Северянин. Трилогия (СИ)

Весь мой план строился на том, что Бьерг не будет заморачиваться и обходить Одлор с другой стороны. Зачем ему это, когда фьорд находится прямо возле Лейры, в этом месте будет удобно напасть. Уверен, он именно так и думает, поэтому тут его и встретим.
В дальнейшем, если нам, конечно, удастся пережить нападение Бьерга, я планировал начать постройку полноценной каменной стены. Причем строить ее нужно быстро, чем раньше, тем лучше. Ну а чего? Рабочей силы у нас предостаточно, камней на острове тем более. А ведь очень скоро в этот мир придут сотни, а то и тысячи людей, часть их которых наверняка знает, как воевать, которые обладают какими‑никакими стратегическими или тактическими умениями, кто оттачивал свое мастерство в других играх. Против них мои текущие ухищрения могут и не сработать.
Помимо рогаток я предлагал построить несколько башен. Как они там называются? Сторожевые? Короче говоря, на данный момент их функция следующая: разместить стрелков на возвышенности, чтобы они могли вести более прицельный огонь на дальнюю дистанцию. Постройка таких башен не должна была занять много времени, тем более защищать моих стрелков от вражеских не нужно – как я и говорил, вражеских лучников не планируется. Впрочем, какие‑никакие доски для защиты приделать все же стоит. А вдруг я ошибся? А вдруг Бьерг придет с лучниками?
Народ согласился с моими доводами и принялся за работу. Кто‑то рубил деревья в ближайшем лесу, кто‑то таскал колья и доски к побережью, кто‑то из поступающих беспрерывным потоком материалов уже изготавливал конечный продукт – те самые рогатины.
Конечно же, к делу приобщили и треллов.
Кстати, о последних: прибыв на острова, они наконец поняли, что везут их вовсе не демоны, и вовсе не в преисподнюю. Многих подобный расклад даже успокоил. Ну а что? Работать, пусть и рабом на чужбине, намного лучше, чем вариться в котле под неусыпным оком дежурного черта. Или как там у них, в их религии изображен ад?
Работу нашли абсолютно всем. Мужики таскали дерево на берег (рубку деревьев им никто не доверил, или, что правильнее, никто не додумался дать треллу топор). Некоторая их часть занималась выкапыванием рва. Женщины и дети таскали землю, обустраивая земляной вал, как раз рядом со рвом.
Местные внимательно наблюдали за треллами, особо умным не позволяли отлынивать, особо наглых быстро перевоспитывали.
В большинстве своем проблем с треллами не было. Ну, почти.
Я бродил по «стройке века», контролируя процесс и выгуливая два свои подарка – тех самых псов. Огроменные твари, в холке доходившие мне почти до локтя, вели себя на удивление спокойно. Помню, как в первый раз их увидел, был впечатлен их размерами. Это ж прямо‑таки варги из «Властелина колец»!
– Мой тэн! – сказала мне тогда Ансу. – Позволь сделать тебе подарок.
Она указала на собак, послушно сидящих рядом с ней.
– Спасибо, но я… – попытался было отмазаться я.
Нет уж, на хрен. Птица ‒ это еще куда ни шло – все‑таки символ клана. Но таскать за собой этих монстров я точно не собирался.
– Мой тэн! – сказала Ансу. – Поверь мне, лучших охранников и стражей тебе не найти. Они не позволят никому причинить тебе вред. Эти псы прекрасно понимают, когда к тебе приближается враг, и остановят его даже ценой свой жизни. Наш клан выиграл многие битвы только благодаря им.
– Им? – удивленно переспросил я.
– У нас около двух сотен боевых псов, – пояснила Ансу, – и поверь, они много стоят. На наш остров многие пытались напасть, пытались нас ограбить, но ни у кого так и не получилось…
– А Рорх? А конунг? – усмехнулся я.
– С Рорхом мы сами себя обхитрили. Ему нет до нас дела. А конунг…боюсь, конунг пришлет столько воинов, что и трех сотен боевых псов будет недостаточно, чтобы их остановить. Я слышала, что когда один из ярлов поднял мятеж, конунг отправил десять драккаров и убил на острове всех, включая детей и женщин. Я не хочу, чтобы с нашими людьми случилось то же самое.
Я кивнул. Что же, понимаю ее. Нет, боевые псы ‒ это, конечно, хорошо. Читал я о том, что и у римлян они использовались, и у других народов. Да чего там, вон, наши погранцы ведь до сих пор собак держат? Даже вроде какие‑то спецподразделения МВД есть, где кинологи со специально обученными собаками служат. Так чего я удивляюсь?
 
Я взглянул на «подарки». Нет, служить‑то пусть служат, но где уверенность, что эти монстры когда‑нибудь не попытаются сожрать меня? Я понимаю ‒ овчарка, бультерьер, ротвейлер…но эти… Ну точно, варги! Взбредет им что‑нибудь в голову, и все, конец мне.
Нет, конечно же, я преувеличивал. Вряд ли собаки меня успеют прикончить, будь я в режиме берсерка. Но ведь его еще «включить» надо успеть…
– Lytte til eieren! – произнесла Ансу, указывая на меня. Я сжал рукоятку топора, готовясь к неприятностям, но ничего страшного не случилось. Собаки встали, не спеша двинулись ко мне, обнюхали и сели рядом, по обе стороны. – Теперь ты их хозяин! – сказала Ансу. – Я научу тебя командам.
И научила. Команд было – кот наплакал. Фактически: «Место», «Ко мне» и «Фас». А что, собственно, еще надо?
Водить собак на поводке было бессмысленно – я прекрасно оценивал свои силы и понимал, что вздумай они куда‑то убежать, я их удержать не смогу. Даже одного из них.
Когда мы проходили мимо рва, рядом с которым треллам раздавали еду – горячую похлебку, оба пса повернули морды в сторону здоровенного чана, висящего над котлом, высунули языки, с которых на землю капала слюна.
Вот ведь, ненасытные твари! Ведь с утра овцу сожрали, только кости оставили, и уже опять жрать хотят!
– Гери! Фреки! Место!
Я не стал заморачиваться с именами, и назвал их, как волков Одина. Ну а что, надо же поддерживать имидж. Тем более после того, как многие одлорцы перешли в нашу веру, Копье принялся их просвещать, вчера вечером его было не заткнуть – одна история за другой. Так что большинство моих соплеменников уже отлично знали, почему я назвал своих псов именно так.
Псы тут же вернулись ко мне, хоть и поглядывали голодными, завистливыми взглядами на треллов, уплетающих похлебку.
В этот момент и случился один из тех самых конфликтов, о которых я упоминал.
Один из треллов, получив свою порцию похлебки, вдруг заорал и плеснул горячее содержимое своей деревянной миски прямо на молодого воина, наблюдавшего за треллами.
Воин заорал не своим голосом, схватившись за лицо. А трелл подскочил к нему и выхватил скрамасакс.
– Чертовы язычники! Чернуши! Смерть вам!
Кажется, я узнал этого типа: Арви. Тот самый, устроивший в Остроге представление под забавным названием «сникерсни».
Прежде чем я глазом успел моргнуть, чертов трелл вонзил скрамасакс в живот бедолаге, все еще оравшему не своим голосом и закрывавшим ошпаренное лицо руками.
Ну что же, я знал, что с ним будут проблемы. Жаль только, что создавая их, он убил одного из наших.
– Убить! – заорал я, указав на трелла.
Оба моих пса сорвались с места, как пружины. Они накинулись на Арви прежде, чем тот успел сообразить, кто вообще к нему приближается. Скрамасакс в его руке совершенно не помог – он даже дернуть им не смог.
Черно‑белый Гери впился в его руку, через секунду раздался вопль Арви, а следом хруст – пес перекусил и руку, и кость. Через мгновение вопль смолк – подоспевший серый Фреки свалил на землю свою цель и вцепился в глотку. Пара секунд, и псы спокойно развернулись и неспешно потрусили ко мне.
А на земле остался лежать труп с разорванным горлом и перекушенной рукой. Оторванная конечность лежала в метре от тела и все еще сжимала скрамасакс, который ничем против псов не помог…
 
Уж не знаю как, но новость о том, как погиб Арви, среди треллов распространилась молниеносно. Буквально десять минут спустя, когда я появился на берегу, тут же заметил, как боязливо жмутся треллы, стараются обойти меня и моих псов стороной.
Ну что же, пусть боятся, я не против.
– Ярл! – крикнул мне Нуки, стоявший возле костра, над которым жарилась чья‑то тушка. – Иди к нам!