Звездные войны.Записки юного целителя (СИ)

– Они из императорского сервиза, небось, - сообщаю через стекло подпершему голову руками Вейдеру, с поистине ситхской ненавистью рассматривающему кашу в тарелке.
И чего каша ему плохого сделала? За последние месяцы процесс регенерации легких и пищевода позволил Вейдеру по нескольку часов находиться без маски в помещении с особым составом воздуха и начать употреблять нормальную пищу. Да, пока это что-то жидкое и без специй. Да и какая лорду разница, если вкусовые рецепторы пока не восстановились. Зато ежедневная тарелка овсянки обеспечивает желудок и кишечник нормальной работой.
  
– Ну что, мне вас как маленького уговаривать: ложечку за Дарта Сидиуса, ложечку за Империю?
Дарт Вейдер изображает на лице страдальческую улыбку и берется за ложку. На утренние капризы у него еще четверть часа. Потом надо собираться на аудиенцию к Палпатину. Сегодня император желает видеть нас в своем официальном кабинете. Это нечто новое. Но я уже привыкла находиться поблизости от самого опасного существа галактики и не думать об опасности.
Вот ведь и правда – доктор одного пациента. Зато какого! Под выверты настроения Дарта Вейдера и постепенно меняющееся физическое состояние его собственный костюм жизнеобеспечения приспособиться не успевает. Да и сам неугомонный ситх так и норовит в ходе «восстановительных» занятий новую травму получить. Так что я почти целые сутки нахожусь рядом. И без дела не остаюсь.
Исключением являются встречи ситхов. Обычно – поздно вечером или ночью. Сначала думала, это какие-то особенно гнусные темные ритуалы. Может, раз-другой оно так и было. Но в основном у императора только в это время появляется возможность поговорить с учеником. Почему я так считаю? По результату. Я не знаю, какие слова нашел для Вейдера Палпатин, но после этих посиделок молодой лорд становился спокойнее и задумчивее. Нет, пустота из души не исчезла, но сжалась как-то.
Про подробности я спросить не решилась, но поймав мой любопытный взгляд после одного из вечеров, Дарт Вейдер заговорил сам.
– Его величество рассказывает о планах преобразования Империи. Планы просто грандиозные.
– Как-то без энтузиазма.
– Политика меня никогда не интересовала. Но я буду работать на любом направлении, которое повелитель найдет для меня наиболее подходящим.
Только сдается мне, что дело не только в поиске дела по плечу. Молодой ситх становился гораздо стабильнее от самого факта того, что с ним разговаривают по-человечески.
Сегодня такой разговор назначен на утро, и на него зачем-то пригласили меня. Или это нечто другое? Все-таки мне от мыслей о предстоящем становится не по себе. Рука в черной перчатке ложится на плечо.
– Ну, чего ты, Манюнь? Я не знаю, что он задумал. Но хуже-то точно не будет.
«Спасибо, лорд Вейдер». Только сказать это вслух вдруг стало неудобно.
***
– Прошу, друзья мои! Прошу садиться!
Палпатин изобразил на лице радушнейшую из улыбок. А меня не отпускала мысль о том, что именно в этом кабинете погибли магистр Винду с товарищами. Не самая приятная мысль, и проку от нее никакого, а избавиться не получается.
– Рад вас видеть. Искренне, рад. Но… - император убрал улыбку. – Но разговор у нас будет серьезный. О будущем.
Подчиняясь жесту хозяина, свет в кабинете стал слабее, а панорамное окно потеряло прозрачность и превратилось в огромный экран, изображающий величаво вращающуюся спираль Небесной Реки. Обычно, после такого общего вида, масштаб меняется, изображение в роликах увеличивается, и перед зрителем возникает сектор или система, о которой пойдет речь. Сейчас же наоборот. Спираль галактики стала меньше, оставив место межгалактической пустоте. Впрочем, пустота оказалась не совсем пустой. Теперь вниманию зрителей явлены плывущие в беззвездной пустоте… Корабли? Блуждающие планеты?
– Некие юуужань-вонги. Беженцы из соседней галактики. Раса, не оставляющая следов в Силе, отвергшая машинные технологии и крайне нетерпимая ко всему, что отличается от их весьма своеобразных представлений о жизни. Прибудут в Небесную Реку лет через тридцать-сорок. Чтобы жить здесь, но не с нами, а вместо нас.
Если это правда, то еще при нашей жизни боли и ярости в галактике станет куда больше, чем любви. Уж больно многообещающе выглядели меняющиеся на экране слайды.
– Информация заслуживает доверия? – вмиг подобрался, как приготовившийся к прыжку зверь, Вейдер.
– Как сильный форсюзер и предсказатель, сперва я увидел вонгов во сне. А потом и кой-какие разведданные появились. Когда знаешь, чего искать, найти получается гораздо легче. А вы думали, я войну с КНС устроил исключительно для того, чтобы поголовье джедаев сократить? Ради тренировки и возрождения армии. Еще одно доказательство надвигающейся большой войны - талант Вейдера в качестве полководца. Сила не ошибается и старается своим детям помогать. Только талант надо огранить, и тогда есть шансы что от вонгов отобьёмся.
– Вы и решили императором заделаться потому, что пока Сенат там договорится, эти вонги успеют нас уже парочку раз завоевать?
– Врать не буду: власть я люблю, абсолютную - особенно, да и без маскировки жить полегче. Кроме того, я хоть раз назвал свою Империю Империей ситхов? Не слышали такого? Это я к тому, что ни о какой мести джедаям я специально не думал. И о вонгах не думал. Сначала учитель какие-то свои планы в Диком космосе имел, чисто исследовательские, а меня в политику сунул, чтоб я во власти укрепился. Ему видите ли так материал для опытов находить удобнее! А потом и я про вонгов узнал, за месяц до того, как канцлером стал... Так что решил, коли карьера уже на взлете, то единая централизованная власть - оптимальный путь к победе.
- А джедаи?
- А что джедаи? Разве они бы позволили мне получить так много власти и остаться на посту до тех пор, пока от вонгов не отобьемся?
- Вы могли передать полученную информацию джедаям. Я не верю, что они бы проигнорировали угрозу!
Понимаю, что придворным этикетом от моих слов и не пахнет, но я просто растерялась, а Палпатин предпочел пропустить дерзость мимо ушей. Только циничной иронии добавил совсем чуть-чуть.
– Конечно же нет. Послали б навстречу угрозе мастера с падаваном. С учетом масштаба бедствия, может быть даже двух. Лорд Вейдер, расскажите девушке на досуге про то, как Орден защитил Набу в конфликте с Торговой Федерацией. И про то, что в это время делал Сенат, упомянуть не забудьте. Про нынешнюю войну вы и сами все знаете. Дело не в желании или нежелании Ордена. Проблема в том, что вся система сгнила.
Отвечать бессмысленно. Еще немного и ситх легко меня убедит в том, что власть ему гранд-магистр Йода почти насильно в руки всучил, а резня в Храме пошла Ордену исключительно на пользу. Неудобной паузы не возникло из-за вскочившего с места Вейдера.
– Что я должен делать? Приказывайте, повелитель!
Дарт Вейдер к рефлексии оказался не склонен. Сейчас он полностью устремлен в будущую драку.
– Флот, способный одержать верх над вонгами. Война клонов позволила накопить некоторый опыт, выявила слабые места. Теперь на этом фундаменте вы, друг мой, создадите победоносную имперскую армию.
– Да свершится воля императора!
– Вот, совсем другое дело. А то жуете сопли: «предавал – не предавал, убивал – не убивал».
– Но если вонги незнакомы с Силой, то в борьбе с ними важны одаренные любой направленности?
Я понимаю, что вопрос мой и не вопрос, а просьба о помиловании, которая шита белыми нитками для любого, имеющего уши, не то что для старого интригана Палпатина. Он меня прекрасно понял и счел возможным ответить. Но не мне.
– Вейдер, друг мой. Флот - флотом, но обязанности защиты Империи от джедаев с вас никто не снимает. В Центре Империи и следа их быть не должно. Во всяком случае, как хоть сколько-нибудь организованной силы. А вот отдельные вонгоопасные сектора Внешнего кольца могут быть неофициальным убежищем, из которого джедаев не выдают. Иррегулярные силы тех, кто, пройдя через войну и изгнание, очистился от идиотских правил и превратится в тех воинов, которыми они были до реформы, могут быть нам полезны в противостоянии вонгам.