Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ)
- Спагетти по-флотски, - бросает, не оборачиваясь. - Предупреждая твою профессиональную критику, скажу, что других макарон я у нас не нашла.
Осторожно несет тарелку, наполненную с горой. Щедрая жена. Макаронный Эверест покосился под тяжестью собственного веса.
- Я промолчу, - усмехаюсь, устраиваясь во главе стола. - Будем считать это авторским рецептом.
- Именно так! – берет вторую порцию для себя, гораздо скромнее, и садится рядом, по левую руку от меня. Со стороны сердца. Еще один объединяющий момент, которым мы в силу занятости часто пренебрегаем. Есть вместе – это как спать в одной постели. - Да и вообще, какая разница. Макароны – они и в Африке макароны.
Тон игривый, значит, конфликт исчерпан, а она больше не злится. Впрочем, ее выдержки никогда надолго не хватает. Однажды после очередной ссоры она гордо объявила мне «молчаливый бойкот», который длился… ровно три часа, и то потому что я был на работе. Потом я вернулся – и выслушал о себе много нового. Закончилось все традиционно – жарким сексом.
Не вовремя вспоминаю об этом и заставляю себя уткнуться в еду. Задумчиво кручу вилку в руке. Остываю.
- Приятного, - тихонько мурлычет Ксюша и чмокает меня в щеку.
Мгновенно отстраняется, прячет глаза, будто смутилась, и втыкает вилку в спагетти, накручивая их.
Пробую свои, машинально тянусь к солонке, захватив и перечницу. Щедро посыпаю блюдо, вскидываю голову к кухонному шкафу, прикидывая, какие приправы есть у нас дома. Однако спотыкаюсь о внимательный и чуть расстроенный взгляд Ксюши. Как преступник, пойманный на горячем, отодвигаю от себя специи и поднимаю ладони в знак капитуляции.
- Да ладно, продолжай, - шумно вздыхает жена, подперев подбородок одной рукой, а второй – дальше мучает спагетти. - Тем более все, к чему ты притрагиваешься, становится вкуснее. Доделай и мне, если не сложно, - смягчается.
Она похожа на вулкан: то засыпает, чаруя красотой и привлекая отчаянных туристов, то ни с того ни с сего извергается лавой, сжигая и разрушая все на своем пути. С ней сложно, неспокойно, но интересно. Я более холодный и умиротворенный. Мы с ней настолько разные, что просто обязаны быть вместе. Плюс и минус под силой притяжения.
- С удовольствием, - забираю наши тарелки.
Отхожу к кухонной столешнице, потрошу шкафы в поисках соусов и трав. Отдаленно слышу звук виброзвонка.
- Мэт, твой телефон, - предупреждает Ксюша, не поднимая трубку. У нас нет привычки лезть друг другу в контакты и переписки, тем более, у меня они рабочие. За редким исключением…
- Кто звонит? – бегло смотрю на время. Выдыхаю: рано.
- Не знаю, неизвестный номер, - жена встает, чтобы принести мне телефон.
Узнаю номер по последним цифрам, размышляю, отвечать ли при Ксюше или перезвонить потом. Но она сама, будто ненароком, скользит пальчиком по иконке – и снимает входящий.
- Да, - прижимаю трубку к уху, отхожу к окну, увеличивая расстояние между мной и женой. Благо, она возвращается за стол. – Мы договаривались на четыре.
- Поэтому и звоню. У меня окно через час, а потом уеду, срочно вызвали, - в динамике звучит женский голос, который в тишине кухни наверняка слышит и Ксюша. Надеюсь, с ее места слов не разобрать, но лучше перестраховаться.
- Я буду через час, - чеканю и быстро отключаюсь.
Поворачиваюсь к жене, изучаю ее хмурое личико. Молчу.
- Из ресторана? – неосознанно помогает мне наводящими вопросами. - Пора ехать?
- Пора, - отвечаю только на второй, чтобы не лгать в открытую. - Подвезти тебя в спортклуб?
- Успеешь? Тебя же ждут, - косится на телефон. На секунду мне кажется, что она пытается поджечь и взорвать его взглядом.
- Подождут, - убираю гаджет. – Найдешь мне свежую рубашку? – киваю на свой голый торс. – И для себя подбери что-нибудь другое. Ты же не поедешь так? – все-таки не выдерживаю и озвучиваю претензию.
- Тебя забыла спросить, абьюзер, - фыркает, но бежит в комнату. Зря я сделал ей замечание – она и так бы переоделась. – Знаешь, самые злостные ревнивцы получаются из тех, у кого рыльце в пушку, - выкрикивает из-за двери.
- Хочешь сказать, что мне стоит задуматься по поводу тебя и твоих замечаний? – возвращаю ей злую шутку. Или она серьезно меня в чем-то подозревает?
Ксюша мгновенно материализуется на пороге, бросает в меня рубашку. Горит вся, пылает. Особенно красивая в такие моменты, но опасная. Становится безбашенной, когда злится.
- Тебе стоит пойти на… - проглатывает ругательство. – На работу, - клюет меня в щеку. – Дай ключи, в машине подожду.
Поднимаю глаза к небу, но вижу лишь белоснежный потолок. Вот и пообедали. А экстренно «помириться» нет ни времени, ни возможности.
Глава 2
Вечер того же дня
Ксюша
- Жду всех в следующий вторник в это же время, - щебечу с улыбкой, прощаясь со своими маленькими клиентами.
Румяные, взъерошенные, запыхавшиеся после тренировки, они любому взрослому дадут фору по выносливости. Шустро переодеваются и на удивление бодро выскакивают из зала. Смеются, посылают мне воздушные поцелуи, которые я «ловлю» ладонью. Крепко сжимаю кулак.
Сколько же в детях энергии и света! Они как батарейки, что никогда не разряжаются. Вечный двигатель, которого нам не хватает с Мэтом. Наверное, поэтому между нами все потухает. С каждым днем некогда яркий, обжигающий костер тускнеет, пока не превратится в тлеющие угольки.
Хотя, может, дело совсем не в ребенке, а я просто ищу оправдание…
Любовь живет три года, мужчины полигамны от природы, а мне… надо меньше читать всякую ерунду в интернете. Я всего лишь искала способы заново зажечь наши отношения, но случайно забрела на странички психологов-шарлатанов. Как назло, там все проблемы до жути мне знакомые – и приговор неутешительный. Это как ставить себе диагноз по симптомам: интернет выдаст широкий диапазон вариантов, а сведет их все к раку. И вот ты уже сидишь и составляешь завещание.
Однако я решила не хандрить раньше времени, а взять ситуацию в свои руки. Сегодня нас с мужем ждет романтический вечер, который перетечет в откровенный разговор. Обсудим, что происходит между нами. Как взрослые, самодостаточные люди! Если не успеем до этого поссориться…
Провожаю взглядом моих шестилеток, проглатываю судорожный вздох и стараюсь не думать о плохом.
- Маруська, а ты чего тут? – замечаю девочку на скамейке в раздевалке. Сидит, понурив голову, ковыряет носком кроссовки пол.
- Папу жду, опять опаздывает, - жалуется и надувает губки.
Пытаюсь вспомнить, приезжала ли за ней когда-нибудь мама… и не могу. Зато образ ее отца четко стоит перед глазами. Хронически занятой бизнесмен, весь в делах, каменный и равнодушный. Чем-то напоминает мне Мэта.
Нынешнего Мэта.
Когда-то мой муж был совсем другим, внимательным, любящим и открытым, а в какой-то момент все изменилось… Впрочем, я лукавлю, ведь четко знаю, в какой именно: когда бизнес Матвея резко пошел вверх. У нас появились деньги, но исчезли чувства. Ресторан заменил мужу дом, команда – семью… А кто теперь вместо жены?
- Не переживай, подождем вместе, - мысленно забив молотком поднявшуюся из недр души депрессию, я подмигиваю малышке.
Собираю рюкзак, чтобы быть наготове, беспокойно поглядываю на часы. Стрелки неумолимо продолжают свой бег, отсчитывая минуты, а телефон требовательно вибрирует.
- Малыш… - звучит ласково и тепло, почти как раньше. – Я на парковке. Ты скоро?
Улыбнувшись, аккуратно выглядываю в окно. Перебираю пальчиками полоски жалюзи, осматриваю территорию спортцентра, цепляюсь взглядом за черный люксовый автомобиль. Он один такой, лучший, потому что в салоне… мой муж.
- Я чуточку задерживаюсь, Мэт, - растаяв под воздействием его бархатного голоса, произношу нежно и игриво. С легким налетом вины.
- Хм, ладно, - по тону слышу, что он напрягается. Вижу, как выходит из машины, опирается бедрами на капот. Первая стадия нетерпеливости. На второй – Мэт войдет в центр. – Ну, я жду, Ксюш. Появились некоторые планы на вечер, надо еще заехать кое-куда… - небрежно сообщает и сбивает мой романтический настрой.