Смерть старого мира (СИ)

Под прицелами настороженных взглядов парень прошёл до стойки выдачи, явно привычно и совсем не глядя в меню назвал номер заказа, и лишь после этого изволил обернуться. Агнесса заметила, что большинство — да что там, все! — отвернулись, возвращаясь к прерванным занятиям, а вот она сама — замешкалась. Неприятное покалывающее ощущение коснулось загривка в миг, когда она встретилась взглядом с разными глазами Сандерса — живым и кристальным, — и, повинуясь безотчётному инстинкту, девушка покорно потупилась. Но ненадолго — стоило ур-магу отвернуться, чтобы забрать поднос, как внимание Агнессы, словно магнитом, притянуло к его механической руке. В голове роилась тысяча вопросов, но колючий вид парня наводил на мысли, что нельзя вот так просто подойти к нему и все их задать.
Как оказалось, ничто не помешало самому Сандерсу решить проблему наблюдательной нахалки раз и навсегда — поскольку, несмотря на обилие пустовавших столов, с подносом наперевес он направился прямиком к ней. А Агнесса, продолжая таращиться на его руку, самым постыдным образом это проморгала. Осознание, что предмет её пристального наблюдения нависает над ней с недвусмысленной угрозой, заставило девушку буквально окоченеть. 
— Пялиться невежливо, тебе не говорили об этом? 
Голос — хрипловатый и низкий, создавал впечатление, что самому парню что-то мешает говорить. Агнесса решила, что если повреждения коснулись всей правой стороны, то могло достаться и связкам. 
— Извините, — она снова опустила взгляд на свой поднос, заметив, что успела растерзать булочку на крошечные кусочки.
— Не извиню, — с ленцой отозвался парень, без разрешения садясь напротив неё. 
Как ни странно, именно эта фраза, порядком надоевшая Агнессе, позволила ей сохранить хотя бы толику присутствия духа и не сбежать сразу. Напротив, она ощутила просто небывалый прилив злости и сил, но стоило ей посмотреть исподлобья в изуродованное лицо Сандерса, как весь запал куда-то испарился. Спорить, во всяком случае, точно расхотелось.
— Я... — кашлянула девушка смущённо, стараясь как можно более незаметно счистить с пальцев прилипшие крошки. — Никогда не видела такого. Даже не думала, что такое возможно сделать. Выглядит очень страшно, но изящно.
Краем глаза она заметила, как по уцелевшей стороне лица пробежалось странное выражение — изумление, смешанное с лёгкой недоверчивостью, сменившееся снисходительностью. И внезапно девушке стало ощутимо легче дышать — запоздало она поняла, что львиная доля напряжение исходила от самого парня.
— Что сказать... не все маги достойны такого лечения, — Сандерс, явно красуясь, вытянул вперёд искусственную руку, пошевелив пальцами с еле слышным угрожающим клацаньем когтей. 
Агнесса завороженно наблюдала за этим движением, любуясь яркими бликами на безупречно отполированным металле.
— Просто поразительно! Такая аккуратность, — с неподдельным восхищением заметила она. — И такой контроль...
— Чувствительность, между прочим, не нарушена, — самодовольно прокомментировал парень, сжав ладонь в кулак. — Оттуда и контроль.
— А глаз? 
Агнесса перевела взгляд на его лицо, воспользовавшись моментом и пристально разглядывая кристалл в глазнице. Вблизи стали заметны тонкие грани и с такого ракурса становилось понятно, что изумруд долженствовал изображать радужку, а сам кристалл был молочно-прозрачным, в подражание глазному яблоку. 
— Артефакт. Работает как обычный орган и немного смотрит за Грань, — он выдержал театральную паузу и изобразил загадочное лицо. — Или чуть глубже за Грань, если ты понимаешь, о чем я.
Агнесса не поняла, но на всякий случай кивнула в ответ — довольно неуверенно:
— А как это произошло? Какие-то сложности с ритуалом? — дипломатично она не стала упоминать о фразе Синклера, что, мол, «ур-магия не прощает ошибок».
— Ритуал? — Сандерс рассмеялся над ее предположением как над нелепой шуткой. — Чтобы я, боевой маг, ползал по полу с мелком в руках? Нет! Я зачерпнул силы, недоступной смертным, и оказался — тогда! — недостаточно расторопным, чтобы улизнуть с ней. С тех пор я многому научился, конечно же, и сейчас повторил бы всё с легкостью и удачно.
 
Девушка быстро заморгала, озадаченная тем, что, с одной стороны, ур-маг легко и беззаботно признавал собственное поражение, стоившее ему изрядных увечий, но вот с другой — выбранные им выражения оказались буквально пронизаны ребяческим бахвальством. Впрочем, она озаботилась подобающе-восторженным выражением лица и не стала задавать каверзных вопросов.
— А почему вам... просто не вернули вашу руку? — наивно поинтересовалась Агнесса, выцарапав из памяти пару прецедентов.
Тогда, при помощи ритуалов и сложнейшего колдовства — а, если быть точной, ведьмовства, — раненым действительно возвращали утраченные конечности или органы. При условии, разумеется, что раны были не смертельными...
— Ур-магия, — парень мельком бросил пренебрежительный взгляд на повязку на её плече, — в отличие от прочих, «безопасных», дисциплин, работает с божественными источниками энергии. Особенно на том уровне, на котором с ней обращаюсь я. Ошибка стоит не просто плоти — кусочка души. Большинству ошибка стоит жизни, даже больше скажу — самого бытия. Я же отделался рукой и обрел беспрецедентную силу.
Слово «беспрецедентную» он просмаковал, словно само его употребление делало речь более весомой. После этой отповеди Агнессе даже не пришлось изображать нечто сродни благоговению и восхищению — само так вышло. Правда, она с трудом представляла себе, каким образом можно «напластать» душу кусочками — не ветчина же это, в конце концов! — но решила, что обязательно проконсультируется на этот счёт с Мельхиором. 
— Ваша... рука выглядит как очень грозное оружие, — девушка улыбнулась едва ли не заискивающе, по привычке нервозно сплетя пальцы в «замочек». — Ничуть не удивлена, что именно вы удостоились подобной... починки?
Сказала — и моргнула быстро, настороженно — вдруг обидится на это слово? 
Кевин самодовольно ухмыльнулся, судя по всему, вовсе не обратив внимания на формулировки, поднял руку и сосредоточенно на нее посмотрел. Кисть странно крутанулась на шарнире в запястье, что-то щёлкнуло и все пальцы — кроме крайних фаланг — изогнулись так, что металлический изгиб теперь смотрел в противоположную сторону. 
— Так, — парень сжал пальцы, мгновенно переставшие напоминать птичьи когти, — намного удобнее в быту — реже оставляешь царапины и порезы на окружающих... предметах. Так что ты права — кому ещё такое выдать, как не самому одарённому студенту курса?
Он резко разжал пальцы, и под аккомпанемент щелчков и шелеста рука снова превратилась в хищную лапу. Агнесса вздрогнула, но не испуганно, а, скорее, восторженно, и едва удержалась от того, чтобы захлопать в ладоши от таких фокусов, проделанных, судя по всему, без малейшего неудобства. Её даже почти не смутила нарочитая пауза после «окружающих»...
— Курса? Если верить тому, что говорят — а теперь я вижу, что слухи не врут, — вы — самый лучший студент всего выпуска! Но я уверена, рано или поздно вам удастся утереть нос самому Альфреду Блэ... — монетка, выложенная ранее на стол, внезапно подпрыгнула и мелко задрожала, подскакивая на ребре. 
Агнесса вскочила, не договорив, и подставила ладонь, ловя пенни:
— Извините! Было очень, очень приятно побеседовать с вами! — затараторила она, попятившись спиной от стола с виноватой улыбкой. 
Сандерс смотрел на неё с уморительным удивлением — абсолютно откровенно на лице читался вопрос «куда?!», но ждать, пока он задаст его вслух девушка не стала. Просто резко кивнула, развернулась и стремглав побежала прочь из столовой. Получилось!
Агнесса поняла, что ни секунды, ни единого мгновения не сомневалась в том, что её новоиспечённые знакомицы смогут ей помочь. То, что этот «сигнал сбора» может служить для отмены запланированного — девушке в голову не приходило. Более того, она и в мыслях не допускала саму вероятность провала их попытки. Ведь, в самом деле, чего сложного — вызвать откуда-то из-за Грани одного из сильнейших демонов Амальгамы!