"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Но на бумажке, которую протянул мне Ниммей, начало было немного другое. Написано все было на таком же непонятном языке, как и мемуары предка Чезанно, но сверху Ним заботливо написал перевод: «И будешь потомков своих охранять ты веками, чтоб сердце врага смогли окропить они кровью. И в память о том, что когда-то ты был человеком…»
— Между мщением драконам и охраной потомков очень большая разница, — я посмотрела на гордого феникса, всем своим видом олицетворяющего презрение к нашему тупому обществу и одновременно очень заметно тянущегося к Чезу. — Значит, для победы нам надо пшикнуть на сердце змея кровью кого-то из потомков феникса?
В это время камень для переговоров с Сенатом замигал, намекая, что с ректором хотят поговорить представители правительства. Новость была условно-приятная. Нам разрешали допросить «останки лэра ДиМауро»…
Глава 2-33 (54 день, 10 день осени)
В связи с высоким положением в обществе и кучей заслуг перед страной, а также из-за возможных сложностей во время вызова из-за внушительных телесных повреждений, для выполнения ритуала пригласили декана факультета некромантии. И тактично выставили из кабинета всех, чье общество было бы нежелательно для такого достойного члена общества, как лэр ДиМауро.
Зато послали за Эззелином, правда, приказали стоять под дверью и ждать, пока его вызовут. Логично — мало ли какая тайная информация выяснится, а тут лишние уши. Но пообещали, что обязательно пригласят попрощаться с дедом перед тем, как того упокоят.
И вот стоим мы все под дверью — я и Ниммей, Роджер, Жан и Чезанно, подошедшие после защиты диплома Фонзи и Ксирономо и сбежавшие с учебы Тимка и Адам. Неподалеку — Эззелин под присмотром Демо.
А в кабинете ректора, кроме самого хозяина, сидят: короли, Мухобой, завкафы некромантии и огненного факультета, Фредонис — для повышения уровня некромантской квалификации, Хамон и Медо — как группа ментальной поддержки, Сальваторе — как усы, лапы, хвост и, главное, уши Ордена. И Адвара — на случай, если полезут иллюзорные монстры.
Я уже приготовилась смотреть трансляцию от Фредо… И тут вдруг раз! И… связь оборвалась!
Едва удержалась, чтобы не ринуться сразу спасать мужа. Остановило озадаченное лицо Демо, у которого, похоже, тоже связь с братом отключили.
Массовое одновременное мощное ментальное блокирование и никаких подозрительных звуков из кабинета? Я знаю, кто на такое способен!.. Анаэль. Непонятно только зачем. Настолько не доверяет? Или боится, что мы под дверью слишком громко обсуждать услышанное будем?
К более-менее разумным доводам я обратилась спустя долей пять-семь, а до этого я пыталась выбрать между двумя противоположными вариантами. Ворваться в кабинет и навалять одному недоизнасилованному демону по шее. Или разрыдаться на груди у Нима с криками: «Как этот козел мог так поступить?». Или навалять… Навалять привлекало больше, потому как желание разрыдаться было явно наведенное ежемесячной шизой.
Вот когда истеричная кровожадность чуть схлынула, тогда пришли вполне логичные объяснения, учитывающие стоящего под дверью Эззи. Главное, скорее всего отрубали меня, а канал Демо и Медо пострадал за компанию.
Мы героически отстояли под дверью почти час, лениво переговариваясь и перешучиваясь.
Вначале мы старательно игнорировали присутствие Эззелина, но потом Адам зачем-то направился в его сторону.
Все напряглись и приготовились разнимать драку. Сам Эззи ощетинился до состояния ежика перед нападением… Но наш самопальный ангел, не дойдя до него пары шагов, спокойно произнес: «Соболезную, тяжело терять родных так внезапно» и снова вернулся к нам.
Эззелин никак отреагировать не успел, так как застыл на ту пару-тройку мигов, что Адам был рядом. А потом уже как-то глупо было кричать вслед гадости…
Больше желающих посочувствовать Эззи не нашлось. То есть в глубине души мы все ему соболезновали, но вот высказать это вслух не тянуло совершенно.
А примерно через час из кабинета ректора вышел завкаф некромантии лэр Бруно и позвал Эззелина попрощаться с дедом.
Едва за ним и Демо закрылась дверь, Фонзи пробурчал:
— Гавнюк он, конечно, но такого не заслужил.
Мы глубокомысленно покивали, но развивать дальше эту тему не стали. Ясно, что не заслужил. Никто такого не заслужил…
И тут из кабинета раздался отчаянный крик Эззи: «Не-ет!»…
— Опять, что ли, заблажил из-за родства с драконами? — запереживал Тимка. — Главное, чтобы из окна снова не вылетел.
Дверь распахнулась, и оттуда вышел бледный Эззелин в сопровождении Медо и Демо. Не дожидаясь, пока эта троица скроется в поворотах коридоров, я рванула в кабинет, втиснулась между королями, словно всегда тут стояла, и преданно уставилась на Анаэля.
За мной следом подтянулись остальные.
Завкаф некромантии, оценив массовое нашествие, посмотрел на лэра Тестаччо, который не стал нас осаживать, сделал для себя какие-то выводы, попрощался с ректорским составом, кивнул нам и вышел.
— Ну?! — подергала я Анаэля за рукав, одновременно разглядывая кабинет. Головы нигде не было, а феникс забился в угол клетки, уселся на алмаз, так что его почти не было видно, нахохлился и смотрел на всех очень недобрым осуждающим взглядом. Правда, появление Чезанно его немного успокоило, но совсем чуть-чуть.
— Что узнали-то?! — оформила я свое любопытство в чуть более длинную фразу, при этом снова дернув демона за рукав.
— Раздеваться не буду! — ухмыльнулся тот, но потом все же соизволил пересказать мне и всем остальным, что тут произошло.
Конечно, душа лэра ДиМауро не очень обрадовалась, обнаружив отсутствие тела. Но в целом упомянутый лэр вел себя вполне пристойно, в отличие от внука, и рассказал довольно много интересного.
Никакого змея он знать не знал, зато являлся одним из шести членов Ордена, руководящих охотниками. Именно поэтому он поддерживал контакт с лэрой Руджери, которая вскоре должна была войти в эту шестерку вместо пожилого лэра, уходящего на покой. По правилам рекомендовано избегать личных встреч между руководителями и подчиненными. Да и между собой руководящий состав не очень старался познакомиться. Но существовала система опекунских отношений, выращивание смены, куча разных тонкостей, в которые я не стала вникать, потому что мне это было не интересно. Короче, так сложилось, что с лэрой Руджери лэр ДиМауро оказался знаком, так как она была его дальней родственницей (И-ить! Вот откуда фраза про родственников и обман!). И они, объединившись, замутили отлов драконов.
Дедушка Эззелина совсем недавно стал хранителем семейной реликвии, точнее, хранителем хранителя. Саму реликвию из века в век хранит феникс, а лэру ДиМауро после недавней смерти отца по наследству перешла клетка с птицей. Произошло это уже после того, как из замка уехала его любимая и единственная дочь, мать Эззелина и Эльзы. Поэтому никто из родственников, которые могли проходить по тайным коридорам замка, не знали о фениксе. Вообще информация о птице являлась секретной, именно поэтому клетка была спрятана в комнате, куда никто, кроме самого хозяина замка, попасть не мог.
Знание о том, что он потомок великого рода, по легенде пострадавшего от безумства драконов, оказалось последней каплей, и лэр ДиМауро решился на подвиг. Он договорился с лэрой Руджери, и та притащила ему три сетки, правда, плела их чуть ли не месяц, но зато они оказались универсальными и помогли поймать сразу трех драконов.
Да, конечно, он ждал их появления, только не так скоро.
Лэра Руджери утверждала, что эти трое обязательно прилетят к его замку, потому что она установила в подвале секретный артефакт, издающий демонические вибрации. О вибрациях по плану надо было намекнуть Эззелину, тот бы проболтался, и драконы примчались бы проверить информацию. Но они примчались раньше…
К счастью, все уже было готово, даже лэра Руджери оказалась у него в гостях, потому что была не только родственницей, но еще и любовницей. Так что пленение драконов прошло легко, в точности как было задумано.