Люди с платформы № 5

Айона рассказывала, и ей становилось легче, как будто с ее плеч исчезал многолетний груз обид и оскорблений. Они были менее заметными и более коварными, чем те, с которыми сражалась Марта, но обладали столь же разрушительным действием.
– Спасибо вам, Дебора и Дэвид, – сказала Айона, дойдя до конца своего болезненного и унизительного повествования.
– Будем рады вам помочь, – ответила Дебора, щелкая колпачком авторучки, словно кнопкой на клапане пистолетной кобуры. – Ну что, зададим им жару?
    
Эмми
 
08:08. Темз-Диттон – Ватерлоо
Эмми подняла голову и улыбнулась Санджею, подумав, что сегодня он подойдет и сядет рядом. Но он отвернулся и сел на другое место. Так было в прошлый раз. И в позапрошлый тоже.
Конечно, она заслуживала подобного отношения. А как еще он должен себя вести после той субботы? И все равно манера поведения Санджея казалась ей чрезмерной и даже ребячливой. Но его равнодушие больно задевало Эмми. Когда он демонстративно садился на другое место, игнорируя ее приветливые улыбки, девушке казалось, что ее кусает целая стая рассерженных ос.
Эмми сознавала: она должна извиниться перед Санджеем, но он не давал ей шансов это сделать. И если уж говорить правду, Эмми даже испытывала при этом некоторое облегчение, ибо не знала, как объяснить произошедшее самой себе, не говоря уже о других. Мысленно проигрывая ту историю, она всякий раз видела себя слабачкой, а Тоби – агрессивным параноиком, что никак не могло соответствовать действительности.
Интересно, ее вагонные друзья нашли Айону? Эмми не оставляло желание поговорить с этой удивительной женщиной о своих страхах. Ей казалось, что ее мир сужается до размеров комфортабельного, роскошного пузыря, где находятся только они с Тоби и больше никого нет. Разве это причина для беспокойства? И не эгоизм ли говорит в ней, требуя чего-то большего? Уж Айона непременно нашла бы ответы, Эмми была в этом абсолютно уверена.
Но Эмми ловила себя на том, что скучает не только по Айоне. Она скучала и по Санджею. В мозгу неотступно стояла картина: улыбающийся парень выходит из кафе, неся ей кофе, и вдруг видит пустой столик. Что после этого он должен о ней думать? А ведь Эмми было так легко с ним, она не сомневалась, что они станут друзьями. И за всю его доброту она отплатила…
Эмми в очередной раз вспоминала череду событий той субботы, пытаясь ответить себе на вопрос: могли бы они развиваться по-другому?
Итак… Санджей пошел за кофе. У двери он обернулся и улыбнулся ей, а она уселась за столик, наслаждаясь весенним теплом. Потом ощутила легкое покалывание в затылке. Так бывает, когда кто-то смотрит на тебя сзади. Обернувшись, она увидела на обочине дороги машину, аккуратно припаркованную строго по двойной желтой линии. Автомобиль был точной копией автомобиля Тоби. Эмми присмотрелась, выискивая отличия: скажем, багажник на крыше или стикер с надписью «Ребенок в машине». Насколько она знала, Тоби никогда не ездил в Хэмптон-Корт. Нет, наверняка просто похожее авто.
Эта мысль еще крутилась в голове девушки, когда из открывшегося окошка вдруг высунулась голова Тоби.
– Садись в машину, – прошипел он. – Сейчас же.
Эмми была обескуражена и даже отчасти испугана. Такого выражения на лице жениха она еще не видела. Может, случилось что-то ужасное? Вдруг с ее отцом несчастье? Но откуда Тоби узнал, где ее искать? Эмми встала и пошла к машине.
– Тоби, почему ты здесь? Что произошло? Я ничего не понимаю.
– Эмми, мы не можем нормально разговаривать, когда ты стоишь на тротуаре и вокруг полно чужих ушей, – ответил он. – Забирайся в салон.
Эмми подчинилась. Едва она оказалась на пассажирском сиденье, Тоби включил мотор.
– Тоби! Постой! Ты не можешь уехать! – воскликнула девушка. – Я тут с друзьями. У нас были кое-какие планы. Если действительно что-то случилось, я должна хотя бы с ними попрощаться.
– С друзьями? – переспросил Тоби. – Я видел лишь одного друга. Полагаю, это и есть Санджей. Похоже, тебе было очень комфортно в его обществе. – Ну почему слово «комфортно» обрело в его устах такой зловещий оттенок? – Я видел, как он смотрел на тебя. Это явно больше, чем просто дружба.
Тоби с особой яростью включил первую скорость, словно бы хотел за что-то наказать машину.
– Да вдобавок ты меня еще и обманула, – заявил он. – Сказала, что поедешь в Вест-Энд за покупками.
Тоби влился в быстро движущийся поток машин. Автомобиль, ехавший сзади, был вынужден резко затормозить. Водитель возмущенно просигналил.
– Пристегнись, – потребовал Тоби.
Эмми мутило. Да, она солгала, причем солгала мужчине, которого любила больше всех и с которым собиралась прожить до конца жизни. Это было непростительно. Однако у Тоби после ее экскурсии в Хэмптон-Кортский дворец появилась какая-то иррациональная неприязнь к Санджею и Айоне. Заочная, поскольку он ни разу их даже не видел. Его бесило само существование этих людей.
Обыкновенная ревность, идущая рука об руку с сильной любовью. Эмми это знала. Когда они проживут в браке несколько лет, Тоби уже не будет так волновать, куда жена поехала и с кем. Наверное, потом она станет вспоминать эти дни с восторгом и некоторой тоской. Но сейчас такая, в общем-то, невинная ложь казалась ей лучшим вариантом для них обоих.
Если уж быть совсем честной с собой, ревность Тоби даже льстила Эмми. Придавала ей уверенности. Доказывала глубину его чувств. С другой стороны, это вынуждало ее вести себя далеко не лучшим образом и превращаться в обманщицу.
– Я сожалею о своей лжи, – призналась Эмми. – Искренне сожалею. Но это была вынужденная мера. Я знала, как ты отреагируешь, скажи я правду. Мне до сих пор непонятно твое предвзятое отношение к моим друзьям из поезда. Но ты их явно невзлюбил. И раз уж мы заговорили о доверии, объясни, почему ты меня преследовал?
– Я вообще не собирался выходить из дому. Просто услышал по радио о какой-то крупной неполадке на железнодорожной линии между нашей станцией и Ватерлоо. Решил проявить героизм и подвезти тебя на машине. Включил приложение «Найди мой айфон», чтобы проверить, где ты сейчас. Представь мое удивление, когда я увидел, что ты движешься не на север, в сторону Лондона, а на юг.
Тоби сделал резкий поворот, отчего девушку отбросило к пассажирской дверце. Пояс безопасности впился ей в ключицу.
– Тоби, пожалуйста, сбрось скорость! – сказала Эмми.
Ей очень хотелось попросить его вернуться к привокзальному кафе, дав возможность хотя бы проститься с Санджеем и объяснить причину своего исчезновения. Но сейчас это имя подействовало бы на Тоби, как красная тряпка на быка. Жаль, она не догадалась спросить у Санджея номер его мобильного. Хотя зачем? Он пошел за кофе и через несколько минут должен был вернуться.
– Тоби, у нас с тобой был уговор: узнавать о местонахождении друг друга только в чрезвычайных ситуациях, а не для отслеживания каждого шага, – сказала Эмми. – Я не считаю твой поступок правильным. Это вторжение в личное пространство. Ты бы мог просто позвонить мне!
– Эмми, мало того, что ты мне солгала, так ты еще за моей спиной встречалась с другим мужчиной. Не тебе читать мне лекции о правильном поведении и нравственности. Ты всерьез считаешь, что я поверю, будто между вами ничего не было? Попробуй взглянуть на это моими глазами!
Тоби повернулся и пристально уставился на нее.
– Да следи же ты за дорогой! – крикнула она. – Нам еще только не хватает попасть в аварию! Я понимаю, как все это представляется тебе, но клянусь: между мною и этим парнем ничего не было. Он мне всего лишь друг.
  
– И все равно, видеться с ним ты больше не будешь, – тоном капризного ребенка заявил Тоби.
– Тоби, ты не вправе диктовать, с кем мне видеться, а с кем нет, – ответила Эмми, пытаясь отстоять свою позицию, но у нее предательски задрожал голос. – И потом, перестать встречаться с ним я никак не могу. Мы почти ежедневно ездим в одном вагоне.