на меня грустными-прегрустными глазами.
Я невинно похлопала ресницами и сказала:
— Если бы я хотела вас убить, то я бы согласилась выйти за вас замуж, Ваша Светлость. Я ведь уже говорила, что мое желание — мне никто не должен навредить. И магия исполняет это самым усердным образом. А теперь подумайте, пожалуйста, есть ли в этом мире для девушки что-то более вредное, чем Его Светлость герцог Тайлер в качестве мужа?
— Нет, однозначно, нет. Женится ради мечей, собирается изменять и флиртовать. Ужасно, просто ужасно вредно для любой молодой и красивой или не очень девушки, — тут же заявил Уитмор, даже не отрываясь от бумаг. — Кстати, для мужчин он тоже вреден. Морально. Бедный граф Винутсерб на полгода заперся в своем доме из-за нашего герцога.
— Грязные инсинуации! Я им не интересовался, — возразил герцог.
— Зато его невеста интересовалась вами, — сказал Уитмор. — Слала вам письма, приглашала на танец и вытворяла прочие неприличные для помолвленной благородной девушки вещи.
— Но я тут при чем?! — возмутился герцог. — И, между прочим, я не единожды ей отказал.
— Ваша репутация при чем! — отозвался Уитмор. — Она все и всегда портит. И даже леди Кристин, которая отличается восхитительным терпением, скоро не выдержит.
— Может, вы закончите препираться и возьметесь за работу? — ласково спросила я мужчин, чувствуя, что скоро буду рвать и метать. В переносном смысле, разумеется. — Тут столько дел, что мы не можем прерваться на кофе, а вы позволяете себе обсуждать всякие недостойные вещи.
О! И Уитмор, и герцог прекрасно знали, что значит этот нежный и ласковый тон, потому тут же зарылись в бумаги, хотя пререкаться не прекратили.
 
— У нас вполне приличные разговоры. Леди Крис, о каких недостойных вещах идет речь? — удивился герцог. Между прочим, вполне натурально.
— О вашей репутации. — Я пожала плечами, а потом погрузилась в письмо, которое не давало мне покоя. Овцы и коровы пропали за одну ночь — и никаких следов! Что это за странная загадка? Я со вздохом посмотрела на стопку писем, которая уменьшилась едва ли на треть.
— Леди Крис, так что мне нужно сделать, чтобы ты согласилась пойти со мной на свидание? И желательно не на одно?
— Я уже сказала, что вам нужно сделать ради одного свидания. Если хотите два, Ваша Светлость, то разберитесь вот с этим. — Я обвела руками свой заваленный письмами стол. — А если сведете расходы поместья, разберетесь с приглашениями тех потенциальных невест, которые разъехались, то я соглашусь и на три свидания. Вот только на всю эту работу у вас уйдет не меньше трех месяцев, так что свидания со мной вам не светят.
Герцог вздохнул. Встал. Пнул стол (я так и не поняла — случайно или специально). Прошелся трижды вдоль окна. Еще раз пнул несчастный стол. Значит, специально. Потянулся рукой к мечу, но тут Уитмор не выдержал:
— Я уже свел смету за этот месяц, не смейте разрушать стену!
Герцог послушно отдернул от меча руку, а потом вздохнул. Еще пару раз прошелся вдоль окна, а потом заявил:
— Леди Крис, Уитмор — убирайтесь из моего кабинета. Торжественно дарю вам оплачиваемый выходной день.
Уитмор уронил документы, которые разлетелись по полу. Я его прекрасно поняла: сама выронила отсортированные письма прямо на стол, сводя работу по сортировке на нет. Герцог предлагает выходной? Да еще оплачиваемый? Какие демоны в него вселились?
— А работать? — робко поинтересовались мы с Уитмором.
— А работать буду я. Три свидания, леди Крис, не меньше. Не смей забывать.
  
Глава 20
 
Шопинг в другом мире — это всегда что-то необычное. Вот что я у себя дома покупала? Книжки, косметику, шмотки… Скукота.
А здесь же совсем все иначе. Здесь я набрала кучу магических штучек. А на что еще мне зарплату тратить? Между прочим, она немаленькая: герцог щедро компенсирует деньгами свои странности и прочие трудности. Вот и покупаю себе всякие магические украшения, кинжалы. Один раз даже единорога купила — не удержалась! Маленького, беленького и с рогом во лбу. Он выглядел сущим ангелом, да и взаимопонимание мы нашли быстро.
Теперь мой единорожек в конюшне отдельной живет. Почему в конюшне? Потому что, оказывается, в спальне держать единорога — плохой вариант: какают-то они не бабочками. И даже то, что приучила его ходить в лоток, а к лотку прикрепила очистительные амулеты, не сильно спасло от жуткой вони. Пришлось перемещать моего единорога в конюшню. А вот там-то мой единорожек, которого я звала маленьким и умненьким, превратился в Цербера — покусал всех коней герцога, кроме его старого древнего Дьявола, от которого получил копытом в лоб. Рог остался цел, но единорожику я выбила отдельные конюшни, на которые и ушла половина зарплаты.
Я как раз осматривала ожерелье, которое будет в идеальном порядке поддерживать волосы и одежду, как раздался стук в дверь. И не сказать, что деликатный. Так могли стучать только двое: Уитмор или герцог. Неужели герцог передумал и решил приобщить нас к работе ночью?
— Войдите, — ответила я, а в мою комнату ввалился — иначе и не скажешь — несчастный донельзя Уитмор. — Что случилось?
 
— Герцог случился!
— О боже, он к тебе приставал?! — в притворном ужасе воскликнула я.
— Леди Кристин! Я же серьезно! У нас настоящее бедствие, — с неподдельной горечью воскликнул Уитмор. — Герцог сошел с ума.
— И как ты это понял? — Я смотрела на Уитмора со скепсисом.
Дворецкий мог говорить что угодно, но его дружеские отношения с герцогом больше походили на братские, а не на отношения «слуга-господин». Причем старшим братом Уитмор явно считал себя, а потому иногда его забота о герцоге принимала довольно смешные формы.