Равновесие (СИ)

Мне не нужно было, даже поворачиваться, чтобы понять, кто рядом. Деллиан. Он пришел сам.
Я так же аккуратно разворачиваюсь к нему, стараюсь, не разбудить Эммета.
Дел лежит на боку. Темно, я не могу разглядеть его лица.
— Много работы, или, ты не хотел приходить? — интересуюсь тихо.
— Много работы, прости, коммуникатор оставил в комнате, — отвечает шепотом, и я все равно слышу, что голос у него уставший.
  
Это успокаивает. Тянусь пальцами к его лицу. Между бровей прощупывается хмурая складка.
Тянусь губами, целую эту складку.
Прижимаюсь к нему. Как же хорошо, до невозможности.
— А как ты попал в комнату?
— Эммет написал, когда, ты уснула, и дал доступ в комнату.
Не удивлена. Эммет и тут позаботился.
— А-ня, после того, как ты прошла слияние, внимательно наблюдай за состоянием, — ошарашивает Дел, значит, и про слияние Эммет сказал, — мы должны понимать, реально ли тебе необходимо слияние еще и с носителем холодного пламени. Если почувствуешь озноб, особенно, если причин для него не будет, тут же скажи, Эммету или мне.
Меня цепко опутывает страхом. Он прав. Боюсь, что он, в самом деле, прав.
Я приподнимаюсь.
— Хорошо. Что мы будем делать, если мое красное пламя начнет выходить из под контроля?
— Эммет в любом случае должен будет поговорить с отцом, о том, кто ты. Если наша теория верная, то, тут уже не получится выбрать более удобный вариант. Придется выйти на императора Рида.
Мне некомфортно. Я не представляю, как мы будем убеждать его в том, что я та, о ком говорится в пророчестве и что все ведет к тому, что именно Габриэль должен стать мне мужем. Это всего лишь логичные совпадения.
— С ним возможно договориться, как считаешь? Насколько я поняла, это крайне проблематично. Он может же выкрутить все так, чтобы выгодно было ему? Попросить взамен что-то, на что император Юнара не согласится.
— Может, но не сделает.
— Это из-за уровня пламени?
— Не только. Он вырос в таких условиях, где более слабый подчиняется сильному. Его отец был садистом, со специфическим пониманием правильного воспитания, и растил сына таким же.
Во мне все леденеет. Я не хочу такого мужа!!!
— Дел, я не хочу! — шепчу слишком громко, отчего, Эммет за моей спиной просыпается, прижимает крепче, — прости, что разбудили, — глажу моего Вира по волосам.
Эммет приподнимается. Трет сонно глаза.
— Да ладно. Тут серьезная тема, ради нее, можно и не спать, — хрипло хмыкает, зевает.
— Я не договорил, — продолжает холодно Деллиан, — Габриэль, не стал таким же. Но, не смотря на сильный характер, в нем привита достаточно жесткая дисциплина, порой, не логичная. Когда, Габриэль не справлялся, отец его сурово наказывал, всегда, самолично.
— Он его бил, что ли? — вмешивается Эммет, для которого, это видимо, тоже было чем-то неизвестным.
— Сек. Он предпочитал, плеть.
Я сажусь, прикрываю рот ладонями. Бедный Габриэль.
— Он что, не сопротивлялся? — голос Эммета мрачный.
— Поначалу, пытался, но, отец был заведомо сильнее, и за попытки сопротивляться, его наказывали сильнее. Позже, он принимал наказания молча, не сопротивляясь. Постепенно, промахов становилось меньше, как и наказаний. Император считал, что это лучший способ закалить характер.
— И чем нам это поможет? Не угрожать же ему плетью, — мой голос подрагивал, а из горла вырывался нервный смех.
— Тем, А-ня, что Габриэль понимает язык силы. Если, ты будешь его бояться, то он, даже не специально, но, будет пытаться подавлять тебя. Чтобы ты следовала его правилам. В какой-то момент, Вам придется встретиться, и лучший вариант, если он придет сам, тогда, выдвинешь ему условия. Такие, которые устроят тебя, взамен, ты соглашаешься стать его Вирой. Причем, он должен поверить, что или так, или никак.
Я хмурюсь.
— А если нам понадобится его помощь раньше? Ведь, это мы пришли к такой версии, что нам нужен не любой носитель холодного пламени, а именно Габриэль, потому что это, как бы, логично.
— Тогда, придется рассказать ему все честно. Он не глуп, с ним можно договориться, хоть, это и будет сложнее.
— Моему отцу, пока, не удавалось, — уныло выдыхает Эммет.
— Потому, что твой отец хочет более хорошие условия, чем те, что готов предложить взамен. Они еще долго не договорятся. В этом, Габриэль очень упрям.
— Ну, допустим, он придем сам, согласится на мои условия, а дальше, как предлагаешь с ним взаимодействовать? Строго и по указке? Это ведь, не правильно.
— А дальше так, как считаешь нужным. Можешь, все ему рассказать.
— Это очень размыто, — я тру лицо ладонями, тупо пялюсь в темноту, — тебе приходилось с ним сражаться? — спрашиваю, уже немного успокоившись.
— Всерьез, нет. Когда мы с ним столкнулись, он был мне не противник.
— Значит, ты его отпустил, так?
Я помню, что Дел никогда не позволял себе тронуть того, кто слабее, но тут, речь о будущем императоре, о том, кто мог продолжить войну.
Я заинтересованно смотрю на моего второго Вира, но он, не торопится отвечать.
— Аня, у Дела была возможность убить Габриэля. Он, тогда еще не занял престол. Они враги, он был в своем праве, но Дел этого не сделал. И да, он отпустил его.
Я включаю свет в комнате и внимательно рассматриваю почти мужа. Дел был холоден и недоволен.
— То есть, если бы ты, тогда, убил его, а позже, и самого императора, то лишил бы Рид правящего рода? Почему ты этого не сделал?
Деллиан полоснул по мне холодным взглядом.
— Считаешь, мне стоило лишить его жизни? Он был еще мальчишка, едва переступивший порог совершеннолетия. Хорошо обученным, но в силе, в разы уступающем мне. Тогда, у него не было шанса.
Меня все больше восхищал Деллиан.
— А сейчас?
— Сейчас, надо постараться. Возможно, ему даже удастся уложить меня на лопатки.
— Один раз, и то, если Дел отвлечется, — Эммет весело хмыкнул, а я, толкнула его шутливо в плечо.
— Эммет, ты снова недооцениваешь противника, — осадил Деллиан.
— Я пытаюсь разрядить обстановку, — уже серьезно ответил Эммет.
— Дел, а ты и за ним следил, да?
— Да.
— А у него был хоть кто-то, кто пытался защитить? Или позаботиться? Мать? Другие отцы? Друзья?
Во мне все больше зарождалось сочувствие к этому мужчине. Не жалость, а именно сочувствие, едва ли те, кто прошел через жестокость, захотят вызвать жалость, наверняка, он ее не любит.
— Матери он лишился в раннем детстве, она умерла во время очередного столкновения, двое ее Виров умерли тогда же, защищая. Остался, только сам император. Друзей не было. Все его время занимали тренировки и обучение.
— Я уже все больше сомневаюсь, что он сможет влиться в семью, у него даже нормального примера не было, одна жестокость, — комментирует Эммет и я с ним согласна, но до чего же жаль Габриэля.
Меня крепко обнимают, успокаивая.
Вот, у Эммета перед глазами, явно пример любящей семьи, хотя, у Деллиана, как поняла, тоже, но, он с ними не ладит.
— И как он справлялся, ну, после очередного наказания? Раны ведь зажить должны.
— Император всегда отправлял к нему Вайра, чтобы тот восстановил тело и Габриэль мог продолжать тренировки.
— Киара?
— Сначала другого, потом, уже Киар занял место личного Вайра и уже он, лечил Габриэля.
Я не знала, что еще спросить. Не уверена, что вообще хотела продолжать. Настроение пропало.
— Давайте, уже, ложиться спать, а то, кое-кто подскочит с первыми лучами, — проворчал Эммет и плюхнулся на подушку, утягивая меня за собой.
  
53
 
Сегодня, я должна была научиться ставить защиту, тот самый щит, что в случае чего, спасет мне жизнь.
  
Но, к нашему общему не удивлению, все, что касалось пламени, у меня получалось сразу и без особых усилий. Я вообще, порой не замечала, что применяю силы, а ведь обычно, у других, это требовало большой концентрации. А у меня, подумал, направил, готово.