Смерть старого мира (СИ)

— Всё равно, воровать нельзя, — заключила она, старательно нахмурившись.
— В целом, да. Но если воровать хорошо и со знанием дела — то очень даже можно! — с Честером было совершенно невозможно спорить. 
Своей безмятежностью он словно щитом отражал любые упрёки. Девушка, покачав головой, спрятала коробку с чаем в корзину и с лёгким прищуром посмотрела на небо, выискивая среди сумрачных облаков светлое пятнышко солнца.
— Да-да, сестрёнка, нам надо бы поспешить. Вещи разложить, устроиться в каюте, чтобы не слишком укачивало, — правильно расценив взгляд, поторопил её Честер и сам пошёл к причалам.
Там постепенно становилось люднее, отовсюду слышались ленивые перекрикивания, команды и ругань. Кто-то клял погоду, кто-то чаек, кому-то житья не давала береговая охрана, а у кого-то, судя по жалобам, выдалась нелёгкая ночь. Скрип такелажа и вопли птиц гармонично вплетались в общий гам.
На Агнессу с Честером внимания особо не обращали — так, окликнули пару раз и только. Девушка старалась не поднимать взгляда от земли, да и, с её точки зрения, это было бы крайне опрометчиво — поскользнуться в грязи или на какой-нибудь доске здесь было плёвым делом. А она и так уже успела перепачкать одежду — юбку-то наверняка придётся застирывать в каком-нибудь водоёме по пути в Пэйлвуд.
— Нам сюда, — Честер свернул к небольшому пирсу, рядом с которым покачивалась единственная лодка. 
На палубе с предельно сосредоточенным и немного загнанным лицом сновал Билли, который, при виде вора, заметно оживился:
— Так, отлично. Грузи шмот, девку и отплываем — сейчас же! — с нотками тихой паники пробасил он, нервно косясь в сторону причала. 
Честер, свалив вещмешки ближе к носу, непонимающе нахмурился:
— Что стряслось? Тебя поймали с поличным? Так ты ж вроде чистенький нынче — пускай себе бобби с проверками приходят — что с того?
— Лейси, — коротко бросил Билли, сосредоточенно сматывая швартовы. 
Агнесса снова имела удовольствие увидеть, как побледнел Честер.
— Ясно. Агни — дуй в каюту, займи любую койку и не отсвечивай — щас мы быстренько рванём... — скомандовал было он, бросаясь помогать Билли, но тот почему-то застыл и сдавленно простонал, глядя на причал:
— Слишком поздно...
— Да что случилось? — совершенно растерялась девушка, переводя взгляд с одного затравленного лица на другое, но те молчали. 
За спиной у неё процокали быстрые шаги и лодка качнулась, когда некто ловко запрыгнул на палубу.
— Что, пытались улизнуть без меня? — несомненно женский, потрясающе красивый низкий голос заставил Агнессу развернуться, но увиденное тут же испортило впечатление. 
Новоприбывшая барышня совершенно точно приходилась Билли сестрой. Ну или ещё какой-то очень близкой родственницей, поскольку внешнее сходство казалось абсолютным. Невысокая — ростом с Агнессу, она была раза в полтора её шире и обладала примерно теми же чертами, что и рыбоподобный владелец лодки. Единственное отличие — волосы, шикарные и густые, да только и те невнятного мышастого цвета. Платье пронзительно-розового оттенка никак не исправляло картину, а лишь подчёркивало недостатки фигуры.
— Здравствуйте, — забыть о манерах Агнесса себе не позволила, даже несмотря на то, что Лейси, ответившая ей столь же внимательным взглядом, состроила крайне враждебную гримасу.
— Привет, — бросила она подчёркнуто равнодушно, но, переведя взгляд на топчущегося рядом Честера, с радостным визгом кинулась ему на шею. 
Вид у парня при этом стал несколько несчастный.
— Я как знала, что ты сегодня поплывёшь с нами! Долго же тебя уговаривать пришлось! — совсем иным, восторженным тоном обратилась она к нему.
— Н-ну... я же обещал... как тут — не повидаться со старыми друзьями? — невнятно промямлил он в ответ, осторожно пытаясь выбираться из крепких объятий Лейси — та, впрочем, отпускать его не собиралась.
— Всё врёшь — не появляешься у нас уже три недели! — проворковала она, и Агнесса вновь поразилась чудовищному контрасту между голосом и внешностью. 
Вообще говоря, с её точки зрения, сцена была несколько неловкой, и она решила самоустраниться, отойдя к единственному строению на палубе, которое, надо полагать, и было каютой.
 
Внутри оказалось четыре широких скамьи, которые, надо полагать, и были теми самыми койками, отделённые друг от друга невысокими перегородками. Рядом с каждой располагался небольшой сундучок — вероятно, для личных вещей, и Агнесса, памятуя указание Честера, выбрала одну — самую дальнюю от входа, справа. Снаружи доносились голоса — вялая перебранка в которой, судя по всему, Билли и Честер на два голоса пытались убедить Лейси, что её присутствие совсем не обязательно. Та же резко осаживала первого и совершенно по-кошачьи мурлыкала со вторым. В итоге, судя по бодрому тону девушки, победила её настойчивость, и теперь каблучки простучали в сторону каюты. 
Через пару секунд в дверном проёме нарисовался приземистый силуэт, на который Агнесса была просто вынуждена обратить внимание, поскольку тот самый чудесный голос с совсем неласковыми интонациями произнёс:
— Теперь ты.
Вышло весьма зловеще, и девушка на всякий случай украдкой покосилась по сторонам в поисках запасного выхода, но такового, увы, не наблюдалось — в крошечные оконца по стенам пролезла бы пара её кулаков, но не она целиком.
— Да, Лейси? — как можно любезнее спросила Агнесса, складывая ладони по привычке на коленях, и с почтительным вниманием глядя в выпуклые блёклые глаза.
— Честер — мой, усекла? — поразительно, но даже грубость, произнесённая таким голосом, звучала... красиво. 
Агнессе совершенно не хотелось спорить, тем более что и повода для этого она не видела, и потому безмятежно кивнула:
— Как вам угодно.
Лейси, видимо, не ожидала такой лёгкой победы и потому, закономерно, в неё не поверила.
— Ты, видимо, меня не поняла, — вкрадчиво произнесла она, проходя внутрь каюты и преувеличенно тщательно закрывая за собой дверь. 
Стало темнее, и в отблесках сумрачного света, просачивающегося через те самые форточки, Агнесса увидела, что глаза Лейси фосфоресцируют, как у зверя. Ей стало окончательно не по себе.
— Отчего же? Вы выразились предельно ясно, а я, в свою очередь, не перечила вам, — неуверенно пробормотала она, отодвинувшись от опасной особы подальше.
— Не перечила — но собиралась! — попыталась уличить её во лжи Лейси, но Агнесса упрямо мотнула головой.
— Совсем нет! Мисс Лейси, я уверяю вас — Честер просто... — она понимала, что ступила на крайне хрупкий и тонкий лёд, поскольку любое правдивое объяснение эта влюблённая — а она была, несомненно, влюблена по уши — барышня извратит в угодную ей сторону, и потому, собравшись с духом, выпалила: 
— Просто вызвался помочь мне добраться до Пэйлвуда. Ничего больше. Я не знаю, почему так, а если вам так хочется понять его мотивы — можете спросить у него сами. И, пожалуйста, прекратите на меня давить.
Вместе с произнесёнными последними словами куда-то улетучился и страх. Агнессе стало даже смешно — как она вообще могла даже помыслить о том, чтобы испугаться чего-то настолько ничтожного? 
Лейси, однако, так просто сдаваться не хотела, и уже раскрыла было рот, чтобы как-нибудь ещё осадить «соперницу», как дверь в каюту распахнулась, и на пороге возник виновник спора. Правда, выглядел он так, что Агнессе захотелось срочно свернуть дискуссию, только чтобы поинтересоваться у Честера, не намерен ли он прямо на месте отдать Духам — или к кому он там обращался — свою душу. Бледный намного сильнее обычного, взмокший от пота и дрожащий, он стоял немного кособоко, держась за живот.
— Честер? — обе девушки встревожились с одинаковыми интонациями, но Лейси была ближе и потому парень тут же вновь оказался захвачен ею.
— Всё хорошо, всё замечательно, всё... просто прекрасно, — пробулькал он, сдавленно икнув и пытаясь идти к ближайшей койке — что было затруднительно, пока Лейси не поняла его намерения. До того он вяло перебирал ногами на месте.