"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Иех, черт! Всяким лирическим развлечениям пришел конец. Теперь в нас будут впихивать исключительно боевые руны — защита и нападение. Причем первого будет во много раз больше.
Круг с катающимся огненным шариком Демо оценил, и то, что у меня опять не получилось снять его мгновенно, а пришлось повозиться минут десять, уговаривая собственную магию заканчивать веселиться — тоже не преминул отметить. Но, кроме меня, у него было еще девятнадцать студентов. И каждый, по очереди, «порадовал» вернувшегося преподавателя своими успехами. Кто-то по настоящему, а у кого-то несуразица зигзагообразная, вместо охранного круга получилась.
После этого мы пошли в зал для практики, и Демо, отобрав самых безнадежных, принялся натаскивать их. А остальным поручил самостоятельно работать над ошибками. Моя магия, увидев, что капризничать и выделываться не перед кем, сразу расстроилась и стала слушаться. Так что где-то на десятом повторе я заскучала и начала обдумывать, как бы себя, любимую, развлечь. Даже к Демо подошла, попросив задание посложнее. Ну он честно и усложнил, кивнув в сторону Тимки и сказав, чтобы учились работать в паре. И тихо веселился, гад, когда мы, ожидаемо, ступили, создав сначала пылевой вихрь, а потом уже огненный.
Нос, глаза, уши, волосы… Все было в пыли. Чихали мы на весь замок, и глаза пришлось бежать в туалет промывать, потому что очищающие руны не помогали. А на обратном пути уже знакомый спокойный голос ректора как-то так буднично объявил новое пророчество: «Когда прозреет глядящая во тьму, чтобы явить миру свет, и избранные шагнут за ней в огонь».
— Глядящая во тьму — это слепая, что ли? Так тут таких вроде нет, — задумчиво растрепал свою шевелюру Тим.
Странно, но в коридорах по-прежнему было пусто, никто не стал прерывать занятия. Все делали вид, что ничего удивительного не случилось. Подумаешь, очередное пророчество… Чего переживать? А мне вот стало неспокойно, потому что непонятное не люблю. И фраза: «избранные шагнут за ней в огонь», мне абсолютно не понравилась!
— Пойдем-ка, навестим «женский отряд»? Предсказание, явно, не о парне.
— Ага, оно может быть о тебе, — недовольно буркнул Тимка.
— Это еще почему? — искренне возмутилась я.
— Дык это ты у нас была нормальной, а потом раз и начала с Ниммеем и Фредо разговаривать.
— Я разговаривать начала, а не…
Вот ведь, убиться плеером! Точно! Я же и видеть начала… И принялась нести миру… свет… глядя в ночную тьму. Черт!
— И чего теперь делать? — с тоской в голосе поинтересовалась я у Тимки. — Какие избранные за мной в огонь шагать будут? А если они не выживут?
— Спички детям не игрушка, — буркнул Тимоха. — Огонь не устраивай вокруг, и все будет хорошо.
— Да как его не устраивать, если мы на занятиях с тобой уже много раз туда и обратно через мой огонь шагали!
— Пошли, короче, Ниммея искать. Других здравых мыслей у меня нет. Разве что пойти и объявить всем, что ты — не парень и как раз в пророчество вписываешься, тютелька в тютельку.
Я горестно вздохнула. Сдается мне, что среди администрации Академии то, что я — девушка уже секрет Полишинеля. Но начать, и правда, лучше с Ниммея. Он умный…
— Улет! А я вас ищу!
Мы столкнулись с драконом где-то на середине пути. Напряженный Тимка, пытающийся всю дорогу шутить и веселить меня, облегченно выдохнул. Нет, в истерику я не впадала, но потряхивало меня знатно. Никогда еще не была частью пророчества, да еще такой вот… многообещающей.
— Вы тоже доперли, что это может быть про Ринку?
— Угу, — обреченно вздохнула я.
— Так, ящерица, во-первых — выдыхай. Во-вторых, пошли в блок, посадим тебя в ванну с водой, и будешь там сидеть до вечера.
— А у пророчества есть срок годности? — с надеждой поинтересовалась я.
— Да. Сутки. Я все утро в их библиотеке проторчал, болтая с библиотекарем. Клевый старикан и, главное, это его вторая заваруха, улавливаете? Правда, тут еще есть те, кто на второй круг пошел. Тот же завкаф у целителей, например. Но его раскрутить у меня не получится, а дедок-библиотекарь от моего внимания прямо растаял и столько интересного выболтал… Никаких книг не надо!
 
Я покивала, немного расстроенная, что сама не додумалась до такого простого способа получения информации. Вообще, если честно, я и до посещения библиотеки-то не додумалась!
— Кстати, это ты меня своими метафорами на мысль натолкнула, — подмигнул мне Ниммей. — Самому бы мне такая мысль не залетела даже с ветром.
— Да ладно, — засмущалась я.
— Вот тебе и ладно. Библиотека — это последнее место, куда бы я пошел. Ты меня роющимся в книжках представляешь?
Я, не удержавшись, хихикнула. С мечом — представляла легко, с книгой — с трудом.
— Ну вот и все, философ… Давай, под ноги гляди, а не во тьму!
Я, конечно, глядела под ноги, но и по сторонам — тоже. Так вот, мы почему-то, вместо того чтобы подниматься на десятый этаж своей башни, вырулили во второй корпус. А затем через общагу воздушников перешли в первый и оказались на выходе из замка.
— Значит так, ящерица, сосчитай до пятидесяти и можешь начинать визжать и кричать о мужском заговоре и похищении среди бела дня, — фыркнул Ниммей, подозрительно понимающе перемигнулся с Тимкой и…
— Мамочка!
— Я же сказал, до пятидесяти считай! — прогремело у меня в голове. — И не дергайся! Я тебя очень нежно когтями обнимаю, так что могу и уронить нечаянно. Ты же первая и расстроишься.
— А куда мы летим? — я рискнула снова приоткрыть один глаз и посмотреть вниз. Очередной вопль вышел уже не таким громким. Привыкаю.
— В пещеру, куда же еще! — заржал Ниммей. — Самовоспламеняющиеся вещества надо держать вдали от людей.
— Но, Ним, если я уже начала видеть свет, вместо тьмы, значит, пророчество уже сбылось?
— Перо страуса им в жопу, а не сбывшееся пророчество, — злобно прорычал дракон. — Ради своей победы молодняк кровососам скормили! Гады… Так что рыбью кость им в горло, а не избранных в огонь. И, раз половина пророчества — мимо, значит, оно вычеркивается. Целиком.
— Но… А если один ты за мной шагнешь? — я снова приоткрыла глаз и в этот раз даже кричать не стала. Красиво там внизу. А наверху — страшно.
— Не шагну. Я — это огонь. Огонь — это я. Мы с ним договоримся.
— Идея о том, что я сутки живу в ванной, мне нравилась больше…
— Поздняк! Я тебя уже спер. Запихаю в пещеру и буду за тобой романтично ухаживать. Кормить сырым мясом, таскать блестящие огромные предметы…
— Ним, ты — дракон, а не сорока!
Не удержавшись, я рассмеялась.
— И что, мне теперь нельзя таскать блестящие огромные предметы для красивой девушки? Улет! Дискриминация по чешуйчатому признаку?
— Ним…
— Все, ящерица, визжи! Мы садимся…
  
Глава 25. Главное — не признаваться, какой у нас план!
 
Визжать я не стала, но страшно было до ужаса. В этот раз Ниммей нес меня, аккуратно обхватив поперек за талию и за ноги, своими закругленными толстыми, как у птиц и выдвигающимися, как у кошек, когтями. И если в первый раз мне не очень понравилось чувствовать, как эти когти впиваются в плечи, то в этот… приближающаяся каменистая гряда обещала массу новых ощущений. Но, слава всем богам и драконам, в последний момент Ним подогнул лапы, и я пролетела над грядой, буквально в десяти сантиметрах. Даже легкую прохладу от камней ощутила. А затем меня осторожно уронили на траву. Я тут же вскочила, обернулась и накинулась на ржущего рыжего гада.
— Ты представляешь, как я испугалась?! А если бы я стукнулась!
— Рин, ну сама подумай, разве бы я дал тебе шмякнуться?!
Сказано это было таким тоном, что мне, и вправду, стало стыдно — как смогла только предположить подобное?!
— Я тебя просто попугать хотел…
— У тебя получилось, — объявила я, плюхнулась на ближайший валун и сделала очень достоверный вид, что надулась. Даже сама почти поверила. Ниммей присел рядом, тихо посидел, потом нагнулся, взял что-то с земли и водрузил мне на ногу. Ящерица. Маленькая, зелено-голубая, с черными глазками-бусинками. Она смешно закрутила головой, потом застыла, посмотрела на меня, на Нима… и быстро шмыгнула прочь, под камни.