Северянин. Трилогия (СИ)

Меж тем Рагнар шагнул ко мне и сказал:
– Тэн! Разведчики, которых ты послал за девчонкой…
– Ну? – нахмурился я.
– Они прислали гонца – девчонка добралась до Острога.
– И?
– Там начались сборы. Р`атор считает, что они собираются отправить к нам отряд…
– Отличные новости! – я хлопнул Рагнара по плечу и обернулся к Нуки. – Кажется, пора поделиться своими идеями. Берем вещички и возвращаемся в деревню – там все и расскажу.
  
Глава 20 Обычный день обычного стражника
 
Дитрих Вильгельм Хаузер по кличке «Хорек» с трудом разлепил глаза. Господи, как же болит голова! И зачем столько было пить вчера?
Впрочем, этот вопрос он задавал себе каждый раз после грандиозной пьянки, именно такой, как была вчера. Вопреки распространенному мнению о наемниках и старых вояках, Дитрих пил мало. И причиной тому была вовсе не забота о собственном здоровье, жадность или еще что‑то.
Все было много проще – Дитрих Хаузер по кличке «Хорек» попросту не умел пить. И не просто не умел, а вообще терял над собой всякий контроль. Бывало, что мог прогулять за один вечер все месячное жалование. Поэтому крупных попоек Дитрих старался избегать.
Да вот вчера не повезло – барон выкатил целых два бочонка Тонерийского. Один отдали солдатам, а вот второй бочонок утащили сержанты. Их в Остроге было аж трое – сам Дитрих, являющийся помощником командующего Острога, Бумбо Кулак – один из охранников господина барона, а тут еще и Лестер ле Гран, более известный как «Режь Глотку» прибыл. Последний, к слову, был давним приятелем Дитриха – ох, сколько они повоевать‑то успели…и в Битве Шести Королей побывали, и выжили на Холодном плато, и даже вместе пережили Стельмскую резню, когда пьяных наемников горожане попросту перебили. Дитрих с Лестером тогда умудрились сбежать в одних портках. А потом еще три месяца мыкались по лесам, занимаясь разбоем. И как их тогда не поймали?
Впрочем, все это было в прошлом. Теперь Дитрих – уважаемый горожанин, хранитель порядка. Бумбо Кулак и вовсе особо приближенный к барону. Господин охранитель ‒ вот теперь как обращались к Бумбо! Ха! Это же надо? Дитрих прекрасно помнил, как Бумбо резал глотки на тракте и дворянчикам, и их женушкам. Да и к их отпрыскам особо жалости не испытывал…
А тут «охранитель»…
А уж как взлетел Лестер! Уму непостижимо: королевский гвардеец! Это ж надо? Сидит себе во дворце, лапает фрейлин да служанок… Хотя нет, вот сейчас погнали с послом, виконтом Ле Груа, к нашему корольку…
Дитрих, как и все, кому довелось воевать за Шиал, испытывал, мягко говоря, презрение к Алгеду Второму, получившему прозвище Блаженный. Королек был труслив, слабохарактерен и, что уже давно перестало быть тайной для всего королевства, занимал трон лишь номинально. Страной правил Граф Войте – и вот уже о нем все ветераны отзывались крайне положительно. Граф поднялся из обычных дворян, смог занять свой нынешний пост главнокомандующего не благодаря протекции родственничков, а действительно благодаря собственному таланту полководца. Да и воином он был отменным: умелым, смелым, часто не боявшимся ходить по самой грани. Только благодаря ему маленькое королевство Шиал еще не оказалось захвачено более крупными и агрессивными соседями.
Чего уж говорить, сам Дитрих, выбравшись из мясорубки, которую назвали «Битвой Шести Королей», решивший раз и навсегда распрощаться со стезей наемника и осесть где‑то в роли стражника, решил податься именно в Шиал. И Шиал он выбрал как раз из‑за главнокомандующего. Были места, где платили больше, но Шиал благодаря графу Войте слыл местом тихим и спокойным. Бди себе на посту, и горя не знай. Ну, еще иногда приходится по лесам побегать, бандитские ватаги погонять. Или же забредших милостью Триликого дезертиров ловить… Но это скорее развлечение, чем обязанность. И денег за такое граф платит прилично, и от горожан почет да уважение, да и вообще – полезно иногда прогуляться. Не всю жизнь ведь за стенами Острога сидеть?
 
Дитрих не без труда поднялся и огляделся. Так…и где это он? Похоже, в хлеву. Ну что же ‒ это не худший из возможных вариантов. Бывало, что он и в церкви просыпался, и в придорожной канаве, в луже нечистот под стенами Редволла, и даже в свинарнике. Так что сухой, чистый и даже теплый хлев – вполне себе приличное место для того, чтобы в нем переночевал глубокоуважаемый жителями Острога сержант Дитрих Вильгельм Хаузер по кличке «Хорек», заместитель командующего обороной сего славного городишки.
Дитрих пошарил рукой в сене и практически сразу нашел рукоять своего «кошкодера». Это был короткий (чуть меньше метра длинной) меч, который он всегда таскал с собой как символ своего статуса. Ну и как дополнительное оружие (основное – пика, она была не всегда удобна, в таверну с ней, к примеру, не зайдешь).
Такое оружие имели все офицеры и сержанты наемных отрядов, которые смогли выдержать экзамен. Был он прост до безобразия – орудуя этим мечом, нужно было суметь «зацепить» меч противника и вырвать его из рук. В таком случае меч ты можешь носить по праву и даже сделать для него меховые ножны. У Дитриха такие были. Вот же, рядом с мечом лежат. И какого черта он вообще их снял, и зачем оружие вытаскивал? Нет, определенно, больше никогда он пить не будет.
С кряхтеньем Дитрих вылез из стога сена, поправил одежду, подвесил на пояс ножны и вернул в них меч.
Башка трещала так, будто по ней били. Но бывалый воин заставил себя выпрямиться и с гордым видом покинул амбар. Болезнь болезнью, а дело свое делать надо. Все же молодец, похвалил он сам себя – судя по всему, еще раннее утро, а он уже встал. Небось его собутыльники все еще храпят.
Дитрих гордо шел по улице, вышел на главную площадь, где застал всего несколько человек, бредущих по своим делам. А еще приметил несколько здоровенных жирных псов. Они вылезли на площадь, увалились на камни и подставили бока лучам солнца, которое сегодня было не по‑зимнему теплым.
Странная пора года – уже зима, а снега еще нет, еще довольно‑таки тепло. Но Дитрих не обманывался – очень скоро все изменится, снегопады будут идти непрестанно, холодный пронизывающий ветер лишь на сегодня взял выходной – скоро он вернется.
Прямо перед Дитрихом выскочила курица и нагло пошла впереди. Подобной наглости Дитрих выдержать не смог и одним быстрым и точным пинком отправил ее, заполошенно кудахчущую за ближайший забор.
Коровье мычание и ругательства пастуха, этих самых коров выгонявшего, заставили Дитриха внимательнее смотреть под ноги. Еще не хватало влезть в лепешку…
Он браво взбежал по лестнице, ведущей на стену. Там бдели трое стражников. Один прямо возле ворот, второй в центральной части и третий в башне у самых скал. Все трое несли службу, и довольный Дитрих поплелся к воротам.
Так то! И он с людьми хоть и строго, но справедливо, и люди дело свое знают, и никто не отлынивает, не дрыхнет на посту. Впрочем, он специально на сегодня поставил новичка на внутреннюю стену, что выходит к морю. Самое спокойное и тихое место. Уж если кто и решается подремать, то только там. Само место к этому располагает.
Дитрих начал спускаться с лестницы и внезапно, пошатнулся. Вот ведь…вчерашняя бражка все еще не выветрилась? Он постоял, опершись рукой о деревянный столб, перевел дух и двинулся дальше.
К слову, смешно сказать «на стену», ведь у Острога и стены‑то не было. Деревянный частокол и только. Вздумай кто брать этот городишко осадой, он бы и пары дней не продержался. Впрочем, какая осада? Появись тут войско неприятеля, и можно смело открывать ворота – обороняться они попросту не могли. Частокол служил скорее защитой от воров и грабителей, у которых не было другой возможности проникнуть в город, кроме как через ворота. А всю подобную публику бравые стражники Острога тут же разворачивали назад. Нечего пускать всякий сброд.
 
Даже взятки не помогали – стражники гордо отказывались от весьма щедрой взятки очередного вора, и тот, озадаченный случившимся (еще бы – как такое вообще возможно: стражник не берет взятки?), удивленный брел дальше по дороге.