"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Пару раз на выходные Грегори брал с собой Джанет. Возвращались поздно, и Джанет выглядела усталой, но в глазах прыгали озорные огоньки. Она наотрез отказалась рассказывать об этих поездках.
В один из таких одиноких вечеров Варламов сидел в гостиной с планшетом, захотелось узнать побольше о Трехликом.
О Рарохе компьютер выдал скудную информацию: существо в виде огненного вихря, хищной птицы или дракона. Образ был общим для славянских племён и являлся, возможно, противоположностью светлого бога Сварога.
Варламов перешёл к Лилит.
Компьютер выдал изображение, уже знакомое по дому Брайана: нагая женщина, едва прикрытая чёрными волосами, прекрасная и соблазнительная. Информация о ней была противоречива. Согласно одним источникам, она являлась падшим ангелом: вместе с Люцифером восстала против Бога и после падения превратилась в ночную демоницу, соблазнительницу спящих мужчин. Согласно другим — первой женой Адама, которая не пожелала подчиниться ему и, перейдя на сторону тёмных сил, стала матерью демонов. Образ Лилит присутствовал в легендах многих народов, хотя она носила разные имена. Приверженцы Трехликого чтили её как женственный лик Единого и дарительницу запретных любовных наслаждений…
Вдруг раздался гудок, и дисплей погас. Потом загорелся снова, но тускло. Появилась красная надпись: «Попытка взлома защиты. Задействованы все ресурсы компьютера. Не смотрите на экран, ждите голосового сообщения».
Варламов положил панель на диван и оглядел гостиную: светло, тихо, уютно. Чья злая воля ломится сюда?.. Он не знал, что делать, но через некоторое время опять раздался гудок и приятный женский голос сказал: «Попытка пресечена. Можете возобновить работу».
Варламов вздохнул и, не трогая панель, ушёл в свою комнату. Копаться в сведениях о Трехликом расхотелось. Когда Грегори и лукаво улыбающаяся Джанет вернулись, не стал ничего рассказывать: компьютер сам доложит Грегори.
По дороге на работу и обратно Варламов несколько раз замечал, что за ними следует неприметный серый автомобиль, и наконец сказал об этом Джанет. Глянув в зеркало заднего вида, та спокойно ответила:
— Это друзья. Не беспокойся.
Тем не менее, Варламов всё чаще испытывал гнетущее предчувствие близящейся беды. Две недели оставалось до Рождества, ещё через месяц была назначена свадьба, но даже это не радовало. А тут ещё Грегори уехал и не появлялся в течение двух дней.
На третий день его отсутствия на склад пришёл трейлер с грузом. Напарник заболел, и Варламову пришлось разгружать в одиночку. Он сильно устал, зато отпустили пораньше. Джанет отвезла его домой, а потом вернулась на работу. Варламов поднялся в свою комнату и прилёг на кровать. Было приятно расправить натруженные руки и ноги.
Незаметно он уснул…
Она сидит за компьютером, составляя отчёт. На сердце тревожно: Юджин какой-то хмурый последнее время. А вдруг его чувства остыли? Или ему нужен только секс и недоволен, что она не хочет уступить?.. Бедная её голова, опять допустила ошибку.
Раздаётся гудок, и поверх таблицы возникает сообщение: срочная почта. Она выводит текст и чувствует, как замирает сердце.
«Информацию уничтожить!»
С экрана исчезает всё, в том числе таблица, над которой так долго работала. Она стискивает пальцы и смотрит в окно: угрюмое небо, тусклый день. Соберись с силами, Джанет, выбрось эти мысли из головы. Надейся на лучшее, надейся, что он любит тебя!
Она встаёт и подходит к окну. Тучи стелются над окраиной города, дорога уходит в пустые поля. Серый безрадостный день. И такой же безрадостной кажется прежняя жизнь, до того как появился Юджин. Но вот и распутье: что делать?..
Робкая улыбка трогает губы.
«Почему ты растерялась, Джанет? Ты сделала немало шагов по этой дороге, ведущей в неизвестность — то ли в никуда, то ли в недолгий рай. Ты можешь сделать ещё один. И что бы ни случилось потом, этого у тебя уже не отнимут».
Она лукаво улыбается. Идёт к столу и глядит на дверь кабинета — закрыта ли? Снимает трубку телефона, набирает номер и ждёт… Наконец-то ответный голос. Сердце неистово бьётся, едва может говорить спокойно.
 
Всё, дело сделано. Если придётся отказаться… нет, она не будет думать об этом. Глядит по сторонам, кидает несколько дорогих ей мелочей в сумку. Теперь — дверь в кабинет. Вряд ли мистер Торп обрадуется, но на карту поставлена её жизнь!
Неужели она открывает эту дверь в последний раз?..
Варламов спал беспокойно, ныли руки и ноги. Какие-то смутные образы возникали, потом пропадали… как вдруг всё стало кристально ясным. Он снова увидел чёрную реку. Мама ещё стояла на другом берегу, и Варламов вдруг подумал, что время здесь течёт медленнее, чем на Земле. Как и тогда, в свете невидимого солнца пламенели волосы, но на этот раз любимое лицо выглядело встревоженным. Она робко протянула руку…
Варламов проснулся от прикосновения к щеке. Сердце сильно билось. Рядом сидела Джанет.
— Что с тобой, милый? — встревожено спросила она.
Варламов не ответил, и она прилегла рядом. Впервые их головы лежали на одной подушке. Блёклый свет позднего дня наполнял комнату, и Варламову стало спокойно и уютно. Он вздохнул, повернулся на бок и обнял Джанет.
И увидел, что она пристально и как-то печально глядит на него. И ещё увидел, что одета не по-домашнему, в плотную кофту и джинсы.
— В чём дело? — спросил он.
— Мы уезжаем, любимый, — сказала Джанет. Голос был тих, но мурашки пробежали по спине Варламова. — Пришло письмо от Грегори. Нужно немедленно уезжать. Он встретит нас по дороге. Я собрала вещи, пока ты спал. Посмотри, не забыла ли чего-нибудь?
— Куда уезжаем? — Варламов ничего не понимал.
Джанет помедлила:
— Дядя просил извиниться, что не успел поговорить с тобой. Он хотел сделать это ближе к свадьбе. Мы едем к друзьям в Канаду. Эта страна не затронута войной, и цзин ведут себя там гораздо осторожнее.
Она поднялась и подошла к фотографии на стене. Мать и дочь смотрели друг на друга, обе одинакового возраста.
— Пусть остаётся здесь. — Джанет отошла, но задержалась в дверях. — Поспеши.
Варламов встал. Посмотрел на голые дубы в окне, потом на открытую дверь. У порога стояла сумка, и Варламов заглянул в неё: Джанет положила его костюм и несколько рубашек. Подумав, надел джинсы и плотную рубашку, привычно переложил в большой нагрудный карман футляр Сирина, принёс из ванной бритвенные принадлежности. Всё, можно уходить. В последний раз поглядел на фото улыбающейся девушки.
«Прощай, Эрна. Спасибо за Джанет».
Застегнул сумку и спустился вниз.
Джанет колдовала над компьютером в комнате Грегори. Варламов подтащил обе сумки к двери и оглядел гостиную: чисто, уютно, кухонный уголок сверкает никелем. Но комната уже казалась пустой. Появилась Джанет, застёгивая куртку на ходу.
— Оденься теплее, — сказала она. — Ружьё не забудь.
Они вышли на веранду, свет в гостиной погас, и дом показался Варламову нежилым. На улице было сумрачно: близился вечер, из низких туч опять накрапывал холодный дождь. Машина стояла у крыльца. Евгений затолкал сумки на заднее сиденье и сел рядом с Джанет. Они тронулись.
Когда дом стал скрываться за дубами, оба оглянулись и мысли их, наверное, совпали: увидят ли его снова? Но Джанет быстро вела машину по безлюдным улицам, и Варламов стал смотреть вперёд. Он думал, что сразу выедут из города, но, к его удивлению, Джанет свернула к церкви.
— А сюда зачем? — спросил он.
Джанет поглядела лукаво:
— Ты думаешь, я отправлюсь в дальнее путешествие с посторонним мужчиной? Конечно, нет! Нам ведь придётся останавливаться в гостиницах. Сейчас нас поженят, пусть и на скорую руку. Я договорилась по телефону с пастором.
От неожиданности Варламов не нашёл, что сказать. Машина затормозила у церкви, и Джанет повернулась к нему.
— Если ты передумал… — Сомнение, а потом страх появились в её глазах.